Сейчас

-2˚C

Сейчас в Санкт-Петербурге

-2˚C

Облачно, без осадков

Ощущается как -6

2 м/с, ю-з

759мм

88%

Подробнее

Пробки

1/10

Что за беда с программой капремонта? Диагноз ставят в Смольном

10868

По данным «Фонтанки», в городском правительстве без радости смотрят на нынешние успехи региональной программы капремонта. И дело в данном случае не в текущих крышах. Накопленное за 8 лет отставание — громадное. Догонять программу можно только при столь же громадных финансовых вливаниях. А их источник понятен и определен законом.

Фото: Михаил Огнев/«Фонтанка.ру»
ПоделитьсяПоделиться

Бесконечный хвост



О подсчетах, которые недавно сделали в коммунальном блоке, «Фонтанке» рассказал собеседник, близкий к Смольному. Базовые цифры и так известны: в 2014 году, когда в Петербурге и сформировали программу капремонта, ее расписали до 2038-го, а дальше уже для каждого года составляли краткосрочный план. Так вот в этой общей программе было 22 тысячи домов, 115 тысяч видов работ в них и 514 млрд рублей. Время шло, менялись расценки и реестры, и сейчас в программе почти 23 тысячи домов, 95 тысяч видов работ — и 960 млрд рублей. В любом из вариантов самыми капиталоемкими статьями являются крыши, теплоснабжение, лифты и фасады.

А теперь посмотрим, что сделано за период 2014–2022 гг. Предполагалось, что к сегодняшнему моменту будет закрыто 40 тысяч видов работ на 210 млрд. По факту сделано 27 тысяч, но отставание по деньгам показывает, что до самого дорогого просто не дошли руки: закрыто 85 млрд рублей. Это значит, что прямо сейчас, при всех нынешних проблемах, фонд уже волочит за собой хвост в 12,5 тысячи видов работ на 125 млрд.

Почти нет проблем с лифтами, пристойно с фундаментами (правда, их всего полсотни), не больно смотреть на аварийно-восстановительные работы (но их приоритетность понятна). По крышам: сделано 3,9 тысячи, не сделано — 2,7 тысячи; соответственно, по фасадам — 1,7 тысячи против 1,1 тысячи, по горячей воде — 2 тысячи против 1,7 тысячи, по холодной — 2,8 тысячи против 2 тысяч, по электричеству — 1,5 тысячи против 1,4 тысячи, по теплоснабжению — 2,5 тысячи против 2,2 тысячи.


Начало 2020-х годов — один из пиков программы, именно сейчас должен быть выполнен существенный ее объем. Если конкретно, на 2021–2023 годы заложены 18,7 тысячи видов работ и 160 млрд рублей. Из этого куска на настоящий момент «съедены» или включены в план текущего года 3 тысячи видов работ; в деньгах закрыто 13 млрд рублей. То есть в голливудском фильме о чудесном исполнении этой трехлетки за оставшиеся полтора года подрядчики фонда доделывают под 16 тысяч объектов и осваивают — внимание — 146 свалившихся с неба миллиардов. Только это позволяет перекрыть 3,6 тысячи крыш, перекрасить тысячу фасадов, переделать под 2 тысячи внутридомовых теплосетей. Да и более 800 лифтов надо опять же повесить до конца 2023-го. Все это не считая других объектов.

Вопрос адекватности программы не праздный. Если сложить все претензии жителей к подрядчикам, протекающие потолки, зависшие на счетах фонда деньги, проблемы с квитанциями, капризных собственников жилья, которые не открывают ремонтникам двери, — все равно не понятно, каким образом реальное исполнение программы настолько отстало от плана. В этом уравнении не хватает главного — денег.

Тариф



Известно, что фонд может направлять на ремонт поступления из двух источников: собранное с жителей и субсидию из бюджета. В первые годы петербуржцам давали привыкнуть к новой реальности: с 2 рублей за квадратный метр ставка взноса выросла до 5 рублей лишь к 2019 году. С населения на тот момент собирали напрямую 6 млрд в год — бюджет добавлял еще 4,5 млрд. Затем чиновники на словах повели всех в светлую эру капитализма: вы квартиры приватизировали, долевую собственность на общедомовое имущество получали — так что ж вы не хотите тратить деньги на содержание своего имущества? Поэтому взнос вырос до 9 рублей в 2020 году, а через год — до 12 рублей. Одновременно казна сократила до нуля свое участие в программе, в логике пандемийной экономии.

Очень скоро стало понятно, что на таком языке с горожанами говорить не получается. Несмотря на подчеркнутый прагматизм финансового блока, в 2022-м, во-первых, не стали повышать взносы, а во-вторых — бюджет вернулся-таки в программу с 3-миллиардной субсидией на год. Пока не ясно, как на эти деньги повлияет новый форс-мажор, заставивший забыть о коронавирусе. Но очевидно, что стартовый портрет годового плана капремонта больше не актуален: предполагалось, что с горожан в 2022 году соберут 16,8 млрд рублей, прибавят 3 бюджетных миллиарда и получат всего 19,8 млрд рублей. В последней версии плана значится другая сумма — 17,8 млрд. Но «Фонтанка» уже писала, что часть работ с гарантией перенесутся с этого года на следующий: некоторые весенние конкурсы не состоялись опять-таки из-за форс-мажора.

Повышение взносов каждый раз выливалось в возмущение жителей и депутатов. Проблема в том, что в экономических расчетах технологов даже 12 рублей — и близко не реальная стоимость ремонта в пересчете на квадратный метр жилья. А реальная — ровно втрое больше, 36 рублей. Уже сейчас.

Вопрос экономически обоснованного тарифа всегда очень конфликтный. По простой причине — его формула непрозрачна или заведомо сложна для рядового абонента. Именно поэтому многие горожане не верят, что недоплачивают за проезд или «коммуналку», а с поправкой на качество услуг еще и считают, что переплачивают. На деле же обе эти отрасли убыточны из-за льготных тарифов и субсидируются городом. То же самое с капремонтом. По данным «Фонтанки», в жилкоме есть целый список показательных домов, где реальная стоимость выполненных работ кратно выше того, что собирается за год с их жителей. Один из них — на Каменноостровском, где поработали на 100 млн рублей, имея собранными менее 15 млн. При текущем тарифе и при текущей собираемости окупаться этот ремонт будет более 20 лет. Это не самое далекое пророчество — на Дровяном есть дом с 80-летним горизонтом «рентабельности».

Ну а дальше понятное взвешивание: если мы увеличим взнос, но не увеличим субсидию, дело пойдет по одному сценарию, если наоборот — по другому. Так что окончательное отставание к 2038 году зависит от того, как правительство будет играть этими двумя переменными. Жилищный комитет каждый раз при обсуждении бюджета в правительстве делает заявку на средства из казны, подчеркивая, что без них нагрузка ляжет на горожан. Но в расчетах Смольного, по данным «Фонтанки», есть разные варианты.

Один из них «гуманный»: взнос растет на рубль в год, субсидия так и остается на уровне в 3 млрд рублей. В этом случае отставание по годовым планам будет снижаться, а в последние 3 года будет даже перевыполнение, но все равно в 2038 году программа будет недовыполнена на 400 млрд рублей.


Второй полюс: бюджет все же уходит из программы, а взносы прибавляют по 3 рубля ежегодно, докатываясь в конце до 60 рублей. В этом случае начиная с 2030 года фонд будет перевыполнять программу, сокращая накопленный до этого хвост. К концу этого славного пути с горожан будут собирать уже 90 млрд в год. До 100-процентного исполнения программы добраться не получится, однако в 2038 году этот недоеденный ломтик составит «всего» 60 с лишним миллиардов.

Ну и нечто среднее: все те же плюс 3 рубля в год — но с 3 миллиардной постоянной субсидией. В этом случае «лишние» деньги по итогам года начнут появляться с 2029-го, и к концу 2038 соломинкой в глазу останутся только не освоенные 20 млрд.

«Фонтанка» направила запрос в жилком по поводу приведенных выше расчетов.

Практика



Как уже говорилось, у программы полно проблем даже с тем финансированием, что у него есть. Известны претензии контрольно-счетной палаты насчет накопленных остатков на счетах организации. Это было одним из аргументов финансового блока, когда он хотел самоустраниться от выполнения программы: научитесь сначала осваивать то, что вам жители приносят, а потом приходите в бюджет за добавкой. Однако большая часть этих средств — более 4 млрд — обременены, то есть зарезервированы под возможное в теории исполнение прежних договоров. По многим из них на самом деле никаких надежд уже нет, но претензионная работа не завершена, так что деньги фактически заморожены и не используются.

Второе — собираемость. «Фонтанка» писала, что в средний месяц 2022-го — это максимум 90%. Да и план на весь год составляет 92%. Но если он и будет исполнен, то только за счет кампании по долговым квитанциям, которая обеспечила в мае и июне фантастические 108 процентов.

В рублях задолженность населения растет — и быстро. В мае прошлого года строчка по капремонту с грохотом переехала из розовой квитанции ВЦКП в платежный документ Петроэлектросбыта, поселившись рядом с электричеством. На тот момент с горожан недобрали 3,4 млрд рублей — это за весь период с 2014 года. К 2022-му эта сумма выросла до 5,2 млрд, к апрелю — до 6,1 млрд, к июлю — до 6,7 млрд (то есть увеличилась с момента переезда вдвое). Понятно, что абсолютные цифры задолженности привязаны к увеличению взноса — но он вырос в начале 2021-го и с тех пор не менялся. Самое неприятное — это структура долгов. 4,5 млрд числятся недоимками дольше 7 месяцев; это значит, долговая квитанция их не победила, бороться за них фонду придется в суде.

И третье — исполнение работ. Новое руководство жилищного блока декларировало более суровое отношение к подрядчикам — со всеми вытекающими в виде расторжения договоров, штрафов и включения в реестр недобросовестных поставщиков. Насколько это даст результат, станет ясно в конце года. Пока компании иногда успешно оспаривают свое появление в черном списке, но есть и обратные примеры. А желанием заказчика сто раз все проверить сам фонд объясняет низкий процент уже целиком оплаченных объектов — 7,5% от годового плана. Подробнее о том, на какой стадии находятся остальные адреса, — читайте в материале «Фонтанки».


Николай Кудин,
«Фонтанка.ру»

Фото: Михаил Огнев/«Фонтанка.ру»

ЛАЙК0
СМЕХ0
УДИВЛЕНИЕ0
ГНЕВ6
ПЕЧАЛЬ2

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

сообщить новость

Отправьте свою новость в редакцию, расскажите о проблеме или подкиньте тему для публикации. Сюда же загружайте ваше видео и фото.

close