Особое мнение Книги Мнение Почему русская культура — это не про предотвращение конфликтов?

Почему русская культура — это не про предотвращение конфликтов?

19 770
Яков ГординЯков Гордин
Яков Гордин
Автор мнения
Почему русская культура — это не про предотвращение конфликтов? | Источник: ИТАР-ТАСС/ Юрий БелинскийПочему русская культура — это не про предотвращение конфликтов? | Источник: ИТАР-ТАСС/ Юрий Белинский
Источник:
ИТАР-ТАСС/ Юрий Белинский

Могла ли многовековая русская культура, о которой так много говорят, предотвратить жестокий международный конфликт, что день за днем уносит жизни прямо сейчас? Этим вопросом задаются уже не только россияне. О миротворческой миссии Достоевского, Толстого, а с ними и русского балета и даже русского рока, известного своим пацифизмом, рассуждают культурологи в крупнейших западных СМИ. И как правило, ответа не находят. «Фонтанка» задала непростой вопрос, взятый в название публикации, Якову Гордину, главному редактору журнала «Звезда».

«Не сегодня поставлен роковой вопрос — может ли влиять высокая культура, литература в частности, на бытовое поведение индивидуума и общества в целом? И мы стараемся убедить себя, что это несомненно, и поражаемся, когда реальность демонстрирует обратное.

В своей Нобелевской лекции Иосиф Бродский сказал: «Я полагаю, что для человека, начитавшегося Диккенса, выстрелить в себе подобного во имя какой бы то ни было идеи затруднительней, чем для человека, Диккенса не читавшего».

При всем почтении к нобелевскому лауреату, позволю себе усомниться.

Во время Крымской войны в сражении под Инкерманом читатели гуманиста Диккенса, популярнейшего в то время писателя Англии, властителя умов, хладнокровно и успешно расстреливали из скорострельных и дальнобойных ружей русских солдат, чье вооружение находилось на уровне наполеоновских войн. Они выполняли свой долг.

При объективном взгляде на реальность выясняется: самая что ни на есть развитая культура находится в парадоксальной и противоречивой связи с жизненной практикой ее носителей.

Обратимся к нашему российскому историческому опыту.

Михаил Александрович Бакунин, родовитый дворянин, высокообразованный, читавший Гегеля на немецком... И что? Все это не помешало ему превратиться в революционера-разрушителя, отрицавшего все моральные нормы и возлагавшего надежды на «лихой разбойничий мир».

Алексей Петрович Ермолов, европейски образованный, в молодости переписывавшийся с друзьями-офицерами на итальянском, высоко ценивший Пушкина и Лермонтова, будучи «проконсулом Кавказа», мог без колебаний отдать приказ об уничтожении горского аула с сотнями женщин и детей, считая это стратегически целесообразным.

Кстати о Лермонтове. Русский поэт Лермонтов был носителем самой что ни на есть гуманистической культуры.

Русский офицер Лермонтов был военным-профессионалом, крови не боящимся, командовавшим сотней «охотников», спецназом, выполнявшим отнюдь не бескровные задания. Кажется, что автор гуманного и мудрого «Валерика» и участник этого сражения, писавший своему другу, что он «вошел во вкус войны», и гордо называвший число убитых горцев, — разные люди.

Пушкин, которого мудрый Георгий Федотов назвал «певцом империи и свободы» — казалось бы, взаимоисключающие вещи, — ярчайший пример той парадоксальной связи высокой культуры и политической практики.

Да, Пушкин был человеком с имперским сознанием, написавшим «Клеветникам России» и в частном письме после восхищения храбростью мятежных поляков твердо сказавшим: «Их надо задавить...» Но, подводя жизненный итог, он определил свои ведущие идеи совсем по-иному: «...чувства добрые я лирой пробуждал… в мой жестокий век прославил я свободу и милость к падшим призывал».

Ситуация Пушкина принципиально характерна для русской литературы как особого явления. В ней боролись две мощные тенденции — суровая имперская и прекраснодушная гуманистическая. Первая тенденция была вполне органична для культуры военной империи, построенной Петром. Но имперская жесткость у людей культуры вызывала не только понимание, но и отторжение. Иногда радикальное, как у позднего Пушкина. Тем не менее в некотором смысле мы по сию пору живем в петровском государстве.

Поражающими примерами этой парадоксальной двойственности были два гиганта нашей культуры — Достоевский и Толстой.

Один пример. В «Дневнике писателя за 1876 год» Федор Михайлович писал: «Да, Золотой Рог и Константинополь — все это будет наше, но не для захвата и не для насилия, отвечу я <...>. Это случится само собой, именно потому, что время пришло <...>. Это выход естественный, это так сказать слово самой природы».

Поздний Достоевский — империалист: Константинополь должен быть русским. Но он и гуманист — никакого захвата, никакого насилия. Как он себе это представлял?

Поздний Толстой — воинствующий гуманист. Он создает свою религию, основанную на одном только постулате — любви к человеку. Но он и неукротимый радикал — он призывает к тотальному разрушению государства, что неизбежно чревато большой кровью.

Сейчас принято вспоминать о преступлениях европейских колонизаторов. Не возразишь — что было, то было.

Но за плечами тех, кто совершал подчас чудовищные преступления в Африке, в Азии, — англичан, испанцев, французов — стояли великие культуры. Причем христианские культуры.

Истово верующий Кромвель доносил богобоязненному английскому парламенту о деяниях его армии в Ирландии: «Я приказал своим солдатам убивать их всех. В самой церкви было перебито около тысячи человек. Я полагаю, что всем монахам, кроме двух, были разбиты головы». Это были католические монахи.

Увы, такова была общемировая практика. Восточные завоеватели и усмирители не отличались от европейских.

В ХVIII веке, когда просвещенные европейцы совершали свои «подвиги» в разных концах света, Российская империя строилась отнюдь не в белых перчатках и не по евангельским заветам.

Например, существует большая научная литература, основанная на фундаментальных источниках, посвященная башкирским восстаниям и их свирепому подавлению в 1730–1770-х годах. Башкиры сопротивлялись изъятию у них исконных земель и самодурству чиновников. Русские и советские историки отнюдь не склонны были к «очернению» отечественной истории. Они просто честно делали свое дело. По их данным, только с 1735 по 1740 год было убито и отправлено на каторгу от 40 до 60 тысяч повстанцев. Дело доходило до столь чудовищных по жестокости эксцессов, что ужасалось высшее командование.

Повторю — исторический опыт показывает, что величие культуры и жизненная практика народов находятся в сложнейшей, отнюдь не прямой связи.

В этом отношении великая — воистину великая! — русская культура не является исключением. В лучших своих образцах она была резко антикрепостнической, что не мешало русским дворянам (христианам!) до середины ХIX века торговать русскими крестьянами (христианами!).

Великая русская литература не предотвратила катастрофу 1917 года и не смягчила ее жестокость.

И не будем строить иллюзий относительно степени воздействия культуры, какой бы мощно гуманистической она ни была, на политическую практику народов и государств.

Роль культуры велика и благотворна, но — не определяюща. Тем более если учесть неизбежную двойственность, заложенную в каждой из мировых культур.

Значит ли это, что титанический труд, свершенный людьми русской культуры на протяжении всей ее истории — за много веков, — был бесполезен для определения общей судьбы? Ни в коем случае. Культура неспособна была предотвратить катастрофы, но оказывалась необходима в процессе выздоровления и духовного возрождения.

Сама двойственность нашей культуры — литературы прежде всего — предлагала возможность выбора. А там, где есть право выбора, — есть надежда».

Согласны с автором?

Да
Нет

ПО ТЕМЕ
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции
Станьте автором колонки
Лайк
TYPE_LIKE0
Смех
TYPE_HAPPY0
Удивление
TYPE_SURPRISED0
Гнев
TYPE_ANGRY0
Печаль
TYPE_SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
69
Гость
Присоединиться
Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях
ТОП 5
Промокоды
Скидка 20% на первый заказСкидка 20% на первый заказ
Скидка 20% на первый заказ
До 31 декабря, 2026
Розыгрыш автомобиля за оформление Дебетовой ОТП картыРозыгрыш автомобиля за оформление Дебетовой ОТП карты
Розыгрыш автомобиля за оформление Дебетовой ОТП карты
До 23 ноября, 2026
Распродажа. Скидки до 70%Распродажа. Скидки до 70%
Распродажа. Скидки до 70%
До 31 декабря, 2026
Все промокоды