Сейчас

+8˚C

Сейчас в Санкт-Петербурге

+8˚C

Ясная погода, Без осадков

Ощущается как 7

0 м/с, штиль

766мм

66%

Подробнее

Пробки

1/10

Тормозите. Кто виноват в гибели велосипедиста на Крестовском проспекте

68435
Фото: Федеральная служба войск национальной гвардии РФ
ПоделитьсяПоделиться

Один открыл дверь автомобиля, второй ехал на велосипеде по проезжей части, третий сбил велосипедиста насмерть. ДТП на Крестовском проспекте, в результате которого погиб человек, уже стало уголовным делом в отношении одного из участников. Какие правила могли нарушить остальные двое и кто виноват — такие вопросы «Фонтанка» задала экспертам.

Что именно произошло

Около трех часов дня 10 марта велосипедист свернул с Рюхиной улицы на Крестовский проспект. Здесь, у дома номер 15, 38-летний водитель припарковал свой «Мерседес» на размеченном для парковки месте и открыл дверь. От удара молодой человек на велосипеде вылетел под колеса автомобиля «Вольво», от полученных травм он скончался в больнице. В отношении водителя «Мерседеса» Ивана Фаста возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 264 УК РФ (нарушение ПДД, повлекшее по неосторожности смерть человека). Суд избрал ему меру пресечения в виде запрета определенных действий — в том числе водить автомобиль.

ПоделитьсяПоделиться

ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области

Разметка парковки там, где стоял «Мерседес», указывает, что эти места предназначены для инвалидов. Кроме того, на этом участке Крестовского проспекта правее, за деревьями, есть велодорожка.

ПоделитьсяПоделиться

Что не так сделал каждый из участников этого смертельного ДТП?

Нарушили ПДД и не притормозили

При наличии велодорожки велосипедист обязан был ехать по ней, а значит, он нарушил требования ПДД, считает заместитель председателя комиссии по безопасности и взаимодействию с ОНК Общественной палаты РФ, автоэксперт Александр Холодов.

«Второе нарушение, которое стоило велосипедисту жизни, — пункт 10.1 ПДД, согласно которому в случае обнаружения опасности водитель должен снизить скорость вплоть до полной остановки транспортного средства, — говорит Александр Холодов. — То есть, согласно правилам, велосипедист должен был въехать в открытую дверь автомобиля, его ошибкой было попытаться эту дверь объехать. Строго говоря, водитель «Вольво» нарушил тот же пункт ПДД: он тоже пытался объехать вылетевшего ему под колеса велосипедиста. В момент обнаружения опасности, когда он увидел маневр велосипедиста, водитель «Вольво» обязан был нажать на педаль тормоза. Велосипедист все равно попал бы под колеса, но по прямой траектории и, возможно, получив травмы, остался бы жив — но это лишь предположение».

Эксперт отмечает, что «Вольво» двигался с достаточно низкой скоростью, и если будет назначена экспертиза, она может показать, что водитель мог успеть среагировать правильно и затормозить. Для этого надо высчитать скорость движения автомобиля, место обнаружения опасности и тормозной путь.

Нарушение водителя «Мерседеса» — самое очевидное. Он открыл дверь, не убедившись в безопасности своих действий для остальных участников движения. Правда, возможен нюанс.

«Есть постановление пленума Верховного суда о том, что водитель не должен предполагать, что другие участники движения могут нарушать ПДД, — говорит Александр Холодов. — И при наличии на этом участке велодорожки водитель припаркованной машины теоретически имел право предположить, что здесь с левой стороны велосипедистов не будет. Понятно, что причина произошедшего — открытая дверь. Но если у водителя «Мерседеса» будет хорошая юридическая помощь, у него есть шансы степень своей вины снизить».

Эксперт подчеркивает: в случае обнаружения опасности на дороге водитель должен нажимать на тормоз. «Это единственное, что нам разрешает делать государство, — говорит Александр Холодов. — Остальные маневры — на наш страх и риск. Представим ситуацию: водитель, объезжая велосипедиста, выехал на встречку и врезался в автобус с детьми. В ДТП на Крестовском проспекте надо разбираться, чьи именно действия повлекли настолько тяжелые последствия. На месте водителя «Мерседеса» я бы требовал проведения экспертизы и ссылался на нарушение остальными участниками ДТП пункта 10.1 ПДД».

Не та велодорожка

Предыдущие выкладки основаны на том, что рядом с местом ДТП была велодорожка, которой мог — и должен был — воспользоваться велосипедист. Но что, если это не совсем велодорожка?

Вдоль Крестовского проспекта на тротуаре нанесена велопешеходная полоса, отмечает автор телеграм-канала «Вороньи мысли», урбанист Даниил Воронин.

«Такой тип велоинфраструктуры в городской черте, а уж тем более при большом пешеходном потоке, опасен, так как создает конфликтную ситуацию между велосипедистами и пешеходами, — говорит эксперт. — Логика развития велоинфраструктуры в том, чтобы каждый участник дорожного движения двигался по своей обособленной дороге. Разделение совершается по принципу скорости. Соответственно, у пешеходов скорость 5 км/ч, у велосипедистов — 25 км/ч, у автомобилистов — 40–60 км/ч. К тому же велосипед нужно воспринимать как транспортное средство. Погибший велосипедист был триатлонистом. Как человек подготовленный, он явно развивал высокую скорость движения на велосипеде, поэтому, скорее всего, его выбор был обусловлен двумя обстоятельствами: 1) на Рюхиной улице велополоса обрывается, и если не знать, что за углом начинается велопешеходная полоса, то достаточно неочевидно, что можно свернуть на тротуар и там будет «велоинфраструктура», 2) по велопешеходной полосе не стоит ехать, если максимальная скорость выше 15 км/ч, а подготовленный человек может развивать на велосипеде скорость в 30–40 км/ч».

Даниил Воронин также отмечает, что велосипедист мог перестраховаться и объехать припаркованную машину по большему радиусу, тем более «Вольво» пропускал велосипедиста. «С точки зрения ПДД — это нарушение, но с точки зрения опыта и логики — это было бы безопаснее, — говорит эксперт. — Про указание рукой поворота, которое не выполнил велосипедист, — та же логика. Рука нужна для обозначения маневра, а тут водитель «Вольво» уже притормозил, чтобы пропустить велосипедиста. То есть для водителя маневр не был неожиданностью».

Еще одна деталь, на которую указывает собеседник «Фонтанки»: если присмотреться к видео, то можно заметить, что водитель «Вольво» притормозил (сигнальные огни загорелись), чтобы пропустить велосипедиста. Однако он не соблюдал дистанцию, поэтому и произошел наезд. Если бы дистанция была безопасной, все могло закончиться иначе.

Удара дверью могло и не произойти, если бы водитель припаркованного «Мерседеса» применил так называемый «голландский охват» (https://t.me/dnlvrnn/1321 / https://t.me/dnlvrnn/1328), открывая дверь. «Голландский охват» — это способ выхода из автомобиля, когда вы открываете дверь дальней от нее рукой. Так, при нормальной посадке на водительском сиденье правая рука несколько не дотягивается до ручки двери и водителю придется развернуть корпус, вместе с которым придет в движение и голова, а область обзора сместится так, чтобы автомобилист заметил приближающегося велосипедиста и пропустил его.

«Мне кажется, здесь еще есть вина проектировщиков данного участка, — говорит Даниил Воронин. — Если бы те, кто разрабатывал этот узел, запроектировали его с обособлением велоинфраструктуры (велополосы или велодорожки), то трагедии точно не было бы. Ширина полосы и парковки на Крестовском проспекте — 6,5 метра. Я бы предложил сузить автомобильную полосу до 3 метров, а парковочное место до 2,3 метра. Остается 1,2 метра, которые можно отдать под велополосу. Благодаря лишь переразметке и делиниаторам мы бы смогли значительно увеличить безопасность велосипедистов. Но данный вариант не учитывает парковку для инвалидов, которая по нормативам должна быть не менее 3,5 метра».

ПоделитьсяПоделиться

Кто виноват и о ком забыли

Водитель «Мерседеса», открыв дверь, нарушил пункт 12.7 ПДД, отмечает автоюрист Лев Воропаев. Автомобилист не убедился, что его действия не представляют опасности для других участников движения. Юрист считает, что в действиях водителя «Вольво», который наехал на велосипедиста, скорее всего, не усмотрят нарушения ПДД. Экспертиза, если она будет назначена, определит, мог ли водитель движущегося автомобиля успеть остановиться, учитывая расстояние до велосипедиста.

«Наличие велопешеходной дорожки не является поводом для снятия вины с водителя «Мерседеса», речь может идти только о смягчении наказания, — говорит Лев Воропаев. — Более того, судя по схеме, въезд на велопешеходную дорожку находится чуть дальше того места, где произошло ДТП. В идеальной ситуации велосипедист должен был спешиться на пешеходном переходе, дойти до велопешеходной дорожки и продолжить движение по ней. Но это теоретизирование. В действиях велосипедиста в данном случае не будут усматривать какой-либо вины».

Еще один важный момент, о котором трудно судить по видеозаписи ДТП: а была ли в тот момент велопешеходная дорожка расчищена от льда и снега, то есть пригодна для движения велосипедистов? «Если бы это было не так, можно было бы говорить об ответственности служб, ответственных за уборку, по статье 12.34 КоАП. Если отсутствие своевременной уборки повлекло гибель человека, то может быть возбуждено уголовное дело о халатности. Но, исходя из практики, лиц, ответственных за содержание дорог, крайне редко привлекают к ответственности. Хотя, на мой взгляд, это должно происходить гораздо чаще».

Венера Галеева, «Фонтанка.ру»

Фото: Федеральная служба войск национальной гвардии РФ

ЛАЙК18
СМЕХ9
УДИВЛЕНИЕ10
ГНЕВ37
ПЕЧАЛЬ76

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

сообщить новость

Отправьте свою новость в редакцию, расскажите о проблеме или подкиньте тему для публикации. Сюда же загружайте ваше видео и фото.

close