Выйди и зайди в зум нормально! Какие плюсы и минусы онлайн-образования видят в петербургских вузах и школах

Развитие дистанционного обучения и электронных технологий в образовании — вещь неизбежная. Но осваивать новые формы лучше все-таки последовательно, а не в авральном порядке, как это случилось в пандемию, — иначе это стресс и для преподавателей, и для учащихся. Так считают в школах и вузах.

2
ПоделитьсяПоделиться

Участники круглого стола «Фонтанки» выразили надежду, что чистый онлайн все же не станет новой образовательной реальностью. Хоть в электронном обучении есть много плюсов, но в идеале все-таки стоит сочетать его с «живым».

В школе

Нужно быть очень аккуратными с формулировками, ведь как такового в законе понятия онлайн-обучения не существует, заявил Михаил Пучков, заместитель председателя комитета по образованию Санкт-Петербурга.

— В вузе очная и очно-заочная форма — норма федерального закона, а вот в школе заочного образования не может быть, если это нормативно не установлено, — дополнил Михаил Пучков. — Федеральный закон четко говорит, что в школе получить образование можно, посещая ее очно, в форме семейного обучения и самообразования, когда учишься дома, но итоговую аттестацию проходишь в школе. Особенность школы — работа с несовершеннолетними, которые не несут за себя ответственность, и за их образовательные результаты отвечает школа или родители — в случае с семейным обучением. А вот очное школьное обучение можно организовать в том числе и с применением дистанционных образовательных технологий, поскольку школа сама может выбирать инструменты для реализации своих программ.

Петербург — особый регион, где школы не закрывались с сентября 2020 года. Как рассказал эксперт, предложенный смешанный формат — ребенок учится дома, но числится в школе и находится на постоянной связи с учителями, — выбрали 20 тысяч семей в городе. Это небольшая часть, ведь учеников в городе всего более 550 тысяч. При этом за результат обучения отвечала все равно школа.

Сегодня цифровизация среднего образования продвинулась вперед, госпродукты с защищенным доступом разработали достаточно быстро. 15 регионов в рамках нацпроекта уже участвуют в эксперименте по созданию цифровой образовательной среды, рассказал Михаил Пучков. С этого года все регионы могут использовать единую бесплатную госплатформу «Сферум» для онлайн-встреч с не ограниченным по времени доступом для учителей, учеников и родителей. Если ребенка нет в классе, его можно подключить через «Сферум». Появилась система «Моя школа» — защищенный, работающий на госсерверах портал школы со всеми нужными инструментами. Также есть «Российская электронная школа» — все занятия по любому предмету за любой класс. Это не назвать уникальным обучающим курсом, но для дополнительного использования и поддержки знаний по школьной программе вполне подойдет.

Михаил Эпштейн, сооснователь частной школы «Эпишкола», считает главной задачей сегодня не просто встроить эти технологии в нормальную образовательную жизнь, но и сделать «дистанционку» удобной — особенно если она остается единственной формой, как в первый локдаун.

— По моему мнению, лучше всего работает микс «живых» и «дистанционных» форматов, — пояснил он. — Мы организовали наш проект «Живые классы», чтобы дети онлайн могли учиться не поодиночке, а в группе. Частная школа может позволить себе небольшие классы по 6–8 человек, которые помещаются одновременно на экране, и учителю легко с ними работать в интерактивном формате. Часть ребят занимаются дистанционно сами или с учителем, но могут участвовать в очных событиях в классе. Это особенно важно для подростков, которые в школу приходят больше общаться, чем учиться.

В вузе

Что касается вузов, надо сразу разделить два понятия — реализация программ с применением исключительно электронного обучения, дистанционных образовательных технологий (ЭО и ДОТ — или онлайн-обучение и дистанционное обучение) и проведение отдельных видов занятий с использованием ЭО и ДОТ, уточнил Сергей Денисенко, начальник учебно-методического управления Санкт-Петербургского государственного технологического института (технический университет). Так вот, второе разрешено практически по всем реализуемым программам. Электронное обучение и дистанционные образовательные технологии непрерывно связаны.

Статья 16 ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» регламентирует возможность реализовывать образовательные программы с применением ЭО и ДОТ. Возможность обучения с применением исключительно ЭО и ДОТ определяется соответствующим Федеральным образовательным стандартом, который четко указывает, может ли направление подготовки использовать исключительно онлайн-обучение. По ряду технических специальностей невозможен исключительно дистанционный процесс, в «гуманитарном» блоке, как правило, таких ограничений нет. Порядок обучения с применением ЭО и ДОТ определён соответствующим приказом Минобрнауки России.

Как уточнила заместитель председателя городского Комитета по науке и высшей школе Анна Степанова, в соответствии с приказом Минобрнауки, например, не допускается обучение с применением исключительно электронного обучения и дистанционных технологий по таким квалификациям, как арматурщик, каменщик, фельдшер и так далее.

Также представитель комитета напомнила, что дистанционный формат применим к любой форме обучения (очная, очно-заочная, заочная) и не зависит от нее. Решение о полном переходе на дистанционный формат обучения каждая образовательная организация принимает самостоятельно, исходя из собственных технических возможностей. Любой формат обучения будет востребован, если образовательная организация работает по программам с госаккредитацией.

Стремительное развитие онлайн-обучения стимулировала пандемия, но еще многое нужно доработать законодательно, говорит Павел Смирнов, начальник правового управления СПбГЭУ. Например, в статье 16 «Закона об образовании в Российской Федерации» отсутствует классификация и определение самих видов образовательных технологий.

— Я предоставлял бы больше самостоятельности образовательным организациям в части локального правового регулирования по вопросам применения электронного обучения, дистанционных образовательных технологий при реализации образовательных программ, — полагает Смирнов. — Перечень специальностей и направлений в высшем образовании, где не допускается исключительно дистанционное обучение, недостаточно раскрыт, его надо доработать — вузы могли бы регулировать это самостоятельно, и им стоит дать такую возможность.

Выбор без выбора

Осваивать новое добровольно, в рамках четкого плана — совсем не то, что вынужденно. В том, что выбор или есть, или его нет, и заключена проблема, считают эксперты.

— Мы очень резко столкнулись с необходимостью использования дистанционных образовательных технологий, а по факту у нас все процессы — как в школе, так и дома — были настроены на очные формы, — сообщил Михаил Пучков. — Это как каждый день ездить на седане по асфальту, а с понедельника вынужденно передвигаться по проселочным дорогам, где другие правила и инструменты. И это проблема перестройки всех глубинных процессов, решения базовых проблем при резком изменений условий. Прочувствовать форматы можно, имея и тот, и другой опыт. Наши же дети получают опыт дистанционной учебы в несколько экстремальных условиях. И это совсем не то, что вдумчиво формировать образовательные программы, которые семьи выбирают тоже осознанно.

Сергей Денисенко отметил ряд проблем, которые еще не решены при таком резком переходе. Первая — пока мы пользуемся зарубежными онлайн-платформами, а хотелось бы иметь свои программы для подобного рода занятий. Вторая проблема — дистанционная форма обучения предполагает идентификацию личности. Есть постановление правительства РФ о промежуточной аттестации в 2021–2022 годах, в соответствии с которым предполагается передача биометрии студентов в базу. Однако возможности реализации данной нормы сейчас нет. По словам эксперта, существует вероятность того, что при получении образования исключительно в дистанционной форме диплом получит не тот человек, который учился:

— Однако, несмотря на то что большую часть очных занятий, не связанных с лабораторными работами и практикой, я бы перевел в онлайн, на промежуточную аттестацию надо прибыть в вуз и лично пообщаться с преподавателем.

Павел Смирнов относится критически к переводу «заочки» на дистант. По его мнению, полный перевод в онлайн негативно скажется на качестве образования. Чтобы выпускать подготовленных специалистов, нужно сочетание двух компонентов: личностных качеств — таких, как самоконтроль, мотивация, — и качественного продукта самого вуза. Для этого сочетания необходимо непосредственное общение группы людей, а дистант — лишь в исключительных случаях. И сегодня, по мнению спикера, он уже негативно сказывается на настроении, эмоциях и формировании личности.

— Мы и так уже ушли в онлайн процентов на 70 в повседневной жизни, — говорит он. — Молодые люди многое потеряют, а не приобретут: у них не разрабатываются лидерские качества, теряется общение друг с другом. Кроме того, надо иметь в виду, что в регионах недостаточная компьютерная грамотность, да и сами компьютеры с доступом в интернет есть не у всех. Так что при поголовном онлайне не все смогут пользоваться этим продуктом.

Я искренний сторонник очного обучения. Образование — это не только запоминание информации, но и опыт взаимодействия по поводу поиска нового знания, — добавил Михаил Эпштейн. — Особенно это касается детей: им важно заряжаться друг от друга и подключаться к общему обмену идеями. Когда ты сидишь один на один с экраном и индивидуально работаешь с программой, этого эффекта достичь трудно. Поэтому даже в вынужденной ситуации ухода в онлайн мы стараемся в наших онлайн-классах сделать занятия максимально интерактивными — с дискуссиями, совместной разработкой проектов, решением кейсов. Сплошные лекции долго слушать не сможет ни один подросток.

Небо и земля, седан и внедорожник

Заочная форма учебы могла бы уйти полностью в онлайн, считает основатель и генеральный директор онлайн-платформы обучения детей английскому языку Novakid Максим Азаров. Этот формат выигрывает у традиционной заочной формы обучения за счет технологичности и удобства. Выпадать из рабочего ритма ради условной сессии сегодня скорее роскошь, нежели необходимость.

— Стоит, однако, учитывать готовность российских вузов к полноценному переформатированию, — добавил он. — По данным исследования ВШЭ и Министерства образования и науки от 2020 года, только у 44% вузов была возможность организовывать синхронное обучение в дистанционной форме. Так что на полный переход потребуется время.

— Лекция дистанционно — это формат «я смотрю сам и потом сдаю аттестацию», — говорит Сергей Денисенко. — Ни один преподаватель у нас не может и не будет читать онлайн лекционную пару полтора часа, так как нужны механизмы, чтобы держать аудиторию. Лекция в живой аудитории порождает дискуссию, и полтора часа пролетают. А онлайн — это нагрузка как на преподавателя, так и на студентов. Мы противники перехода на дистанционный формат.

— Разницу между очным процессом и электронным курсом опять же сравню с машинами: как при вождении внедорожника на расхлябанной дороге опираться на навыки вождения седана, — добавил Михаил Пучков. — Это абсолютно разные методики с совершенно иной подготовкой.

— Принципиальное отличие очного взаимодействия при работе с детской аудиторией — их глаза к тебе ближе, ты можешь быстрее реагировать, видеть понимание или непонимание, спад интереса, когда ученик отвлекается, оперативно менять ход урока, тембр голоса, двигаться по аудитории, — считает Михаил Эпштейн. — Для детского образования это архинеобходимо. Но важнейший плюс онлайн-обучения — это индивидуализация: темпа, маршрута, содержания. За год-полтора активной работы «на дистанции» мы выяснили, что некоторым детям чрезвычайно полезно заниматься у компьютера самим, выстраивать режим и не выступать перед всем классом. А есть дети, которым сидеть дома одним категорически не подходит. И тут любая тотальная форма вредна — куда лучше их взаимное пересечение и дополнение.


Михаил Эпштейн отметил, что при работе с учениками дистанционно школа столкнулась с рядом трудностей. Например, в том, что у большой части ребят плохо развита учебная самостоятельность. В «живом» классе это еще частично можно компенсировать — просто за счет энергии учителя. Но когда ты один на один с программой без воли и учебных навыков — возникают большие проблемы. Для поддержки таких детей в «Эпишколе» создали расписание встреч индивидуальных кураторов с учениками, групповые тренинги тайм-менеджмента, где ребята учатся планировать свою деятельность, и т.д.

Отличие живого общения со студентами от общения через экран только одно — психологическое, считает Павел Смирнов. Преподаватель — это творческая профессия, и учителю нужны «живые» люди.

Отдельная история

Образовательные онлайн-услуги — это еще и большой растущий рынок. Максим Азаров отметил, что в 2021 году, когда в большинстве стран отменили жесткие карантинные меры, на глобальном рынке EdTech (Education Technologies) сохраняется устойчивая тенденция к росту. В целом порог выхода на рынок дистанционного образования для новых компаний остается достаточно низким, а отрасль — привлекательной для частных инвестиций.

Для взрослых эта форма все чаще становится предпочтительной для повышения квалификации и изучения иностранных языков. Для детей онлайн-занятия — удобный вариант дополнения школьного образования.

— Именно в этом сегменте работает Novakid, — говорит Азаров. — Занятия английским на онлайн-платформе с педагогами — носителями языка — востребованная сегодня альтернатива традиционных офлайн-курсов и репетиторов. Часто родители ищут репетитора, если у ребенка проблемы с успеваемостью в школе. На наш взгляд, повышать оценки можно и нужно не «зубрежкой» и «натаскиванием», а прививанием искреннего интереса к предмету.

По словам Максима Азарова, иностранные языки сегодня относятся к числу наиболее перспективных сегментов онлайн-образования. Так, по оценке компании J’son&Partner, на долю обучения иностранным языкам в 2021 году приходится 21% от глобального рынка EdTech. А онлайн-сегмент мирового рынка ESL (английский как второй язык) оценивается в $10 млрд, из которых $3 млрд — доля обучающих проектов для школьников разных возрастов. Кроме того, онлайн-формат хорошо зарекомендовал себя в digital-специальностях. Но здесь стоит разграничивать «официальное» образование с получением сертификата или диплома государственного образца, и курсы с сертификатом об их окончании. По словам Азарова, цель образования — получить знания и навыки — никак не связана с тем, кто выдает сертификат.

Школы-однодневки, педагоги сомнительной квалификации — обратная сторона низкого порога выхода на рынок. Но благодаря высококонкурентной среде в сегменте EdTech отлично работают механизмы саморегуляции. Недобросовестным игрокам в таких условиях сложно выжить. Максим Азаров советует, прежде всего, обращать внимание на наличие у компании четко прописанных стандартов.

— Интересно, что возраст не всегда является однозначным индикатором надежности. Проект, вышедший на рынок два года назад, необязательно будет проигрывать в качестве опытному игроку рынка, молодой стартап может использовать более передовые технологии. Также представление о качестве работы онлайн-сервисов могут дать отзывы, а прозрачность процесса обучения — показатель добросовестности компании.

Опасность будущего

Если обучение полностью станет дистанционным — это очень печальное будущее, считает Павел Смирнов. Не стоит надеяться на дальнейший рост профессионализма в такой ситуации.

— Хотелось бы золотой середины, равномерного сочетания всех форм реализации образовательных продуктов, — подытожил он.

— Онлайн-образование существенно дополняет очное, но мы не должны полностью уходить в него, иначе получение образования станет формальным, — поддержал Сергей Денисенко. — Я категорически против коммерческих учебных заведений, где учат исключительно дистанционно. Форма обучения исключительно с применением ЭО и ДОТ должна быть прерогативой вузов, которые реализуют образовательные программы в традиционном очном формате.

Анна Степанова напомнила: еще совсем в недавнем прошлом введение электронных сертификатов о вакцинации или трудовых книжек казалось чем-то далеким, но жизнь продиктовала иное. По ее мнению, появление электронных дипломов — лишь вопрос времени.

— Гражданам необходимо объяснять разницу между курсами, по итогу которых они получат красивый диплом в рамке, не имеющий ничего общего с дипломами государственного образца о переподготовке или повышении квалификации, — уточнила Степанова. — Для этого Рособрнадзор ведет реестр образовательных организаций с госаккредитацией по образовательным программам. Чтобы избежать ошибок, в первую очередь стоит ознакомиться с ним.

— Цифровизация — это про изменение организации процессов для максимальной клиентоцентричности на основе инфотехнологий, — пояснил Михаил Пучков. — В цифровизации образования самое полезное, яркое и удобное — это индивидуализация, исходящая из собственного темпа и типа восприятия. Учитель здесь должен стать навигатором в информационном поле для ребенка.

— Одна из ключевых проблем упирается в профессионализм учителя, — продолжил Михаил Эпштейн. — Наша общая задача — помочь ему работать интерактивно в обеих сферах. На мой взгляд, имитация образования может происходить и в обычной школе, не только в онлайн-проектах. Ведь устаревший принцип «прочти — запомни — сдай» многие учителя перенесли и в онлайн. Сегодня к современной технике нужен и современный учитель, организатор групповой работы и проводник, который поможет ребенку получать образование в новых условиях.

— Можно долго спорить, школьное образование в онлайне — это хорошо или плохо? — Говорит генеральный директор «Онлайн-школы № 1», Артем Аницоев. — Но мы вынуждены признать, что развитие дистанционного образования — это часть технологического процесса, которая прогрессирует во многих отраслях, а в образовании только зарождается. В ближайшие годы дистанционное обучение в школе будет все чаще восприниматься как норма, но остается вопрос: как сделать его наиболее качественным и эффективным. Внезапная пандемия оголила многие проблемы, учителя и школы были не готовы резко поменять процесс обучения, который действительно сильно отличается от обычной школы по месту жительства. В «Онлайн-школе №1» совершенствование бизнес-процессов заняло более трех лет. За это время был разработан подход, объединяющий высококвалифицированных педагогов, методики дистанционного обучения и современное программное обеспечение. За основу учебной программы была взята программа, соответствующая федеральным государственным образовательным стандартам. Данная программа была разработана для offline-школ, и, как такового, стандарта для онлайн-школ сейчас нет. Online-среда будет законодательно регулироваться, появятся требования к контенту, что приведет к более сложной процедуре экспертизы и лицензирования школ. Но можно с точностью сказать, как и в других сферах жизни, спрос на дистанционное обучение в школе будет расти.

Анна Романова, «Фонтанка.ру»

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях.Присоединяйтесь прямо сейчас:

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии (2)

Онлайн в ВУЗе это абсолютная дискредитация идеи высшего образования!Моя дочь была полна энтузиазма при поступлении в СПБГУ. Но сейчас она в полной растерянности. Вместо активной студенческой жизни она получила монотонные лекции с компьютерного экрана. Как студенты могут развиваться без прямого общения с преподавателем и между собой, без жарких дискуссий и ярких встреч? Ведь общение и эмоции, умение выстроить взаимоотношения, лидерство, креативность и здоровая амбициозность так важны в жизни. Может преподавателям и удобно из дома, извините в в пижамных штанах, читать лекции, но нельзя же идти на поводу этих желаний. Студентам необходимо общаться и находиться в обществе. Они не раки-отшельники. Тем более, что сегодня вакцинация идёт полным ходом. Как наше правительство могло разрешить университетам превратится в YouTube каналы, а преподавателей в блогеров? Я знаю преподавателя СПбГУ, которы более двух лет вещает из дома. Это же полная деградацияВ отличии от ИТМО, где жизнь кипит!

Полтора часа читать лекцию в онлайне никак? Надо же, а я вот читаю, и ничего, не помер пока. И дискуссии вполне себе возникают — когда нужно. Я так понимаю, мсье нравится формат, когда лекция состоит _только_ из дикуссий, а сам лектор, собственно, и не напрягается даже. Да, такое обучение нам и нужно: чтобы из дискуссий ничему не обученных людей вдруг выросли специалисты!

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...
-1