18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
20:54 21.09.2018

Ни Хирша себе академики

Президент Путин исполнил угрозу и уволил госслужащих, ставших академиками. Но «показательная порка» коснулась всего четырёх человек. Пятого вдогонку тихо уволил премьер-министр. «Фонтанка» выясняла, чем эти члены РАН отличаются от остальных вновь избранных.

Ни Хирша себе академики

© PressFoto/YayMicro/BaLL LunLa

Указами президента утром в понедельник, 28 ноября, были освобождены от занимаемых должностей: начальник Управления регистрации и архивных фондов ФСБ генерал-лейтенант Василий Христофоров, начальник Главного медицинского управления Управделами президента Константин Котенко, начальник Главного военно-медицинского управления Минобороны Александр Фисун, начальник Следственного департамента МВД Александр Савенков. Позже по стопам президента пошёл премьер-министр Медведев – и уволил замминистра образования Алексея Лопатина.

Причинами названы достижение предельного возраста и собственное желание. Уволенных. Но к этому времени уже было ясно, что подлинная причина – чиновники позволили себе стать членами Академии наук. Путину совмещение госслужбы с наукой не нравится.

Напомним, что 23 ноября во время заседания Совета по науке и образованию президент Путин публично и, как он это умеет, сочно отчитал президента РАН Владимира Фортова: зачем это в академики или членкоры выбрали чиновников.

«Значит они крупные ученые, да? – поинтересовался Путин. – Я думаю, что я должен буду предоставить им возможность заниматься наукой, потому что, судя по всему, их научная деятельность гораздо важнее, чем исполнение каких-то рутинных административных обязанностей в органах власти и управления».

По глубокому убеждению Путина, у людей, «которые добросовестно работают на административных должностях», просто не может оставаться времени на науку.

Фортов отвечал, что избранные уже избраны, лишить их академического статуса нельзя. Тогда Путин решил проблему по-другому. Правда, только для четверых.

В научной среде хотели бы предложить президенту как раз наоборот: лишить кое-кого из академиков научного статуса.

Пострадавшие за науку

Отвечая президенту страны, президент РАН Владимир Фортов сказал, что все избранные академики и членкоры соответствовали всем требованиям.

Василий Христофоров был избран членом-корреспондентом РАН, хотя имеет достаточно низкий индекс цитирования. Но коллеги-историки понимают, что это может быть связано с научной тематикой Христофорова, которая не вызывает большого интереса в международном сообществе: политическая и военная история России XX века. На сайте Института российской истории РАН, где он был главным научным сотрудником, сказано, что профессор Христофоров – автор больше 250 научных статей и пяти монографий. Это скромно.

Зато в среде учёных, занимающихся тем же периодом истории, Василий Христофоров хорошо известен. Работая в архиве ФСБ, он оставался сторонником рассекречивания документов, связанных с репрессиями, и добивался «планомерной, грамотной работы по осознанию трагедии сталинизма» – так он сказал в 2012 году в интервью «Московским новостям». Именно Христофорову, например, историки обязаны публикацией документов о событиях в Катыни.

– Христофоров публиковал ценные документы по советской истории, – говорит о коллеге директор Международного центра истории и социологии Второй мировой войны ВШЭ Олег Будницкий. – Вышло несколько сборников под его редакцией. Это вполне достойный человек и учёный.

Пятно на научной биографии профессора нашло сообщество «Диссернет»: под руководством Христофорова некто Иван Чаев защитил диссертацию, в которой больше половины содержит некорректные заимствования. Но кто ж у нас придирается к учёному из-за такой ерунды?

Психиатр Константин Котенко отвечал за медицинское обслуживание руководства страны с декабря 2015-го. Мы не можем оценить вклад доктора Котенко в медицинскую науку, но он точно занимался ею не тайно. В его биографии на сайте Управделами президента сказано, что доктор медицинских наук, профессор Котенко – «автор около 500 печатных работ, 7 монографий, более 30 учебно-методических работ», он «ведёт активную научную и педагогическую работу», под его руководством «выполнено 43 кандидатских и 8 докторских диссертаций». Почему-то до того как президент решил устроить взбучку академикам, наука не мешала Котенко устраивать лечение первых лиц.

В научной биографии доктора Котенко тоже есть изъян: в одной из диссертаций, где он значится как научный руководитель, «Диссернет» обнаружил некорректные заимствования из работы самого Котенко.

Александр Фисун – ещё один доктор. В его медицинской карьере случались неожиданные повороты: сначала он возглавлял кардиологическое отделение, потом вдруг оказался терапевтом, теперь считается специалистом по организации здравоохранения. В 2009 году Фисун уволился с воинской службы и стал главврачом Центра медицины катастроф. В Минобороны вернулся, когда министром стал Сергей Шойгу. И возглавлял военно-медицинское управление с 2013 года.

Если судить по официальной биографии военврача Фисуна, все эти годы он тоже открыто совмещал науку с работой чиновника. Извинить в глазах президента его могло бы то, что серьёзного вклада в фундаментальную медицину за ним не замечено: все наукометрические показатели, индексы цитирования и прочее у доктора Фисуна очень низкие. Но по этому поводу вопросов, видимо, не возникло, раз академики его выбрали. Есть другая часть научной карьеры Фисуна – «неофициальная». Её изучил один из создателей «Диссернета» Андрей Заякин. По его данным, Фисун выступал научным руководителем в двух кандидатских, повторяющих друг друга слово в слово. Но за такую мелочь у нас до сих пор никого не увольняли.

Александр Савенков, выпускник Военно-юридического института Минобороны, был на государственной службе с 2009 года. Сначала как сенатор от Владимирской области, потом – первый замминистра юстиции, главный военный прокурор и, наконец, с мая 2014 года, – начальник следственного департамента МВД. Если по Путину, у Савенкова совершенно не могло оставаться времени на науку. Тем не менее в Российском индексе научного цитирования (РИНЦ) статьи, учебники и монографии правоведа Савенкова или в соавторстве с ним упоминаются 35 раз. Он специалист очень широкого профиля – от борьбы с коррупцией до киберпреступности. Под его редакцией вышло несколько учебников. Не сказать, чтобы эти труды были сильно популярны в научном мире, но, например, статью о том, как победить коррупцию в Великобритании, цитировали 91 раз. Словом, занятие наукой налицо. И ни кандидатская, ни докторская не мешали карьере госслужащего. Пока не выяснилось, что Савенков – не просто учёный, а учёный большой, достойный места в академии.

45-летний заместитель министра образования Алексей Лопатин был избран академиком по отделению биологии. До назначения в министерство он занимал должность заместителя руководителя ФАНО – организации, созданной во время реорганизации РАН для управления наукой. Этот чиновник пострадал, хотя и до президентского запрета был членом РАН, только на ступеньку ниже – членкором. К этому времени у него накопилось научное наследие – 425 работ, написанных в одиночку и в соавторстве. По сравнению со многими вновь избранными товарищами, у этого учёного неплохой Хирш: 11. За что, видимо, и поплатился местом в Министерстве образования и науки.

Хирш с ними

Статус академика или членкора даёт его обладателю право на стипендию в 100 тысяч рублей или 50 тысяч рублей, соответственно, а заодно привилегии, вроде права на служебный транспорт и панихиду в академическом здании. Результаты выборов членов РАН были оглашены ещё в октябре. В качестве претендентов зарегистрировались 2273 человека. Были избраны и получили упомянутые блага 518 человек. С лёгкой руки президента обсуждается не то, насколько заслуженно они удостоены статуса. Не научная продуктивность академиков. А места их работы.

Будущих академиков и членкоров выбирают тайным голосованием действительные члены РАН. Конечно, научный мир узок, многие знают многих лично или по научным трудам. Например, в прежние времена физики несколько раз «прокатывали» своего знаменитого коллегу Михаила Ковальчука – директора Курчатовского института, носящего неформальный титул «брат друга Путина». Но с тех пор кое-что изменилось.

До этого года в последний раз выборы проходили в 2011-м. Но в 2013-м, как мы знаем, РАН пережила реорганизацию. В частности, в «большую» академию влились академии медицинских и сельскохозяйственных наук. Источники «Фонтанки» ещё 3 года назад опасались, что это сильно разбавит «настоящих» академиков, то есть понизит общий уровень. Сегодня они же говорят, что в разросшейся и реорганизованной Академии люди друг друга просто толком не знают. В такой ситуации для голосования нужны чёткие критерии. А их, как выясняется, на практике не существует.

– Академия наук должна выбирать ведущих учёных, – говорит один из кандидатов на прошедших выборах, директор Института физики перспективных материалов Уфимского государственного авиационного технического университета, завлабораторией в Санкт-Петербургском госуниверситете Руслан Валиев. – А какие учёные – ведущие? Кто и по каким критериям может это определить?

Международные критерии для оценки продуктивности учёного существуют. Одним из них служит индекс Хирша. Или просто – Хирш. Он говорит о соотношении количества публикаций и их научной ценности: сколько вышло статей, в каких изданиях, как часто на них ссылались другие авторы. В адрес Хирша есть много критики: дескать, если бы по нему оценивали Эйнштейна, гений прослыл бы научной пустышкой. Но Хирш и появился-то только в 2005 году. Этим, говорит Руслан Валиев, научный мир обязан развитию цифровых технологий и Интернета.

– В профессиональном сообществе известно, какие журналы – ведущие в своём направлении, – объясняет физик. – Малозначительную статью такой журнал не опубликует. Там более строгие рецензии. Цитируют те статьи, которые задают тон.

Система принята в международной науке, продолжает физик, в последнее время к ней присоединились Индия и Китай. И только в России такие «количественные» оценки академики не жалуют.

– Большинство членов РАН – люди с достаточно низким Хиршем, – замечает Руслан Валиев.

Такая тенденция сохранилась и после минувших выборов. В академики и членкоры не прошли учёные с высоким Хиршем. И прошли те, у кого индекс цитирования стремится к нулю. «Фонтанка» не случайно обратилась за комментариями к Руслану Валиеву: он был кандидатом с самым высоким Хиршем – 85. Валиев – обладатель медали Блеза Паскаля. Но коллеги даже не внесли его в список рекомендованных к избранию. Прокатили академики и петербургского учёного Станислава Смирнова – лауреата Филдсовской премии (аналога Нобелевской в математике).

Издание Indicator.ru провело свой анализ и выяснило: только у 4 процентов зарегистрированных кандидатов в члены РАН (у 95 человек из двух с лишним тысяч) Хирш был больше тридцати. Из этих 95 кандидатов всего 16 человек были избраны в академики и членкоры, почти все – физики. По отделениям математики, химии, наук о Земле, физиологии, медицины не избран ни один кандидат с относительно высоким Хиршем. По отделениям нано- и информтехнологий, энергетики и машиностроения, биологии – по одному учёному с Хиршем больше тридцати.

И другие новые академики

Пять избранных и уволенных – вовсе не весь перечень госслужащих-академиков. По отделению наук о Земле академиком был избран сенатор от Бурятии Арнольд Тулохонов. Член учёного совета Русского географического общества, до 2013 года – директор Байкальского института природопользования. РИНЦ находит 152 публикации Тулохонова или в соавторстве с ним. Только почти все они никому из коллег не понадобились для цитат.

Членом-корреспондентом по отделению наук о Земле избран член правления и начальник департамента «Газпрома» Олег Аксютин – автор или соавтор 107 работ на темы, связанные с газовой отраслью. Большую часть, судя по РИНЦ, другие учёные цитировали 0 раз. Тем не менее академики сочли труды сотрудника «Газпрома» достаточно ценными, чтобы принять в свой круг.

Должность члена-корреспондента РАН по отделению нано- и информтехнологий получил Александр Карасевич – бывший генеральный директор ОАО «Газпром Промгаз». «Википедия» говорит о нём как об авторе «более 80 изобретений, порядка 200 научных трудов, включая 24 монографии». РИНЦ такого богатого наследия не подтверждает, находит 116 работ, где Карасевич в основном участвовал как соавтор. В подавляющем большинстве его труды тоже не использовались коллегами. Вдобавок посвящены они газопроводам, месторождениям угля, энергетической безопасности, экологии – чему угодно, только не нанотехнологиям.

Ещё один крупный учёный в сфере нано- и информтехнологий, избранный членкором, – генерал Игорь Шеремет. С его участием написаны 18 статей, есть одна его монография. Популярностью у коллег всё это наследие практически не пользуется. Генерал Шеремет известен другим: в мае 2012 года, будучи заместителем начальника Генштаба, он раскритиковал реформы Анатолия Сердюкова и вскоре стал членом Военно-промышленной комиссии правительства РФ. Но на момент избрания в членкоры он в списках ВПК уже не фигурировал. Так что с этой точки зрения имел полное право стать членом РАН.

Похожей научной ценностью, если судить по РИНЦ, обладают и 36 статей нового академика по отделению энергетики, машиностроения, механики и процессов управления Бориса Алёшина. Но сам экс-вице-премьер Алёшин – один из авторов концепции реформирования российского автопрома, чем, видимо, и заслужил членство в РАН.

Двум госслужащим крупно повезло: академики отказались их избрать. Не сумели доказать свою продуктивность в науке министр здравоохранения Вероника Скворцова и депутат Госдумы – полярный исследователь Артур Чилингаров.

Ирина Тумакова, «Фонтанка.ру»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор

MarketGid

Загрузка...