10

«Здесь есть лючок...» Эрмитаж открыл для публики церковь, где реставрировали «Данаю»

«Фонтанка» заглянула на открытие Малой церкви Зимнего дворца и узнала ее секреты

ПоделитьсяПоделиться

Посетители Эрмитажа, покупающие билет на второй маршрут, с 5 мая могут увидеть еще один роскошный зал, доселе недоступный: после реставрации открылась Малая церковь Зимнего дворца. И, помимо самих интерьеров, в ней можно посмотреть временную выставку «Православные церковные облачения XVII—начала XX века в собрании Эрмитажа», узнав, например, о том, как для богослужебных одежд использовались женские платья.

Открывая тяжелую белую дверь, поначалу не понимаешь, в церкви ты или ошибся дверью. Внутреннее убранство по-барочному насыщенно, но иконостаса нет, возрождать его при реставрации не стали: слишком мало сохранилось для научного воссоздания — не дошло до наших дней элементов конструкции, да и икон дожило всего две, и те — в Русском музее. Но зал роскошен и без иконостаса: из-под потолка поглядывают херувимы со своих облачков, кружат голову золоченая лепнина и расписной плафон, а уж одежды в витринах и вовсе сияют в свете ламп.

Малая Церковь во имя Сретенья Господня — таково ее полное название — ведет историю от времен Анны Иоанновны (освящена в 1735 году). Но тогда она называлась Большой и занимала площадь не только нынешней Малой церкви, но еще и Ротонды и Большой церковной лестницы, с которой теперешние посетители в нее будут попадать. Свои современные размеры зал получил при Елизавете Петровне, пожелавшей иметь Большую церковь рядом со своими апартаментами: помещения Малой сократили и сохранили ее как совсем камерную и домашнюю — здесь не проводилось церемоний, единственным исключением была ежегодная служба в память трагических событий 14 декабря (восстание декабристов).

После пожара в Зимнем дворце 1837 года Малую церковь восстановили в почти прежнем оформлении — работами руководил Василий Стасов, он же восстанавливал и Большую церковь. Кстати, это привело к курьезам: как рассказывают в Эрмитаже, некоторые детали архитектурного убранства музей обнаружил у себя в двух экземплярах — изначальные, расстрелиевские, и более поздние, стасовские.

Как нетрудно догадаться, Малая церковь была закрыта после 1917 года. В 1922 году это помещение вошло в музейную экспозицию «Исторических комнат» и до 1926 года не переживало никаких изменений: на своих местах оставались и иконостас, и настенные образы. Но потом занимавший соседние помещения Невской анфилады Музей революции (который делил здание с Эрмитажем до 1945 года), запросил помещение церкви под лекторий. Иконостас разобрали в 1929 году — для того, чтобы установить экран. Тогда-то все иконы, за исключением двух, и сочли малоценными (судьба их неизвестна). Но следы иконостаса можно увидеть по измененному рисунку паркета в дальнем конце зала.

Окончательно все следы пребывания церкви было решено ликвидировать в послевоенную реставрацию, тогда же был заложен и основной вход — теперь посетитель попадает в церковь сбоку (оттого-то ее сразу и не узнать!). Но это в будущем в Эрмитаже могут исправить — центральные деревянные двери сохранили своей декор, просто он скрыт за стеной.

Еще один реставрационный секрет, который можно разглядеть своими глазами, — разные цвета херувимов, изготовленных из папье-маше и покрытых золотом: одни — более яркие, блестящие (это новые), другие — более темные (исторические), пережившие несколько десятилетий в подвалах, будучи снятыми со стен при советской власти. В подлинных для матового золочения использовали как подложку серебро, и именно оно проглядывает сквозь верхний слой и создает «неопрятный» вид.

ПоделитьсяПоделиться

«То, что вы сейчас видите, можно назвать чудом: никто не ожидал такой сохранности, это была именно реставрация, а не воссоздание, — поделилась ощущениями заведующая сектором научной реставрации Людмила Акмен. — Своими ювелирными инструментами реставраторы каждый квадратный сантиметр площади этого зала чистили, аккуратно снимали слой потали, бронзовой краски, масляной краски на стенах — таким образом раскрывали оригинальную отделку, оригинальное золото».

В исследовании помещения церкви — признают в Эрмитаже — осталось еще много «белых пятен». Так, еще один секрет зала скрывается под ним.

«Здесь есть подполье, — рассказывает Людмила Акмен. — Мы его не открываем, но здесь есть такой лючок, и внутри — лесенка, по которой можно было попадать внутрь. Там очень низко, в самом высоком месте — в щелыге — своды около полутора метров. Скорее всего, там хранились ценные предметы. Но таких данных точных нет».

Кстати, о поле: исторический паркет сохранен, его толщина всего 5–7 миллиметров, и реставраторы восстановили утраты и наклеили его на основу.

Но почему же церкви не видно снаружи здания? Ведь определить местонахождение Большой церкви легко — над ней виден золотой купол. Ответ заставляет задуматься: мы все знаем Зимний дворец не таким, каким его помнили наши прадеды — еще перед самой войной он был немного другим. Но история гораздо длиннее.

«Еще до постройки Зимнего дворца растреллиевского, последнего, здесь были три главки, — продолжает Людмила Ивановна. — Уже когда строился дворец и Большая церковь, главки с церкви Анны Иоанновны были сняты. Но здесь была деревянная колокольня, которая сгорела во время пожара. А после пожара Стасов воссоздал колокольню уже в металле, с чугунными колоннами. Колокольня была и над Большой церковью: главка там осталась, но там была еще и колокольня, и конструкции колокольни сохранились у нас на чердаке. Здесь тоже была колокольня, но в 1930-е годы был запрещен колокольный звон. Колокола сняли, а колокольни стояли довольно долго, почти до самой войны. В 1939 году было дано указание, и их разобрали — и над Малой церковью, и над Большой. Шли переговоры о том, чтобы конструкции — чугунные колонны — передать в музей городской скульптуры. Но тут началась война, и, скорее всего, они были перелиты: понадобился металл».

Наконец, еще один секрет Малой церкви — то, что помнят эти стены: именно здесь после повреждения «Данаи» Рембрандта в 1985 году восстанавливалась эта картина. А в последующие годы в помещении работали мастерские станковой живописи, которые выехали прямо перед началом научных изысканий перед реставрацией.

Фото: Алина Циопа
ПоделитьсяПоделиться

Сейчас же в зале проходит временная выставка церковных облачений.

«Облачения — как связующая нить между простыми людьми и священнослужителями, — поясняет значение выставки Наталья Некрасова, куратор, научный сотрудник и хранитель фонда тканей Отдела русской культуры Эрмитажа. — Интересно же посмотреть, как делались облачения из светских платьев, посмотреть на облачения, которые использовались в деревенских церквях, из набойки. Без священника жизни не было до революции, это была настолько неотъемлемая часть повседневности каждого человека, что нам сегодня этого не представить. Облачения помогут создать ощущение присутствия в том времени».

Куратор отметила, что выставка ценна своей уникальной возможностью проследить эволюцию.

«В XVIII-XIX веке происходила стандартизация церковных облачений, и сейчас уже строгий канон, существуют специальные церковные ткани, специальные цвета, — пояснила она. — Но так же было не всегда: в деревенских церквях использовались облачения с яркими цветами. В XVII веке использовались иностранные ткани, «бусурманские» — турецкие, иранские. Перешивали облачение из женских платьев. Есть же даже документ XII века «Вопрошание Кириково», где Кирик спрашивает Новгородского митрополита, как же быть, если облачение сшито из бабьего платка? На что тот ему отвечает: а что, баба — поганая, что ли? И дает добро».

Первая выставка в отреставрированной церкви будет открыта до 13 марта 2022 года. В сентябре на ней произойдет смена экспонатов ради их сохранности.

Алина Циопа, «Фонтанка.ру»

Фото: Алина Циопа

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях.Присоединяйтесь прямо сейчас:

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии (10)

Otkating
- Батюшка, я грешница.
- Пьёшь?
- Пью конечно, но может сначала всё-таки исповедует

Закончатся темные времена опять будем лекторий делать. Экран лектория в подвал отнесли или тоже "сочли малоценным и судьба неизвестна"?

KLEMMA
Поражает безграмотность журналиста (((... Может Алине стоит немножко в школе поучиться русскому языку, а уж потом писать статьи для Фонтанки.... Ну что это за построение предложения, как так можно ? Просто глаза режет: "...Тогда-то все иконы, за исключением двух, и сочли малоценными (судьба их неизвестна)...."

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...