Авто Недвижимость Работа Признание & Влияние Доктор Питер Афиша Plus
18+
Проекты
JPG / PNG / GIF, до 15 Мб

Я принимаю все условия Пользовательского соглашения

06:50 17.10.2019

Кровь, пот и свирепые родственники из ИКМО №15

Последний приемный день в ИКМО №15, очередной горячей точке петербургской муниципальной кампании - 2014, ознаменовался потасовками в створе металлической двери, задержанием одного из кандидатов и обращением журналиста «Фонтанки» в прокуратуру Санкт-Петербурга с просьбой признать незаконным воспрепятствование работе прессы.

Кровь, пот и свирепые родственники из ИКМО №15

Валентина Свистунова/Деловой Петербург

Последний приемный день в ИКМО №15, очередной горячей точке петербургской муниципальной кампании – 2014, ознаменовался потасовками в створе металлической двери, задержанием одного из кандидатов и обращением журналиста «Фонтанки» в прокуратуру Санкт-Петербурга с просьбой признать незаконным воспрепятствование работе прессы. Пока в МО №15 выясняли, кто кого прибил дверью и порвались ли при этом уши, рабочая группа Горизбиркома рассматривала жалобы на местную комиссию. В худшем для ИКМО случае ее расформируют, а приемом документов у незарегистрированных кандидатов займется сам ГИК.

ИКМО №15 живет где-то в недрах администрации одноименного муниципального образования в Выборгском районе Петербурга – за надежной железной дверью без ручки снаружи. Прием документов от кандидатов 14 июля должен начаться в 14 часов. Кандидаты кучкуются перед зданием, на лестнице и прямо у этой надежной двери. Сдать свои документы сегодня надеются кандидаты от «Справедливой России», от КПРФ, «Трудовой партии» и самовыдвиженцы. Всего порядка трех десятков человек. Большинство рассчитывает сегодня известить комиссию о своем выдвижении и, успев открыть избирательный счет и соблюдя остальные формальности, умудриться пройти второй этап регистрации. Мирные граждане, пришедшие по своим делам в Сбербанк, который соседствует дверь в дверь с муниципалитетом, пугаются разномастной толпы и без слов поворачивают к выходу.

Здесь выделяются две группы «независимых кандидатов». В одну входят мужчины средних лет, все как один — самовыдвиженцы и члены «Единой России». В ожидании открытия ИКМО греются на солнышке на крыльце.

– Мы заняли очередь в три часа ночи, – говорит самовыдвиженец-единоросс Антон Головин. – Ночевали в машинах. У нас своя очередь, свой список.


Оказывается, что здесь их таких десятка два.

– А почему вас партия не выдвинула? – удивляюсь я.

– В партии нас выдвигать не стали, но сказали, что если мы зарегистрируемся, то окажут всяческую поддержку, – рассказывает второй представитель этого сообщества, Дмитрий Владимиров.

– А по какому избирательном округу вы хотите зарегистрироваться?

Владимиров поднимает очи горе и читает вывеску над крыльцом.

– Муниципальное образование №15, – отвечает он и в глазах стоит вопрос: «Угадал?». Оказывается, кандидат не знает, что муниципальное образование делится на избирательные округа.

Вторая группа «независимых» не зависит вообще ни от чего: ни от правил русского языка, ни от формальной логики. Эти держатся поближе к железной двери, на улицу выходят на минуту-другую, перекурить — и сразу назад. Молодые нагловатые парни. По уже сложившейся муниципальной традиции, татуированные. Правда, на этот раз обошлось без черепов и рунических знаков: из-под рукава самовыдвиженца Василия выглядывает незатейливый рисунок с веером игральных карт и английским словом Lucky.


– Назовите свою фамилию, – прошу я.

– Стрельцов! – радостно сдают «везунчика» коллеги по цеху.

– Это они шутят так. Петрович моя фамилия, – важно поправляет Василий.

– Вы член какой-то партии?

– Не-е-е, я не член, – хохмит Василий, и добавляет уже с пафосом: – Я от Путина выдвигаюсь.

В течение следующих нескольких минут Василий сообщает, что в случае своего избрания сделает так, чтобы все пенсионеры жили в коттеджах. Он уверен, что муниципальному депутату это раз плюнуть.

– А как называется избирательный округ, по которому вы выдвигаетесь?

Неловкая пауза. Василий Петрович соображает.

– «Единая Россия», – наконец, выдает он.

Я понимаю, что пора выводить беседу на новый уровень.

– А сколько вам за день-то платят?

Кандидат Петрович подбирает слова, но тут один из его «соратников» не выдерживает и подает ему знак: мол, заканчивай.

– Никто мне не платит, я тут бесплатно. Нас миллионы, – подытоживает Василий, и звучат эти слова почти как «имя нам легион».

Группка «Справедливой России» держится в сторонке. «Эсеры» ждут, что с минуты на минуту появится глава петербургского отделения партии и кандидат в губернаторы Оксана Дмитриева. Но Дмитриева не приедет. Как объясняют в пресс-службе, у нее появились неотложные дела. «Эсеры» ходят к двери муниципального образования №15 каждый приемный день к семи утра. С этого времени начинает составляться список. Людмила Ксенофонтова демонстрирует эти списки, по датам. В каждом — 25-27 фамилий, очередник должен вписать себя сам и обязательно оставить автограф. Два дня — 10 и 11 июля — комиссия вообще никого не принимала.

– Председатель муниципального совета Татьяна Буянова сказала нам, что комиссия переехала, но не сказала, куда, – сообщает «эсер» Кирилл Пастухов.

А у надежной железной двери тем временем случился скандал. Дверь открыта почти нараспашку. С той стороны, где изнутри обнаружилось что-то, похожее на ручку, на двери висит кандидат от «Справедливой России» Илья Шмаков. На пороге толпятся сотрудники 59-го отдела полиции Выборгского района, ЧОПовцы в темных рубашках, глава муниципального совета Татьяна Буянова и сотрудница ИКМО Марина Бутусова с листочком в руках. Листочек гласит, что сегодня, 14 июля, ИКМО начнет прием документов на два часа позже, чем планировалось — с 16 часов. Шмаков требует ответа на острые вопросы: на каком основании ИКМО сокращает часы работы в последний день приема документов, что делает в помещении Буянова, которая также является кандидатом, и где председатель ИКМО №15 Виктор Березин.

– Один сотрудник ИКМО не может осуществлять прием документов, а Березин в суде по иску Шмакова! – отвечают из-за порога. Что за суд и чем заняты остальные члены ИКМО, выяснить не удается.

Объявленная единственным сотрудником ИКМО, Марина Бутусова делает шажок за порог муниципального помещения и ищет, куда бы приладить свой листочек. Для него на двери предусмотрен специально приклеенный на скотч кармашек-файл. Оказывается, что файл прилеплен к той створке двери, которую надежно фиксирует своим телом кандидат Шмаков. Двое сотрудников полиции хватают и шевелят Шмакова, чтобы отделить его от двери. Шмаков качается, но дверь качается вместе с ним. На помощь полиции спешит ЧОПовец, который начинает профессионально отделять пальцы кандидата от двери по одному.

– Вы мне палец сломаете! – кричит Шмаков. Толпа наблюдает за происходящим молча, соратники вмешиваются, только чтобы защитить Илью Шмакова от ЧОПовца, делая шаг в сторону, когда в дело вступают люди в погонах. Статью за сопротивление сотруднику полиции никто не отменял.

– Вы как ребенок прямо! – говорит кандидату полицейский и пытается сподручнее его ухватить.

– А вы как оборотень в погонах! – парирует Шмаков.

– Куда бы мне объявление повесить? – бубнит Марина Бутусова, ища просвет между Шмаковым и полицейским. Наконец она оказывается по ту сторону двери, прижатая к стене. Шмакова отрывают от дверной ручки и полицейский с силой толкает дверь.

– Ой, вы же меня убьете! – раздается голос Бутусовой. Она выбирается из-за двери уже без листочка. Шмакова хватают трое и силой утаскивают туда, куда некоторые стремились с трех часов ночи. Дверь с грохотом захлопывается и запирается изнутри.

– Верните Шмакова! – кричат соратники.

В неизвестности проходит около 20 минут. На телефонные звонки плененный «эсер» не отвечает. Наконец дверь распахивается. Шмакова выводят в наручниках. Следом шагает сотрудница ИКМО Марина Бутусова. Обществу объясняют, что она — потерпевшая. Глава муниципального совета Татьяна Буянова добавляет, что кандидат ударил Бутусову дверью, поранил ей руку и еще у нее вырвана из уха серьга. Возможно, там даже есть сотрясение мозга. Так что единственный сотрудник ИКМО едет в 59 отдел полиции писать заявление и снимать побои.

Спустя час Татьяна Буянова приоткрывает дверь и объявляет, что прием в 16 часов может и не начаться, потому что принимать может только Бутусова, а она травмирована. Из полицейского участка звонит Шмаков. Говорит, что его не били, но «сильно помяли, чтобы надеть наручники, и теперь по руке течет кровь».

В 16 часов журналисты начинают по очереди давить на кнопку звонка в железной двери и сообщать по домофону обитателям муниципальных помещений, что согласно ФЗ-67 «Об основных гарантиях избирательных прав граждан» работники СМИ — телеканала «100ТВ», информагентства «Росбалт», «Новой газеты» и «Фонтанки» – имеют право присутствовать при работе избиркомов всех уровней. После третьего звонка обитатели помещений отключают домофон. На стук не реагируют.

Так проходит еще один час. На площадке перед муниципальной дверью становится душно. По лицам кандидатов стекает пот. «А так власти хотелось», – говорит кто-то в толпе. Один из кандидатов начинает мерно стучать кулаком в дверь. Происходящее начинает напоминать сцену из фильма про подводную лодку «К-19». В финале, помнится, все умерли.

В 16 часов 22 минуты дверь приоткрывается и внутрь проскальзывает какой-то рослый рыжебородый человек в белой льняной рубахе. Никто не заметил, откуда он взялся, но еще полчаса назад в толпе его не было. Неизвестный подошел, набрал на телефоне какой-то номер, и его пропустили. Дверь за ним захлопывается с такой силой, что депутат Госдумы Наталья Петухова, приехавшая на помощь кандидатам от «Справедливой России», едва не лишается пальцев. Спустя некоторое время рыжебородый выходит, раздвигая собой кандидатов и журналистов, как ледокол айсберги. На просьбы представиться заявляет, что пришел к своей «тете», потому что «она здесь работает».

– А чем занимается ваша тетя? – спрашиваю я.

– Понятия не имею, – заявляет великовозрастный «племянник».

Около пяти часов появляется Марина Бутусова.

– Что у вас за травмы?

– Рука вот, – говорит Бутусова и показывает гладкий розовый локоть. – И еще сережка. Вот, смотрите, как вертится.

Спору нет, сережка, действительно, вертится, что, в общем-то, свойственно сережкам. Железная дверь приоткрывается, чтобы принять Бутусову. За дверью — сотрудник полиции, который увозил Шмакова и успел вернуться раньше потерпевшей. Журналисты бросаются в дверной проем, размахивая пресс-картами. Но младший лейтенант полиции Альберт Дидаров не пускает журналистов внутрь. Ему помогает рыжебородый «племянник». Он тянет дверь на себя, прижав ногу корреспонденту «Новой газеты».

– Ой, вам ножку придавило, да? – глумливо любопытствует «племянник».

Альберт Дидаров на вопрос, на основании какого закона он не пускает журналистов в ИКМО, где они имеют право находиться в соответствии с пунктом 1 статьи 30 ФЗ-67, твердит: «Вам все объяснят» – и тянет дверь на себя.

Возвращается Шмаков. Он не знает, возбудят ли в отношении него какое-нибудь дело, но правое запястье у него покрыто царапинами с запекшейся кровью. По словам Шмакова, это результат надевания наручников.

В начале шестого из-за двери начинают выкрикивать фамилии. Первой вызывают некую Сафронову. Кандидатка пробирается к двери, объясняя, что ей просто надо было донести какой-то документ. Ее принимают около 10 минут. Побывавшая в ИКМО Сафронова заявляет журналистам, что слишком устала и плохо себя чувствует, что ей еще надо успеть открыть избирательный счет в банке, потому что сегодня она только подала уведомление о выдвижении.

– Но я десять дней ходила сюда, как ненормальная, – говорит кандидатка.

До шести часов из-за двери выкликают разных людей, одинокая Бутусова успевает принять порядка пяти человек. В 18 часов она покидает помещение во второй раз — ее рабочий день окончен. Журналисты и кандидаты даже не могут убедиться, что дверь ИКМО опечатана.

Тем временем рабочая группа Горизбиркома под председательством Александра Тетердинко рассматривает жалобы на ИКМО №15, поступившие от кандидатов «Яблока» и «Справедливой России». Заседание началось в 15 часов. Группа решила рекомендовать ИКМО №15 принять всех кандидатов, которые успеют прийти до 18 часов 14 июля. Однако, судя по всему, это решение до сотрудницы комиссии Марины Бутусовой так и не дошло.

Глава Горизбиркома Алексей Пучнин, которому корреспондент «Фонтанки» рассказал по телефону об особенностях работы единственного сотрудника ИКМО №15 в последний день приема документов, заявил, что «надо выстраивать работу комиссии по-другому».

«Если будет доказано уклонение ИКМО от приема документов о выдвижении, Горизбирком будет рассматривать заявления кандидатов сам, и ЦИК нас в этом поддержит», – сказал Пучнин.

Последней муниципальную администрацию покидает Татьяна Буянова. Ее сопровождает рыжебородый «племянник». Он свирепо озирается на журналистов, которые все еще интересуются главой муниципального совета.

По итогам последнего дня работы ИКМО №15 корреспондент «Фонтанки» подал заявление в городскую прокуратуру с просьбой признать незаконным воспрепятствование работе прессы полицейскими и сотрудниками комиссии. В интернет-приемной заявлению был присвоен номер 37596.

А когда журналисты сели в машину к коллеге, предложившей подбросить всех до метро, рядом с капотом внезапно материализовался рыжебородый «племянник». Он был в черной бейсболке и темных очках. Задумчиво проведя пальцем горизонтальную черту по небритому горлу, «племянник» заглянул в машину. Пересчитав корреспондентов по головам, удалился восвояси.

Венера Галеева, «Фонтанка.ру»

Наши партнёры

СМИ2

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор