Сейчас

-2˚C

Сейчас в Санкт-Петербурге

-2˚C

Пасмурно, без осадков

Ощущается как -5

1 м/с, вос

779мм

83%

Подробнее

Пробки

4/10

Тихая помощь. Почему в Петербурге о раненых заботятся тайно

97706
Фото: Александр Подгорчук/«Коммерсантъ»
ПоделитьсяПоделиться

В Петербурге развернулось подпольное народное движение помощи раненым. Пациентам военных госпиталей активные люди организовывают сборы одежды, расходных медицинских материалов, приспособлений, пекут им пироги и покупают сладости к чаю. При этом на вопросы журналистов они либо отвечать отказываются, либо говорят с большой неохотой. Объяснение: медицинские военные учреждения не должны ничего просить, у них как бы все есть. И это действительно так — госпитали обеспечены необходимым, но жизнь обычно шире нормативов.

«Чтобы мальчишки выздоравливали»


«В 442-м окружном военном клиническом госпитале лежит много раненых ребят. Им ОЧЕНЬ ТРЕБУЕТСЯ помощь! Их не в чем выписывать. Одежду, в которой их привозят, разрезают и выбрасывают. Пожалуйста, может, у кого-то лежат без дела мужские вещи (можно б/у, но чистые) размеры от 48 до 54, обувь от 41 до 45».

Такое сообщение из WhatsApp «Фонтанке» переслал житель Приморского района. Говорит, увидел его в закрытом чате своего домового сообщества. Автор сообщения нашему читателю по-соседски знаком, но сама необходимость помощи раненым и военным медикам вызвала сомнение.

«Просто хочется узнать, действительно ли в нашем госпитале нет ничего… Потому что, судя по сегодняшнему сообщению, ситуация патовая, которую невозможно решить без огласки. Я прекрасно понимаю, что в госпитале нет одежды. Но сегодня пришло сообщение, что там банальные иглы нужны. Нам же по телевизору говорят, что всё есть», — удивляется читатель и просит «Фонтанку» проверить, а не мошенничество ли подобная рассылка. «Фонтанка» убедилась — не мошенничество.

Еще нужны повязки покровные «Воскопран» с наполнителями — бранолинд, бетадин (для лечения ран), повязки с серебром, шовный материал, рассасывающийся, самый востребованный — «Викрил».

«Фонтанка» нашла организатора сбора помощи в названном читателем ЖК, чтобы выяснить, кому, куда и как она направляется. Им оказалась врач амбулаторного медучреждения, она рассказала: да, помощь собирают на 442-й окружной госпиталь. На предложение опубликовать объявление о сборах для раненых взмолилась: «Очень вас прошу, давайте не будем — главному врачу настучат, он все запретит, и наши мальчики останутся без помощи».

Потребность в повязках она объяснила так: «Все базовое есть, но, с одной стороны, все нужно постоянно пополнять, а государственные закупки все-таки дело долгое, возникают моменты, когда что-то подходит к концу. С другой — базовое это, например, лечение раны с помощью наложения на нее марлевой повязки с мазью — ее надо «отквашивать» хлоргексидином, чтобы сделать перевязку: больно и заживает дольше, чем при использовании современных перевязочных средств, например повязки в виде сеточки с бранолиндом».

Ну и конечно, остро стоит вопрос с одеждой для раненых. «Представьте, мальчик приехал на носилках с шиной на ноге — одежду на нем разрезали, выбросили, раны промыли и обработали, в отделении ему дали тапки и пижаму. Сам он из Уфы, Новгорода или Владивостока. После курса лечения его выписывают с металлоконструкцией в ноге и шиной — передвигается на костылях. Мама с папой в далеком городе, кто его оденет? Почему мы не можем это сделать — у каждого в гардеробе есть что-то, что он купил и не носит (футболка, куртка, штаны и да — носки, трусы), достал и передал, не жалко ведь, правда? Пусть мальчишки выздоравливают», — объясняет свой порыв врач.

ЖК в Приморском районе — не единственный, где получили такой призыв о помощи. Например, вот это из соседского WhatsApp-чата ЖК на Ленинском проспекте:

«Добрый день! В больницу поступили раненые с территории боевых действий. Список необходимых вещей:

*спортивные костюмы тёплые;

*брюки только прямого кроя, не зауженные (размеры 50–56);

*кроссовки, желательно не на шнурках (размеры 42–45);

*Одежда по сезону: футболки, брюки, кофты, куртки (50–56 размер, чистые, пожалуйста);

—--------------—

*матрас противопролежневый

Д 1950-Ш 900;

*круг под копчик по весу 70–150 кг;

*влажные салфетки в больших пачках (для лежачих);

*одноразовые пеленки 60–90 (и больше размеры)

—--------------—

*кофе 3 в 1;

*сигареты»

Тихая помощь


Авторы благотворительных сборов в WhatsApp от общения с прессой категорически отказываются и даже пытаются выяснить, кто из участников чата «проговорился».

В сообществах телеграм-каналов все не так таинственно, стать их участником может каждый. Но на просьбу «Фонтанки» рассказать о своей работе девушки отвечали, что не могут общаться с журналистом.

Один из чатов помощи раненым рассказывает своим подписчикам о том, что именно нужно, как и одноименный телеграм-канал. Вещи собирают практически те же, что другие группы. Принимают денежную помощь. Конспирология на высшем уровне — пересылать и копировать сообщения в чате запрещено «в целях безопасности».

В другой группе не принимают деньги — можно самостоятельно заказать посылку на маркетплейсе, ее заберут. И в этом сообществе запрещено обсуждение любых политических тем — табу оговорено в статусе группы. Хотя на самом деле на волонтерских страницах в соцсетях вообще нет политических дискуссий, они просто помогают.

Во «ВКонтакте» самоорганизовавшиеся группы более открыты, там все на виду — и объявления о сборах, и отчеты.

Одна из таких групп собирает вещмешки или рюкзаки, передвижные столики для лежачих, настольные игры, подмышечные костыли: «Каждая пара выдаётся нуждающемуся бойцу в больнице, и он с ними же переезжает на реабилитацию, поэтому сейчас такой дефицит костылей».

В другой группе просят костыли и коляски: «Те коляски, которые там были (а их было совсем немного), выходят из строя, поэтому им нужна замена! Бойцы должны постоянно перемещаться на перевязки и процедуры».

Еще одна группа называет себя народным движением — собирает книги, устраивает концерты для раненых.

Передавая добро, не навреди


Татьяна Деменева работает в туризме, создав группу помощи «Передай добро», вовлекла в нее партнеров — Северо-Западное региональное отделение Российского союза туриндустрии и Российскую гостиничную ассоциацию. Эти организации находят возможность селить в петербургских отелях родственников пациентов петербургских госпиталей — в ведомственной гостинице места есть не всегда, а в Петербурге лечатся люди со всей России, включая жителей Донбасса. С лета несколько отелей предоставили бесплатное жилье почти для 200 человек.

«Вчера посетили сразу два госпиталя, — пишет Татьяна во «ВКонтакте». — Утеплили ребят бахилами, часть передали сестрам на пост, как и средства гигиены, кремы и присыпки. Несколько ящиков влажных салфеток — это уже наш традиционный подарок, пригодилось и нижнее бельё».

Бахилы. Их придумали участники движения «Передай добро» для пациентов отделений травматологии с аппаратами Илизарова (металлические конструкции, с помощью которых соединяются для сращивания кости при сложных переломах). «Запчасти» аппарата торчат с разных сторон — рвут постельное белье, цепляются за все подряд, царапают другую ногу, обычную одежду поверх него не наденешь. Сначала начали шить «сапожки», чтобы прикрыть детали и уберечь вторую ногу и заодно постельное белье, без стеснения передвигаться по отделению. А с наступлением холодов взялись за утепленные — с подкладкой, непромокаемые, чтобы мужчины на улице не мерзли. Когда в отделение привезли первую партию, медсестра с многолетней практикой разочаровала — оказалось, что придумали такие бахилы раньше — в набор с каждым аппаратом для пациента входил хлопчатобумажный чехол для постоянной носки. Сейчас производитель его не предусматривает. С такими «бахилами» раненым намного удобнее, но купить их совершенно негде.

«А вашу помощь не примут»


Когда в соцсетях спрашивают, в какой госпиталь человек может привезти необходимое, ему отвечают: «У вас не примут». И госпитали не называют, мол, военная тайна. Тайна, которая содержится в открытом интернет-доступе с адресами и описанием.

Но то, что от обычного петербуржца не примут ни салфетки, ни туалетную бумагу, правда. Например, во ВМедА уже закрыли вход с Боткинской улицы, куда раньше волонтеры сгружали все собранное. В неофициальной беседе представитель Военно-медицинской академии им. Кирова объяснил «Фонтанке» это решение так: «Решили привести все к общему знаменателю, чтобы не каждая группа «ВКонтакте» везла нам все, что собрала, а доставляла официально — через юридических лиц с заявлением на имя начальника ВМедА: «Хотим помочь… и ФИО подопечного, конкретную службу или отделение».

Татьяна Деменева рассказала, как движение «Передай добро» подключилось к помощи раненым из петербургских госпиталей: «Мы заботились о раненом ополченце из ДНР, ему понадобились очки, а к тому моменту его перевели из одного в другой госпиталь. Очки мы купили, а заодно привезли побольше салфеток, пеленок, воды. Позвонили на кафедру, представились, попросили передать вещи нашему подопечному и предложили все, что взяли с собой: «Надо?» Они спустились к нам и все забрали. Мы по-прежнему объявляем сборы на самое необходимое, так же звоним и спрашиваем: «У нас есть, допустим, пенки, салфетки. Надо?» Путем проб и ошибок поняли, что требуется в первую очередь. И это у нас есть всегда, мы это собираем. Если появляются новые потребности, то нам сообщают и мы решаем проблему всем миром».

Постоянно нужны влажные салфетки, одноразовые пеленки, гигиеническая пена, бритвенные станки, телефоны, зарядки, сим-карты.

То, что обычно человек просит принести родственников, когда попадет в больницу, — любую, хоть военную, хоть гражданскую. Вспомните, если вы лежали недавно в больнице, что вам было нужно: полотенце, туалетная бумага, гигиенические принадлежности плюс разные салфетки, гаджеты с зарядками, смена белья, удобная одежда и обувь. А еще нужна одежда, чтобы, покидая стены больницы, можно было одеться по погоде и добраться до дома.

Почему в госпиталях не сильно приветствуется доставка одежды раненым, в Военно-медицинской академии неофициально объясняют так: «Рассказы в чатах о том, что раненые лежат голодные и холодные, лечат их прикладыванием к ране лопухов, выращенных врачами, призывы принести им хотя бы носки, пусть ношеные, только не драненькие, это все выдумки. Клиники ВМА очень хорошо обеспечиваются, медицинские возможности — как в «Докторе Хаусе». Потому что это учреждение Минобороны, оно финансируется из Москвы. А кроме того, даже сейчас мы лечим не только военнослужащих, — мы зарабатываем деньги за счет платных пациентов и тех, кто поступает к нам с полисами ОМС. И расходники у нас есть, но их никогда не бывает много, мы должны быть готовы к поступлению разных пациентов, с разными ранениями и заболеваниями. Помощь принимаем с благодарностью».

В рамках помощи во ВМедА им. Кирова организации покупают противоожоговые матрасы, кровати, одежду. По словам собеседника «Фонтанки», здесь берут то, в чем нуждаются, а лишнее передают в госпитали — те, что находятся на территории Петербурга и подведомственны Западному военному округу, и те, что оказывают помощь в Донбассе. «Чаще всего помощь везут нам, думают, что в Военно-медицинской академии сконцентрированы все раненые, но это не так, в городе несколько военных госпиталей, помощь нужна и прифронтовым госпиталям», — объяснили «Фонтанке».

Это нормально?


Почему стихийное движение помощи раненым держит свою работу в тайне? Почему волонтеры боятся разговаривать с журналистами и аргументируют непонятно кому данными подписками о неразглашении? Почему опасаются подставить докторов, с которыми работают и которые сообщают им о том, чего не хватает их пациентам?

Один из возможных ответов содержится в письмах, которые присылают читатели «Фонтанки». Рассказывая о сборах памперсов, они возмущаются: «Почему не выделяются средства на раненых?» А это бьет по и без того не кристальной репутации Минобороны. И невозможно объяснить, что деньги есть, все предусмотренное нормативами закупается в полном объеме, но солдат, например, не хочет ходить по клинике в «госпитальной робе» и просит обычную футболку со штанами. И это нормально. Кроме того, большинство выписываемых из госпиталей не под увольнение идут, а возвращаются в свою часть. Так что гражданские куртки с кроссовками понадобятся немногим. В каждом военном лечебном учреждении есть вещевая служба, бойца есть во что одеть. Если даже в реанимобиле (вертолете, самолете) раненый доставляется в окружной госпиталь голеньким (в реанимации так), то выходит он полностью одетым в новую с иголочки военную форму — потому что его одела вещевая служба, причем по сезону. На этом моменте многие вспомнят о скандалах с экипировкой для мобилизованных, но речь сейчас не о бронежилетах и касках. Информации о том, что не хватает элементарной военной формы, справедливости ради, в СМИ не поступало. Однако проблема в том, что в госпитали доставляют не только военнослужащих российской армии.

Кто оденет раненых ополченцев и мирных из Донбасса


«Госпиталь это госучреждение, значит, когда что-то заканчивается, новая партия не поступает тут же. Ее ждут неделю и больше, а в это время людей продолжают доставлять, бортами. Если мы с вами можем купить необходимое в любой момент за наличные, то у госучреждения, которое приобретает все по безналичному расчету, такой возможности нет. Поэтому так важны в такие моменты волонтеры — они закрывают нет-нет да образующуюся брешь, сегодня — в одной позиции, завтра — в другой, — объясняет Татьяна Деменева. — А есть вещи, которые нужны всегда и в большом количестве, например влажные салфетки уходят очень быстро, другие предметы гигиены. Вещевая служба всегда говорит, что все есть, а на деле к выписке у человека может обуви не оказаться — нет его размера. Чтобы он не в тапочках выходил, скидываемся и покупаем ему кроссовки. Или нет его размера куртки. Локтевые костыли нужны — выписывают ведь, когда человек еще серьезно хромает».

Волонтеры собирают цивильную одежду — не обмундирование. Татьяна объясняет, она, действительно, чаще всего нужна не военнослужащим — с ними вообще проще. У них часто есть при себе свои банковские карты, с которыми можно делать покупки, а нуждаются в том, чего не купишь, — от домашних пирогов не откажутся, «бахилам» порадуются. А ополченцы ЛНР и ДНР поступали без карточек и безо всего вообще. И когда у них нет ни родственников, ни поддержки знакомых, ими занимаются волонтеры: «Приносим бытовые мелочи на весь период госпитализации, собираем одежду для выписки».

Недавно участники движения «Передай добро» помогали бойцу из Иловайска. У него не осталось родных, а после ранения может передвигаться только на коляске. Дом в Донецкой области цел, но квартира находится на 5-м этаже. Нашлись петербуржцы, которые о нем позаботились, нашли родственницу в другом регионе, которая готова его забрать.

Ирина Багликова, «Фонтанка.ру»

Фото: Александр Подгорчук/«Коммерсантъ»

ЛАЙК44
СМЕХ30
УДИВЛЕНИЕ6
ГНЕВ54
ПЕЧАЛЬ42

Комментарии 164

28020596323 Ноя 2022 в 13:17
Я благодарна и молюсь за всех волонтёров, которые помогают раненым в госпиталях. Благодаря этим неравнодушным людям ребята получают все необходимое, чего им не хватает.
А люди которые брызжут тут злостью и ядом, не понимают что человек прикованный к кровати не может встать и пойти купить себе трусы, салфетки влажные и прочие вещи даже если имеет финансовые средства.
С какой благодарностью супруг вспоминает женщину волонтера, которая приходила к ним в палату и всех ребят подстригала. А какие вкусные пироги приносят волонтёры, фрукты, соки и многое многое другое.
Сидеть дома на диване,злословить и ныть могут все, а реально помочь только сильные духом люди.
Государство тоже делает немало. Все раненые получают высокотехнологическую медицинскую помощь, врачи борятся за каждого раненого, медперсонал работает на износ.
Ещё раз благодарю всех волонтёров, всех неравнодушных людей в Санкт-Петербурге за огромнейшую помощь раненым в т.ч помощь нашей семье. Наша сила в единстве и единении!

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

сообщить новость

Отправьте свою новость в редакцию, расскажите о проблеме или подкиньте тему для публикации. Сюда же загружайте ваше видео и фото.

close