Авто Признание & Влияние Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

20:32 07.12.2019

Виктор Цой. Последний поворот 29 лет спустя. Часть 4-я

Водитель «Икаруса» Янис Фибикс раскрыл тайну смертельной аварии с «Москвичем» ленинградского рок-музыканта, которую хранил 29 лет. Появился ответ на главный вопрос - почему Виктор Цой за 35 метров до смерти оказался на обочине. Судебный эксперт определил свойственный Цою врожденный тип реагирования на стресс, заставивший его принять роковое решение.

Виктор Цой. Последний поворот 29 лет спустя. Часть 4-я

Виктор Цой в редакции газеты «Московский комсомолец» в 1990 году / Фото Геннадия Черкасова

Янис Фибикс ушел на пенсию года три назад. Он прочитал репортаж про водителя, который умер за рулем из-за внезапного сердечного приступа. Произошло ДТП, пострадали люди. 

– Мне много лет, и со мной в любой момент может случиться то же самое. Я не хочу больше крови, аварии с Виктором Цоем мне хватило на всю жизнь», – сказал он.

Если просить Яниса рассказать о себе, то самым ярким воспоминанием оказывается служба матросом на советской атомной подводной лодке К-627 – единственной в своем роде, которую называли «Ленинский комсомол». Других субмарин серии К-627 не было, её модернизировали и в дальнейшем серию переименовали в К-627А. Янис уволился в запас старшиной первой статьи, отдав Северному флоту 3 года и 9 месяцев. С тех пор он продолжал общаться с командиром «Ленинского комсомола» капитаном первого ранга Владимиром Чернышовым, а когда того не стало, вложил личные деньги в установку памятника на его могиле в Нижнем Новгороде и до сих пор поздравляет вдову с Днем советского военно-морского флота.

После армии Янис Фибикс работал профессиональным водителем. Сначала на такси, потом в расположенном в Талси предприятии «Сельхозтехника», в статусе водителя которого и попал в ДТП на 35-м километре трассы «Слока-Талси» 15 августа 1990 года. У него остался один снимок тех лет, где он стоит рядом с автобусом, за рулем которого столкнулся с «Москвичом»  Виктора Цоя. Снимок датируется концом 80-х годов прошлого столетия: «Это было года за два до аварии, точнее не помню», – говорит он:


Виктор Цой. Последний поворот 29 лет спустя. Часть 4-я

Янис рассказал автору статьи, как 15 августа 1990 года с утра отвез сотрудников «Сельхозтехники» в рижский аэропорт и решил возвращаться в Талси через Юрмалу – так немного короче. В тот день вечером он собирался отметить 20-ю годовщину свадьбы – но дома, в поселке Сабиле – а из аэропорта он ехал в Талси, чтобы завершить рабочий день на своем предприятии. Маршрут из Риги в Талси через Юрмалу как раз включал в себя участок трассы «Слока-Талси», на 35-м километре которой все произошло. 

Янис рассказывал это и другим журналистам – за прошедшие с момента аварии 29 лет он дал 4 видеоинтервью, после чего отказался от общения с прессой. Но в сентябре 2019 года он рассказал то, что держал в себе все эти годы. Вот расшифровка нашего разговора с легкой стилистической обработкой – у Яниса вполне понятный, но не совсем правильный русский язык:

-Момент, как он (Виктор Цой-ред.) съехал с проезжей части, вы не видели?

-Ну машина так шла нормально, потому она так медленно идет вроде вправо. 

-Вы видели, как он ушел вправо?

-Я видел, да. День ясный был, такой день, как сегодня – солнце было. Он тихо-тихо шел… Ну, не тихо, скорость большая была, но шел вправо, я думал, сейчас врежется в мост. 

-Так он быстро ехал или медленно?

-Быстро, быстро!

-А почему вы говорите «тихо»?

-Можно повернуть моментально, а он так по дороге шел, и машина так тихо потянула вправо. Он шел так, как будто заснул – не заснул… 

-Когда вы выехали из-за поворота и увидели его, он еще был на дороге?

-На дороге, но все ближе-ближе к этому мосту. Направо его потянуло. 

-Он при вас начал съезжать вправо?

-Да-да. А потом оттуда моментально так повернул поперек дороги совсем в другую сторону. 



Поворот перед речкой Тейтупе, у моста через которую произошло столкновение, слепой с обеих сторон – он такой сегодня, он был таким и в августе 1990 года. Янис описывает момент, когда он только-только заехал на поворот и увидел на открывшейся в направлении Талси части дороги машину Виктора Цоя. Вот, как сегодня выглядит этот поворот со стороны Фибикса:

Поворот со стороны водителя «Икаруса», август 2019 года / Фото Льва Годованника
Поворот со стороны водителя «Икаруса», август 2019 года / Фото Льва Годованника

Для просмотра в полный размер кликните мышкой

В нашем интервью Янис предложил разгадку главной интриги той аварии – почему Виктор Цой оказался на обочине. Ответ логичен и прост: музыкант ехал в сторону Слоки по своей полосе, приближался к мосту через Тейтупе и слепому повороту, в какой-то момент из-за этого поворота появился «Икарус», казавшийся на узкой дороге с учетом неожиданности своего появления особенно громоздким. Цой плавно сместился вправо на обочину, чтобы наверняка разъехаться с автобусом – именно это увидел и описал Янис Фибикс. 

Рассказ Яниса полностью соответствует результатам исследования, проведенного судебным экспертом Натальей Потлачук, которая пришла к выводу, что сохранившаяся схема аварии не дает оснований полагать, будто Виктор Цой уснул за рулем. Эксперт не могла объяснить причины, из-за которых музыкант оказался на обочине, но констатировала: съехав на неё, он выровнял машину и проехал 35 метров в непосредственной близости от 9-ти препятствий, не задев ни одного из них, что в бессознательном состоянии невозможно.

Дальше мы знаем: колеса «Москвича» оказались сначала на грунтовом покрытии, потом на загрязненном цементобетоне  моста, из-за чего коэффициент сцепления шин с дорогой резко сократился почти в 2 раза, что привело к заносу машины, потере контроля над ней со стороны водителя и последующему вылету её на проезжую часть. К такому выводу, напомним, пришел эксперт Института безопасности дорожного движения Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета Егор Голов. 

Он сделал для нас исследование соответствующей части траектории движения «Москвича» Виктора Цоя на основании восстановленной милицейской схемы аварии и данных из Технического паспорта дороги, предоставленного муниципалитетом Тукумского края Латвии. 

Рассказ Яниса Финикса дает понимание картины большей части той аварии. 

Виктор Цой возвращается с рыбалки в Плиенциемс, где его ждут подруга и маленький сын. Надо полагать, едет довольно быстро, что могло быть спровоцировано отсутствием необходимых дорожных знаков, которые предупредили бы его об опасности – в частности, о сужении проезжей части в районе моста через Тейтупе, того самого, где произошел занос. Отсутствие необходимых дорожных знаков, напомним, также установил эксперт Института безопасности дорожного движения Егор Голов. 

Когда до моста оставалось около 30-ти метров, из-за слепого поворота навстречу Цою неожиданно появился «Икарус». Музыкант плавно принял вправо, чтобы наверняка разъехаться, но попал в зону перепада коэффициента сцепления колес с дорожным покрытием, машину занесло, после чего он вылетел на проезжую часть прямо под автобус.

Роковым стал выезд на обочину, что, по мнению судебного эксперта и транспортного психолога Натальи Потлачук, обусловлено психофизиологическими особенностями Виктора Цоя. 

Наталья Потлачук / фото Сергея Николаева
Наталья Потлачук / фото Сергея Николаева

Для просмотра в полный размер кликните мышкой

«Люди по-разному реагируют на стрессовые ситуации, и реакция эта у каждого человека врожденная, она в течение жизни не меняется. Одни «нападают», другие «убегают», третьи «замирают» – четвертого типа реагирования на стресс не существует ни у людей, ни у животных. Виктор Цой проявил второй тип реагирования – увидев выехавший из-за поворота большой автобус и, видимо, усомнившись в том, что они смогут разъехаться, он сместился вправо – то есть, «убежал» от внезапного источника опасности. Люди с таким типом реагирования на стресс в жизни неконфликтны, они стараются избегать открытых конфронтаций. 

Человек с первым типом реагирования на стресс предпочел бы ехать, как ехал, сигналя и мигая фарами, чтобы заставить водителя автобуса «подвинуться». Человек с третьим типом реагирования припарковался бы и подождал, пока автобус проедет мимо. 

Но я не уверена, что именно второй тип реагирования на стресс подходит Виктору Цою – ведь он совсем недолго успел побыть водителем, поэтому его реакция в той ситуации могла быть обусловлена неуверенностью из-за отсутствия навыков вождения. Спросите у людей, которые были с ним знакомы, как он реагировал на стрессы. Бегал к кому-то жаловаться, предпочитал, чтобы его проблемы решали другие? Уходил в себя и делал вид, будто ничего не происходит – как говорят, «прятал голову в песок»? Или, наоборот, проявлял активность, рвался в бой?», – говорит Наталья Потлачук.   

Хорошо знал Виктора Цоя бывший директор группы «Кино» Юрий Белишкин. Он уверен: Цой относился к людям с вторым типом реагирования на стресс – всегда старался уйти от опасности. Юрий Белишкин привел живой пример – случай на первом сольном афишном концерте группы «Кино» в московском дворце спорта «Лужники» в ноябре 1988 года: 

«В какой-то момент на песне «Группа крови» народ пошел по рядам к сцене, концерт остановили, опасаясь беспорядков, хотя ничего особенного не происходило. К Виктору, который стоит на сцене, подходит директор дворца спорта и достаточно эмоционально требует: «Остановите народ! Прекратите беспорядки! Скажите людям, чтобы они сели на свои места». Цой: «Я ничего говорить не буду» и показывает на меня: «Пусть скажет он». Я вышел на сцену и попросил народ успокоиться, что в конце концов и произошло….»

Так же думает поклонник творчества рок-музыканта коллекционер Виталий Фролов, читавший и слышавший огромное количество воспоминаний про него. Он характеризует Виктора Цоя как человека очень спокойного, невспыльчивого и тоже  приписывает ему второй тип реагирования на стресс:

«В 1989 году Виктор Цой часто ходил на концерты с телохранителями, хотя ему никто не угрожал. Просто Виктору некомфортно было, когда люди начинали проявлять к нему повышенный интерес на улице или сцене – предпочитал, чтобы от особо назойливых или агрессивных его огораживал охранник, – говорит Виталий. – Цой точно не из тех, кто первым рвется в бой, и не из тех, кто делает вид, будто ничего не происходит. В любой нештатной ситуации он прежде всего пытался, если была возможность, избежать своего в ней участия. Но реагировал как нужно, когда того требовала ситуация, как на своих выступлениях так и в жизни…»

Можно предположить: Виктор Цой не запаниковал из-за появившегося на повороте автобуса, а повел себя, повинуясь свойственному ему врожденному типу реагирования на стресс – попытался «убежать» от надвигавшейся опасности, приняв вправо, на обочину. И ему бы это удалось, не будь в том месте перепада коэффициента сцепления колес с дорожным покрытием. Если бы у Цоя оказался другой тип реагирования на стресс – он бы, скорее всего, выжил.

Эта статья – продолжение журналистского расследования обстоятельств ДТП, в котором погиб легендарный ленинградский поэт и музыкант Виктор Цой. Проект инициирован поклонниками его творчества и реализуется при поддержке:

-Институт безопасности дорожного движения Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета,

-ООО «Центр независимых экспертиз «Аргумент»,

-Генеральный директор киностудии «Ленфильм» Эдуард Пичугин,

-Адвокат Юрий Хабаров,

-Глава администрации Центрального района Санкт-Петербурга Максим Мейксин,

-Адвокат Анна Маркова,

-Управляющий партнёр адвокатского бюро «Дефенсор» адвокат Наталья Белоусова.

- Союз Журналистов СПБ и ЛО

Лев Годованник для «Фонтанки.ру»

levgodovannik@gmail.com

Любое использование опубликованных в статье сведений возможно только со ссылкой на данную публикацию и её автора

Читайте также
Яндекс.Рекомендации

Жильё в Санкт-Петербурге

    Работа в Санкт-Петербурге

      Наши партнёры

      СМИ2

      Lentainform

      Загрузка...

      24СМИ. Агрегатор