Восток — дело ломкое. Почему застряли суда на Северном морском пути

Восточной Арктике нужны спутники, метеостанции и новые ледоколы. Только тогда можно рассчитывать на круглогодичный транзит в 2027 году. Таков прогноз заместителя генерального директора ЦНИИ морского флота Александра Буянова.

На днях 6 судов из-за неожиданного ледообразования застряли в восточной части Северного морского пути в районе Новосибирских островов и пролива Вилькицкого со стороны Карского моря и моря Лаптевых. Вызволять их отправились ледоколы «Атомфлота» (входит в госкорпорацию «Росатом»). В интернете появились предположения о несостоятельности планов по освоению круглогодичного транзита по Северному морскому пути.

«Фонтанка» поговорила о происшедшем с заместителем генерального директора АО «ЦНИИ морского флота» Александром Буяновым.

— Кажется, Арктика показала, что планы круглогодичного транзита по Северному морскому пути ничего не стоят. Таков, во всяком случае, вектор многих публикаций.

— Арктика показала, что мы сегодня не готовы к этому. Вектор публикаций — немного другая история. Случилось самое обычное для тех широт неожиданное изменение погоды с активным ледообразованием, к чему были не готовы гидрометеорологи, «Атомфлот» и, как следствие, судовладельцы.

— Так оно ж обычное…

— И неожиданное. Там такое часто случается. Соответственно, суда, которые находились в восточной части СМП, вынуждены были остановиться в ожидании ледовой проводки. Поверьте, там нет угрозы безопасности мореплавания, нет аварийных ситуаций.

— А почему они с самого начала оказались без ледокола?

— Столь сильное ледообразование в это время не прогнозировалось — зачем ледокол гонять? Ледоколы отправлены, всё будет хорошо. Критичная ситуация сложилась не у тех, кто застрял во льдах в восточной Арктике, а у тех, кого «Росатом» остановил из-за этого в западной части СМП, чтобы потом и к ним на выручку не пришлось ледоколы гонять. Это около десятка судов, которые собирались следовать на восток. Вот очевидная проблема: нам катастрофически не хватает ледоколов, «Арктика» проходит ходовые испытания в Финском заливе после замены двигателей — восточная часть СМП покрылась льдом, все встали. Источники гневных публикаций — остановленные в западной Арктике, а вовсе не те, кто застряли в восточном секторе. Но это не «ответ Арктики на планы президента», это реалии сегодняшнего дня.

— Объясните, пожалуйста.

— Путь из Мурманска во Владивосток по СМП, когда нет льда, занимает примерно 15 суток, через Суэцкий канал — около сорока. Фрахт одного судна в зависимости от ряда технических факторов стоит от 10 до 100 тысяч долларов в сутки, плюс стоимость топлива и возможные штрафы за задержки. Иностранным судовладельцам пришлось разворачивать суда и отправлять их по южному маршруту, наши разгрузились в Мурманске и Архангельске, на многих из них был северный завоз. Поставьте себя на место судовладельцев — вы бы обрадовались?.

— Интересно, не придется ли «Росатому» отбиваться от миллиардных исков судовладельцев?

— Я бы на их месте не спешил бежать в суд. Пока произошедшее укладывается в действующее законодательство. В соответствии с Правилами плавания по Северному морскому пути, мы должны предоставлять недискриминационный доступ. Но есть ограничения: например, в связи с угрозой безопасности мореплавания или экологии в выдаче разрешения на движение может быть отказано. В конкретной ситуации часть судов не соответствовала требованиям текущей ледовой обстановки, а ледокольной проводки не было — вот их и не пустили.

— Что же у нас так плохо с прогнозами? Про тотальное освоение Арктики уж столько лет говорим.

— С ними плохо только в восточной Арктике, по-настоящему её никто не осваивал. Гидрометеорологическое обеспечение там пока плохо развито, мы даже на неделю вперед не можем спрогнозировать погоду и ледовую обстановку в восточном секторе.

— Неужели появление льда не видно со спутников?

— Российские спутники тот регион не захватывают, только иностранные. Но и там качество снимков так себе. Прочитать их с листа — особая наука, в Арктическом и антарктическом научно-исследовательском институте (АА НИИ) такие специалисты есть, но их мало. В любом случае снимок не показывает динамику, по нему почти невозможно оценить интенсивность ледообразования. Полноценный прогноз даёт совокупность информации со спутников и работы гидрометеорологического оборудования. А его в восточной Арктике, в общем-то, нет.

— А что нужно, чтобы появилось?

— Как минимум, расширить имеющуюся в АА НИИ систему «Север» на восток — фактически создать новую, более масштабную. Эта система как раз и занимается предоставлением всей необходимой гидрометеорологической информации судовладельцам. На нее выделено несколько миллиардов рублей, сейчас формируется техническое задание для системы в целом и для каждой из подсистем, но «Север» ещё два-три года будет разрабатываться.

— И сколько времени должно пройти, чтобы сказать: готово, за восточную часть СМП мы спокойны?

— Лет пять точно. Это не простые вещи. Но есть и альтернатива — бортовые измерительные комплексы, которые устанавливаются на судах. В них входят небольшие гидрометеостанции, приборы для измерения толщины льда, кое-что ещё. «Росатом» сейчас активно интересуется ими, среди тех, кто пытается создать опытный образец, и наш ЦНИИ. В ближайшее время обещают провести конкурс на разработку таких комплексов. Их плюс — возможность получения актуальной информации с борта каждого судна с отправкой её на единую цифровую платформу «Росатома».

— Какая же это альтернатива? Бортовые измерительные комплексы фиксируют то, что происходит сейчас, но не формируют прогнозы.

— В этом смысле одно дополняет другое. Назовем бортовые комплексы интерактивной связью составителей прогнозов с реальностью. И это вполне живая история — «Росатом» планирует установить на ледоколы первые опытные образцы в навигацию 2022–2023 годов. Гидрометеорологическая система «Север» в совокупности с бортовыми измерительными комплексами и спутниками позволит быть полностью спокойными за восточную часть Северного морского пути.

— Лет через пять?

— Наверное. Но практическая польза от этого будет, лишь когда «Росатом» сумеет обзавестись достаточным количеством ледоколов — иначе прогнозы будут, но пользоваться ими смогут далеко не все. «Росатом» уже заключает долгосрочные договоры на ледокольное сопровождение с работающими в Арктике крупными ресурсодобывающими компаниями. Это НОВАТЭК, «Газпром нефть», «Норильский никель». И по каждому такому договору нужно предоставить один, а то и два ледокола. Откуда возьмутся ледоколы для судов, у чьих владельцев таких договоров нет? Им откажут из-за отсутствия свободных ледоколов, хотя Правила плавания по СМП предусматривают предоставление услуг всем желающим.

— Так вроде строят ледоколы…

— Но строят и ресурсодобывающие предприятия. Сейчас это Обская губа, потом будет Енисейский залив, где «Роснефть» строит «Восток ойл», потом Баимский горно-обогатительный комбинат в Певеке. А ледоколы строит один Балтийский завод, плюс «Звезда» заложила «Лидер». Этого явно мало. Во всяком случае, для 80 млн тонн в 2024 году — я бы раньше 2027-го подобные планы не декларировал, ведь сейчас основные рынки сбыта находятся в Азии, а это путь через восточную Арктику.

Лев Годованник, специально для «Фонтанки.ру»