18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
15:10 15.12.2018

Михаил Скигин поверил в 3D-будущее. Владелец «Петербургского нефтяного терминала» инвестировал в стартап

На счету его «новой игрушки» – Additive Technology Group – пластик для президентского лимузина «Кортеж», детали робота Федора и футуристическая обувь для петербургских дизайнеров. Но будущее 3D-печати — не в порошках, а конопле, уверен бизнесмен.

Михаил Скигин поверил в 3D-будущее. Владелец «Петербургского нефтяного терминала» инвестировал в стартап

ИТАР-ТАСС/ Михаил Джапаридзе

Совладелец «Петербургского нефтяного терминала» и участник борьбы за активы «Юлмарта» Михаил Скигин является основным инвестором и совладельцем группы ATG, специализирующейся на предоставлении услуг в области 3D-печати. Группа юрлиц с суммарным оборотом 37 млн рублей уже стала лидером услуг полиамидной печати.

История ATG началась в 2014 году. У ее истоков стоял начинающий предприниматель Эдгар Крегерс. Разглядев «голубой океан» в только зарождающемся рынке 3D-печати, он сумел заинтересовать его безграничными возможностями инвестора Михаила Скигина. 

Профессиональное 3D-оборудование стоит десятки миллионов рублей и по карману либо промышленным гигантам, либо научным институтам, которые закупают его в рамках госпрограмм. Создатели ATG нацелились на то, чтобы сделать услуги печати доступными широкому кругу предпринимателей, заинтересованных в мелкосерийном или штучном производстве и качественных прототипах. «Человечество рано или поздно все больше будет пользоваться 3D-принтингом. Как [вошли в нашу жизнь] фотография, телефоны и Интернет, так неизбежно людям захочется иметь качественные продукты [в области 3D]», – комментирует Михаил Скигин.

Проект запустили в 2014 году, незадолго до того, как рухнул рубль. Начальный размер инвестиций составил 45 млн рублей. Поскольку и оборудование, и материалы были импортными, себестоимость производства и сроки окупаемости резко возросли. По условиям соглашения, в случае невыполнения бизнес-плана управление компанией перешло к инвестору. В 2016 году компания Rosslin establishment Михаила Скигина стала единственным владельцем ООО «АТГ». Эдгар Крегерс с партнером Юлией Кудрявцевой основали ООО «АТ», которое занялось продажей услуг 3D-печати на оборудовании, оставшемся у Михаила Скигина. «Можно сказать, что это независимый продажный отдел. Они хорошо находят потребителей, мы хорошо печатаем», – говорит предприниматель. Эдгар Крегерс подтвердил «Фонтанке» информацию о разделе зон ответственности. Вместе с ООО «Протокон», учредителем которой значится еще один партнер проекта Андрей Шорохов, ООО «АТГ» и ООО «АТ» составляют группу компаний ATG, чей суммарный оборот по итогам 2017 года составил 37 млн рублей.

Профессионалы vs хайперы

В 2017 году мировой рынок 3D-печати превысил 8,4 млрд долларов, на Россию пришлось менее 1,5%, подсчитала The Boston Consulting Group (BCG), то есть около 7 млрд рублей. По запросу «3D-печать» только в Петербурге поисковик выдает несколько десятков компаний. 

Но, по мнению участников рынка, данная оценка сильно завышена. Если исключить оборудование, которое приобретают для собственных нужд институты, крупные предприятия оборонной промышленности, и так называемые домашние 3D-принтеры, то открытый рынок полимерной печати вряд ли превысит 200 млн рублей в год, считает Денис Власов – совладелец петербургской компании 3DSLA, специализирующейся на разработке и производстве 3D-принтеров. «Игроков можно условно разделить на профессионалов и хайперов. Вторые выходят на рынок с надеждой урвать кусок от обещанных 7 млрд рублей. Но в лучшем случае они печатают игрушки, и самые успешные зарабатывают максимум 6-7 млн рублей в год», – отмечает он. 

ATG с оборотом в 37 млн рублей может считаться одним из лидеров профессионального рынка полимерной печати, считает Денис Власов. А в области SLS (Selective Laser Sintering – послойное спекание порошковых материалов с помощью луча лазера. — Прим. ред.) и вовсе является пионером и ключевым игроком. «Те компании в Петербурге, которые предлагают услуги такой печати, по сути продают доступ к ее оборудованию», – комментирует он.

«Если наберете «печать полиамидом», то процентов 80 компаний будут предлагать наше производство. Мы сильно не афишируем, но выступаем как контрактный субподрядчик огромного количества компаний», – подтверждает партнер ATG Андрей Шорохов. По итогам 2018 года компания ожидает роста выручки на 10-20%.

В составе президентского кортежа

Одним из первых клиентов ATG стало ФГУП «Научно-исследовательский автомобильный институт» (НАМИ), которое заказало 3D-печать компонентов для проекта «Кортеж» – автомобильной платформы, на которой был создан лимузин для главы государства, а впоследствии будет налажен выпуск массовых седанов и внедорожников. Компания работала напрямую с отделом закупок НАМИ, а также с одним из петербургских университетов, который занимался разработкой узлов для этой программы. На принтерах ATG печатались дверные карты и бОльшая часть внутреннего пластика для прототипа президентского лимузина.

Еще одним заказчиком стало НПО «Андроидная Техника», которое работает над созданием человекоподобного робота-спасателя Федора по заказу МЧС. Кроме того, у ATG заказывают корпуса для медицинских приборов и уникальные части станков и конвейеров. Недавно производитель оборудования для пищевой промышленности попросил изготовить захваты для курицы и колбасы. 

 ATG сотрудничает с реставраторами и дизайнерами, которым нужна форма для отливки по уникальному эскизу. «В основном это промышленный дизайн, но печатали много стелек и подошв, застежек для рюкзаков. Был проект для кинематографа — нам заказали детали для скафандров космонавтов», – рассказывает Андрей Шорохов. В рамках недели моды Aurora Fashion Week компания создала украшения и футуристическую обувь из   гипсополимера.

 В основном спрос обеспечивают компании, которым нужно штучное производство либо качественные прототипы. При мелкосерийном производстве в 99 процентах случаев дешевле классическое производство. Пресс-форма обойдется 1-2 млн рублей, зато отливка каждой детали – всего 5-10 рублей. Стоимость 3D-производства – 10-100 тысяч рублей для габаритов более 10 см, а мелкие изделия (например, различная фурнитура) могут стоить по 20-300 руб., и требуется только цифровая модель для печати. Уже сейчас их мелкосерийное производство методом 3D-печати оказывается намного выгоднее, чем по традиционным технологиям», – отмечает Андрей Шорохов.

Конопляная перспектива

Сейчас в арсенале у ATG пять 3D-принтеров моделей ProX 500, EOS Formiga P100, Fortus 360mc.  Они загружены примерно на 60%. Компания пытается искать и осваивать новые ниши и присматривается к рынку оборудования. Первый клиент уже есть — НАМИ, по заказу которого компания делала прототипы для проекта «Кортеж», выкупила один из принтеров. Другие клиенты, распробовав технологию, рано или поздно последуют ее примеру. Но чтобы зарабатывать на этом, надо выходить на прямые поставки и заниматься растаможкой, признает Андрей Шорохов. 

Перспективными для 3D-технологий отраслями считаются аэрокосмическая промышленность и медицина,  говорит директор центра прототипирования Технопарка Петербурга Сергей Варламов. Но оборонные предприятия, как правило, владеют нужными технологиями и не пользуются услугами сторонних поставщиков по соображениям  секретности. В медицине, в частности в области изготовления эндопротезов, мешают законодательные пробелы, отмечают в ATG. «Технологии 3D-печати в России есть, но нет промышленных драйверов», – соглашается Денис Власов. Поэтому взрывного роста рынка в ближайшие годы ожидать не стоит. Продажи оборудования могут просесть из-за сокращения объемов госзакупок, считает он.

Михаил Скигин видит будущее в создании новых материалов. Сейчас компания закупает полиамидный порошок для  SLS-печати за рубежом, но в будущем планирует использовать биоматериалы. «Пока это из серии фантастики, но думаем в перспективе 5-10 лет заняться 3D-печатью из индустриальной конопли. Пластик – это пластик, а возобновляемый биоресурс – более приятно для души», – говорит он. Недостатка в сырье не предвидится (ранее «Фонтанка» писала о проекте «Коноплекс», которым занимается брат Михаила – Евгений). Впрочем, сначала предстоит исследовать, как продукт будет вести себя при печати.

Использование конопли для 3D-печати — вполне реально, говорит Денис Власов. «Из нее, как и из кукурузы и дерева, можно делать биоразлагаемые пластики. В развитии новых материалов будущее, а тренд на экологичность будет только расти», – заключает он.

Галина Бояркова

Справка:

Михаил Скигин — председатель совета директоров «Петербургского нефтяного терминала», доля в котором ему досталась в наследство от отца Дмитрия Скигина. В числе совладельцев ПНТ на момент смерти родителя считался бизнесмен Сергей Васильев, за попытку убийства которого отбывает сейчас наказание «ночной губернатор» Петербурга Владимир Барсуков (Кумарин). Сегодня «Петербургский нефтяной терминал» является крупнейшим нефтеперевалочным комплексом Морского порта Санкт-Петербург. Также в числе проектов Михаила Скигина — ООО «Платная дорога», занимающееся строительством дорожной инфраструктуры. Ему принадлежит и компания «Ледаро», которая является крупным кредитором ретейлера «Юлмарт» и в перспективе может войти в состав его акционеров.

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор