Главное помни: в Финляндии у нас всегда должен быть враг

Уже две недели средства информации муссируют трагедию россиянки Анастасии Завгородней, у которой с мужем-суданцем Ихабом Заки Ахмедом финские социальные службы забрали под защиту четырех детей. Случай, конечно, вопиющий, и разобраться надо. Что случилось, неужели дети оказались в такой опасности, что их нужно было отнять у родителей, или финские чиновники перестарались. Ответ на этот вопрос общественность пока не получила и, вероятно, будет ждать еще несколько месяцев, когда подойдет срок очередного рассмотрения вопроса в комиссии местной социальной службы, либо дело будет рассмотрено в суде. И не поможет ни шумиха, ни обращения высоких должностных и государственных деятелей. Существует закон и порядок прохождения процедуры. Возможно, он не совершенен, но изменять его в приказном порядке никто не будет.

Если по-человечески, то хотелось бы, чтобы быстрее, и чтобы - все хорошо. Со стороны кажется: жестко, негуманно, но мы ведь не знаем, что действительно произошло. Совершенно напрасно считать, что финские социальные работники просто так взяли и приняли решение. Взятие детей под временную охрану, а затем под опеку даже процессуально дело непростое.

Случай с семьей Анастасии Завгородней печальный, но меня он беспокоит особенно потому, что семейная трагедия вырвана из рамок социальных проблем (в Финляндии около 17 тыс. детей живет под опекунством общества) и выведена на внешнеполитический уровень. При этом российские политики «оседлали проблему» отношения финнов к российским детям и последовательно ведут кампанию по созданию негативного образа финнов как «пожирателей русских детей». Забывая при этом, что те же финны годами оказывают помощь социальным службам Выборга, Петербурга, Карелии в решении проблем с бездомными детьми.

Невольно вспоминаю, как в 1970-е годы в качестве переводчика сопровождал делегацию секретарей окружных организаций компартии Финляндии. В последний вечер, находясь в обкомовской гостинице Вологды, удалось у представителя международного отдела ЦК КПСС спросить несколько вещей. В частности, я поинтересовался, почему во время поездки делегации КМО СССР в Финляндию нам запретили встречаться с представителями финской пионерии и союза учащихся коалиционной партии: первые – наши братья по идеологии, а вторые – поддержали идею о принятии парламентом закона о мире. Мудрый дядя из ЦК похлопал по плечу и сказал, что я очень многого не знаю и поэтому не понимаю. «Главное, - подчеркнул он, - помни, в Финляндии у нас всегда должен быть враг».

Эту фразу из серии «разделяй и властвуй» я запомнил и был очень рад, когда через десяток лет КПСС отказалась от доктрины превращения Финляндии в «Кеккословакию» и появилось решение «о необходимости принятия мер по удержанию Финляндии на позициях добрососедства». Это означало конкретный переход СССР к политике разрядки и добрососедства, за что мир стал относиться к России с уважением, а не с боязнью.

К сожалению, надуманная тревога вокруг положения детей в Финляндии очень напоминает хитроумный ход, выдуманный наследниками КПСС.

И все четче впечатление, что шумиху вокруг положения русских детей в Финляндии раздувают вовсе не радетели за их благополучие, а люди, которые пытаются использовать общечеловеческие ценности для собственных ценностей.