22

Он год бежал из Петербурга до Владивостока и теперь должен почти миллион. История инженера Максима Егорова

Амбассадор ЗСД Фонтанка Фест Максим Егоров год бежал от Петербурга до Владивостока. В интервью «Фонтанке» он рассказал, во сколько ему это обошлось, что происходит с кроссовками после двух тысяч километров и каково каждый день преодолевать марафонскую дистанцию.

Фото: Фото из личного архива Максима Егорова
ПоделитьсяПоделиться

Максим Егоров с детства занимался спортом, но профессиональной карьеры не сложилось. Пошел работать инженером-электриком. Однажды он вспомнил фразу: если ты хочешь стать в чем-то профессионалом, нужно посвятить этому делу десять тысяч часов или сделать что-то десять тысяч раз. Егоров измерил расстояние от Петербурга до Владивостока. Получилось как раз почти десять тысяч километров. Дело оставалось за малым.

— Как вы сообщили своему начальнику, что отправляетесь в такое путешествие?

— За четыре дня до старта я просто подошел к нему и сказал, что хочу пробежать до Владивостока. Он хороший мужик. Сказал: «Понятно, а от меня что хочешь?» — «Не хочу подставить вас: либо увольняйте, либо дайте отпуск за свой счет». Он сказал, что что-нибудь придумает. На этом мы и разошлись. Через несколько дней я убежал. Через некоторое время я позвонил узнать, как там со мной поступили. Сказали, что оформили отпуск за свой счет.

— Довольно смело объявить о таком всего за четыре дня.

— Я уверен, что всегда смогу найти работу, поэтому так и поступил. Я никакой работы не боюсь. Просто в какой-то момент понял, что стою на месте, что никак не развиваюсь. Работа классная, но спорт меня всегда привлекал больше. Хочется в этом направлении начать двигаться.

— Как готовились к забегу?

— Вообще никак. Ни физически, ни материально. В конце 19-го года думаю: «Уже скоро бежать, а я до сих пор не принял окончательного решения». Окончательно решился только 12 января, то есть за две недели до старта. Было страшно. Поэтому до последнего откладывал. И вот, когда я окончательно решил, начал звонить друзьям. Кого-то напряг с телефоном маркетингового отдела «Адидаса» — хотел с ними пообщаться по поводу кроссовок, кого-то попросил долги вернуть. Процесс пошел, и я понял, что назад дороги нет. Уже не по-пацански было бы отменять.

— С «Адидасом» удалось договориться?

— Мне нашли телефон. Там меня попросили скинуть информацию на почту, кто я вообще такой и что собираюсь делать. Говорил я с ними уже после старта. Сначала мне никто не ответил. Ближе к Твери я еще раз их набрал: «По ходу, я сам по себе?» — «Что тебе нужно? Мы тебе поможем». В итоге мы договорились, что я приду к ним в магазин и наберу нужных мне вещей на определенную сумму. Так я взял две пары кроссовок, кое-какие шмотки и побежал дальше.

— В обмен на рекламу?

— Не-не, никаких договоренностей вообще не было. Устная помощь.

— Сколько они вам выделили?

— 40 тысяч. Взял две пары кроссовок по 15 тысяч и одежду. Было бы 45, взял бы три пары кроссовок. Обувь в этом деле самое важное. Добежал я в этих двух кроссовках до Красноярска. Там подумал: «А что я теряю?». Позвонил в «Адидас» еще раз: «Помните меня? Я до Красноярска добежал. Сможете еще на кроссовки выделить?» — «Да, конечно». Я не наглел, брал только то, что мне действительно было нужно: кроссовки и носки. В итоге они мне так помогали еще дважды — в Чите и Хабаровске. В кроссовках, в которых из Хабаровска до Владивостока бежал, до сих пор хожу. Получается, одной пары в среднем хватало на 2000–2100 км.

— Что происходит с кроссовками после 2000 км?

— Просто теряется амортизация. Никаких дыр в подошве или чего-то подобного. Только изнутри в области пятки немного стирается ткань.

— Какой у вас был бюджет?

— Почти нулевой. Мне важно было начать. У меня было, кажется, десять тысяч. Я думал так: «Начну, а дальше разберусь». Были ребята, которым я раньше помогал и на поддержку которых я рассчитывал. Я посчитал, и получилось, что мне были должны 130 тысяч. Были ребята, у которых уже мог одолжить крупные суммы — 100–200 тысяч рублей. В крайнем случае, думал, к ним обращусь. За три дня до старта банк неожиданно мне увеличил кредитный лимит до 90 тысяч рублей. Я посчитал это хорошим знаком: вместе с моей десяткой получалась сотка. На нее где-то к марту я добежал до Уфы. Там деньги закончились. А тут как раз началась пандемия, и все друзья, к которым я планировал обратиться, сами оказались в трудном финансовом положении. Многие мне писали, чтобы я выложил номер карты, чтобы мне донатили.

— Поймите правильно, но у меня не укладывается в голове. У вас нет жены и детей. Вы работали инженером-электриком. Наверняка получали не самую маленькую зарплату. Плюс вы уже давно планировали этот забег. Почему вы ничего не накопили?

— Ну вот не умею я копить. Я всегда жил сегодняшним днем, тратил почти всё, что зарабатывал. Если захотелось полететь на море — беру кредит.

— Итак, 26 января откуда вы стартовали?

— С марафона «Дорога Жизни». Это тоже была для меня хорошая мотивация. Когда ты бежишь, там висят плакаты: «На этой дороге никто не сдавался». Типа, значит, и я не должен сдаваться. Эта фраза была у меня в голове на всем маршруте. Пробежал этот марафон, на следующий день вернулся к финишу и от «Цветка жизни» уже побежал дальше.

— Что у вас было с собой?

— Сменные кроссовки, штаны, куртка, зубная паста, мыло, зарядки для двух телефонов. Да и всё.

— Аптечка?

— Не взял. Почему-то был в себе уверен. Даже никаких средств защиты не взял. Только в Москве меня уговорили взять перцовый баллончик. В итоге я им ни разу не воспользовался. Собак встречал. Сначала агрессивно на них реагировал, а потом как-то похвалил одну такую, которая лаять начала: «Молодец, молодец». И — хоп — собака замолкла. Я такой: прикольно. В дальнейшем даже если встречал стаи бродячих собак, я садился, гладил их, говорил, что они молодцы. Одни собаки в ступор вставали, другие уже хвостами начинали вилять. Вставал, говорил: «Ну всё, я побежал дальше». И всё, они на меня уже не реагировали. Я вообще по всему маршруту старался бежать с добрыми мыслями. Мне говорили: «А если встретишь волков, медведей или тигров?». Мне эта мысль даже спать не давала в начале. В итоге решил, что договорюсь, как с собаками, что дам понять животному, что я просто мимо прохожу и зла не желаю. Наверное, это не совсем правильно, потому что это всё равно дикие животные. Ну а куда деваться? Как бы страшно ни было, надо было двигаться вперед. В итоге кого я только ни видел — лосей, косулей, зайцев, лис, но крупных хищников ни разу не встретил.

— Хоть раз промелькнула мысль закончить забег досрочно?

— Когда добрался до Омска, столкнулся с жесткими финансовыми трудностями. Встал вопрос: что делать? Силы и желание бежать дальше не пропали, а вот деньги закончились совсем. И тогда встал выбор: заканчивать или брать еще одну кредитку. Пошел в банк. Решил так: если мне дают кредитку, я добегаю, чего бы мне это ни стоило. Тут мне помогло еще то, что на работе не уволили. В итоге в Омске я оформил еще одну кредитку, в Красноярске — третью, в Улан-Уде — четвертую, в Чите — пятую, в Хабаровске — шестую. Лимиты везде были разные — от полтинника до сотки.

— Где ночевали?

— В основном в гостиницах. Если кто-то предлагал переночевать у него, я соглашался. Вообще — ни от какой помощи не отказывался. Давали, бывало, по сто-двести рублей, когда узнавали мою историю. Было неловко, но я принимал эти подарки.

— Как часто вас приглашали переночевать?

— В 15–20 процентах от всего маршрута. Информация обо мне немного шла впереди меня. Порой звонили совершенно незнакомые люди и помогали с ночевкой.

— Каждую ли ночь находили, где поспать?

— Да. Ни разу не пришлось ночевать на улице. Лишь однажды уже думал, что это случится впервые. К счастью, было лето. Обычно, если до наступления темноты не успевал добежать до гостиницы, я запоминал место, останавливал время на секундомере и ловил попутку. На следующий день возвращался на это же место и продолжал бег. И один раз в Новосибирской области случилось так, что никто очень долго не останавливался. А уже ночь наступила. Решил: еще десять минут жду, ложусь на обочине, отдыхаю минут 40 и бегу дальше. В итоге как раз в эти десять минут меня подобрали, и я доехал до гостиницы. В европейской части с гостиницами вообще не было проблем: каждые 30–40 км. Можно было даже выбрать. А за Уралом, бывало, по 80 км приходилось бежать до следующей гостиницы. Чтобы поймать попутку, теряешь много энергии, поэтому я старался всегда выбегать так, чтобы к вечеру добегать до следующей гостиницы.

— Как организм реагировал на подобные ежедневные нагрузки?

— С самого начал организм перешел в боевой режим и особо никак не реагировал. А вот когда финишировал во Владивостоке, было очень жестко. Стою я, значит, у Вечного огня, даю интервью, и прямо в этот момент меня как будто ножом в спину ударили. Видимо, организм понял, что всё, можно расслабиться. На соревнованиях спортсмены договариваются со своим организмом: давай ты потерпишь, и потом я в баню тебя свожу. Ну, или типа того. А у меня тоже была похожая договоренность с организмом. В итоге во Владивостоке у меня сразу заболела спина, зуб, куча других болячек повыскакивало. Что интересно, этот зуб уже давно надо было лечить, но за весь год, что я бежал, он ни разу не заболел. А тут сразу опухло, и температура поднялась. Как раз в эти два дня все стали мне писать, поздравлять, ждать ответа, а у меня просто сил не было, чтобы им отвечать.

— Были ли опасные моменты?

— Было, несколько раз фура на полном ходу проезжала буквально в сантиметрах от меня. Я бежал по встречке по федеральной трассе. А там кто-то постоянно выходил на обгон и проезжал рядом. Поначалу было очень страшно: я не мог контролировать эти ситуации. Потом настолько привык, что понимал по звуку, что кто-то выходит на обгон. Я вообще стал очень много факторов учитывать, которые раньше не замечал: ветер, солнце, звуки. Если ветер попутный, ты издалека слышишь машины, которые тебя догоняют. Если встречный — надо тщательнее прислушиваться: звук доходит немного позже. Если боковой — начнет болеть противоположная нога. Солнце зимой чуть вышло — и сразу упало. Летом оно поднимается высоко. Раньше на это всё вообще не обращал внимания.

— Агрессивных людей не встречали?

— Было пару раз. Но до мордобоя не доходило. Чисто на словах. Одна такая история произошла в Иркутской области. Остановился в гостинице. Зашел в магазинчик. Разболтался с продавщицей. Зашел мужичок, и она ему на эмоциях стала про меня говорить, а он: «Ну и дурак, работать не хочет». «Ну дурачок, что с меня взять», — отвечаю. Потом последовали еще оскорбительные слова. Тут уже я начал заводиться. Я вообще добрый, но у всего есть предел. Уже руки в кулаки сжал, но в последний момент собрался и ушел от греха подальше. Прогулялся, проветрился и вернулся обратно. Мужик уже ушел. В остальном попадались разные люди, но чаще добрые. Как-то в Красноярском крае встретил бандитов. Потусил с ними хорошо.

— Как вы поняли, что они бандиты?

— Истории свои рассказывали, слушали своеобразную музыку. Пригласили в гости. В суть своих дел они меня, конечно, не посвящали, но говорили, кто и за что сидел. Я со школы умел дружить и с ботаниками, и с хулиганами, поэтому мне и тут было нормально.

— Вы не чувствовали себя в опасности среди этих бандюганов?

— Нет. Что-то плохое с тобой может произойти в любой момент. Мне кажется даже, что некоторые такие авторитетные люди делают больше для других, чем те, кто сидит в правительстве. Вообще, много всяких историй было. Сложно что-то выделить. Карту России возьми, тыкни в любое место на моем маршруте, и будет что рассказать. В Омске, например, встретил одного парнишку, у которого я остался ночевать. Только пришел к нему, а у него проводка искрит и вода льется: соседи сверху затопили. Настоящий потоп был. Мы ведрами воду черпали. Что еще было… Через Амур меня военные не пропустили: мост, по которому хотел перейти, оказался стратегическим объектом. Благо еще зима была — перебежал по льду.

— Какие места запомнились?

— Я бы выделил Урал. Бежишь, а над тобой нависает гигантская скала. Чувствуешь себя беспомощным человечком. Еще курганские бескрайние поля. Байкал, естественно. Искупался там и даже как-то сил, что ли, прибавилось. Энергетика там мощная. Еще после Читы был сложный момент: зима, короткие дни, деньги кончились, большие расстояния между гостиницами. Всё как-то разом навалилось, и я морально стал проседать. В Могоче меня совсем накрыло. Было ощущение полного одиночества. Два-три дня такая депрессия была. Но как только я снова побежал, всё прошло.

— Вы пробежали через всю Россию. Много чего повидали. Какая Россия сегодня?

— Она большая, красивая, душевная. Если ты не замышляешь зло, к тебе везде будут относиться по-доброму. Это как в той поговорке: «Кто с мечом придет, от меча и погибнет». Мы добрые, но если что-то не так — будь готов ответить. При этом многие живут очень бедно. Нет работы. Заводы и предприятия закрываются. Деревни умирают. Даже мелкие города начинают редеть. Остаются только старики и те, кто бухает. Многие ругают власть. Часто приходилось слышать такую фразу: «Пусть воруют, но лишь бы не наглели».

— Номер карты вы один раз выкладывали?

— Дважды. В Уфе и после Могочи как раз. За всё время, наверное, тысяч 100–150 пришло мне на карту с донатов.

— Общий бюджет всего путешествия?

— Наверное, 800–900 тысяч. Я еще не считал. Путешествие заняло один год, два месяца и 18 дней. Из них месяца три я не бежал по разным причинам: из-за холода, травм или просто отдыхал.

— Сколько вы теперь должны банкам?

— 700–800 тысяч. В месяц плачу по 30–40 тысяч. Пока у друзей занимаю на выплаты, а дальше посмотрим. До конца мая попробую двигаться как-то по спорту. Если в июне нигде не выстрелит, вернусь на работу.

— Что значит «двигаться по спорту»?

— Может, как организатор спортивных мероприятий. Может, получится влезть в спортивные структуры. Образно говоря, хочу стать министром спорта, чтобы помогать спортсменам. Но вряд ли тренером, хотя меня зовут. Мне кажется, у меня недостаточно пока квалификации для этого.

— Люди очень тщательно готовятся к марафонам, а после восстанавливаются не одну неделю. Каково это — каждый день пробегать минимум марафонскую дистанцию, а то и больше?

— Поначалу очень сложно. Но организм постепенно адаптируется. Я понял, что тело способно привыкнуть ко всему. Сложнее с мозгами. Это самое слабое место в нашем теле.

Познакомиться с Максимом Егоровым вы сможете лично на ЗСД Фонтанка Фесте 22 мая* или в онлайн-трансляции события.

Организаторы фестиваля дарят промокод на скидку на любую дистанцию забега в рамках ЗСД Фонтанка Фест. Побежали вместе! Промокод для ввода на сайте zsdfest.ru: DAVAYBEZHAT.

Выйти на центральный участок ЗСД 22 мая* может каждый (старше 16 лет — велосипедисты, бегуны — 18+) зарегистрировавшийся на официальном сайте события.

Чтобы не пропустить появление новых слотов, подпишитесь на обновления сообществ и самыми первыми узнавайте новости фестиваля:

Событие организовано городским порталом «Фонтанка.ру» совместно с компанией «Магистраль Северной столицы» при поддержке комитета по культуре Санкт-Петербурга.

*22 мая — при условии отсутствия ограничений на проведение массовых мероприятий.

Беседовал Артём Кузьмин, «Фонтанка.ру»

Фото: Фото из личного архива Максима Егорова
© Фонтанка.Ру

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях.Присоединяйтесь прямо сейчас:

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии (22)

Раздолбай, конечно, но крутой раздолбай.

Максим, поздравляю. Очень крутое решение и потрясающее беговое путешествие.

Молодец, Максим! Пусть организация была так себе, но устроил себе обалденное приключение, о котором можно будет вспоминать всю жизнь. Уважаю. Желаю удачи и побыстрее рассчитаться со всеми долгами.

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...