Сейчас

+28˚C

Сейчас в Санкт-Петербурге

+28˚C

Ясная погода, Без осадков

Ощущается как 28

1 м/с, сев

767мм

35%

Подробнее

Пробки

5/10

Модельный бизнес. Обо что спотыкаются информационные технологии на реальной стройке

9521
Фото: Александр Коряков / «Коммерсантъ»
ПоделитьсяПоделиться

С начала 2022 года использование BIM-технологий стало обязательным при проектировании объектов, строящихся за счет бюджета, в первую очередь — социальных. В других сферах строительной отрасли цифровизация идет уже давно с разной степенью успешности — от проектирования и непосредственно стройки до эксплуатации и продаж.

Но пока новые технологии, которые на бумаге выглядят весьма впечатляюще, попадают на первые реальные «овраги»: дефицит кадров, нормативные нестыковки. Кроме того, некоторые структуры, компании и люди пока просто психологически не готовы отказаться от бумаги и освоить что-то новое, хоть и надо.

Оцифровка как процесс


В рамках перехода бюджетной стройки на цифру также необходима была и «оцифровка» работы Госстройнадзора в рамках платформы «Цифровой строительный надзор». Как отметили в городской администрации, инспекторы службы ведомства при помощи обычных планшетов смогут проверять возводящийся или уже готовый объект на соответствие всем разрешениям и нормам.

Александр Демидов, заместитель начальника Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга, рассказал, что в Петербурге сегодня все услуги Госстройнадзора оцифрованы и предоставляются исключительно в электронном виде.

— Первым проектом, который наша госэкспертиза рассматривала в ТИМ (технологии информационного моделирования), стала цифровая модель детского садика, сделанная одним из наших девелоперов, — продолжил он. — Сейчас он уже на этапе стройки, и мы надеемся, что работа в модели продолжится и на этапе эксплуатации. Таким образом мы закроем всю линейку использования ТИМ: от экспертизы проекта через стройплощадку и до эксплуатации. Всё это подтверждается федеральными документами — в распоряжении правительства об утверждении стратегического направления в области цифровой трансформации как раз прописано непрерывное вертикальное использование цифровой модели.

Что касается объектов бюджетного строительства, на сегодня согласована форма задания на проектирование с использованием ТИМ, есть примерный список объектов, где предполагается заключение контрактов именно с пользованием этих технологий. Об этом рассказала Елена Чеготова, советник председателя комитета по строительству Санкт-Петербурга. Она привела данные, согласно которым только 7 % госконтрактов на строительство соцобъектов предусматривали эту технологию. Минстрой намерен поменять эту ситуацию. Также одно из последних поручений регулятора — сформировать облачные ресурсы: победные реляции от некоторых регионов о готовности перейти на ТИМ он воспринял с долей скепсиса и понял, что готовы не все и не совсем.

— Мы готовы по большинству пунктов, задания согласованы, техника закуплена, программа обучения специалистов разработана. Пока мы определяемся с нужным софтом, — продолжила эксперт. — Цикл проектирования по контрактам в районе двух лет, так что в стадию стройки по BIM мы войдем через 2–2,5 года. Но не стоит забывать, что видение законодателя и реальная практика — немного разные вещи. Кроме того, пока существует проблема в законодательстве. Да, неплохо проработаны вопросы проектирования и изысканий, есть своды и правила, есть ГОСТы. Но уже видно, что классификатор строительной информации и свод правил не во всем «дружат». В проектировании, изысканиях и эксплуатации уже есть законодательство и инфомодель — а вот в части стройки с законодательством не очень хорошо. Поэтому ждем доработки нормативной части и надеемся, что она произойдет как раз за эти 2–2,5 года. Еще один немаловажный момент: наконец законодатель увидел проблему исходных данных. Экспертиза требует от нас модель с машиночитаемыми исходными данными, а если они, например, в виде картинки, то их не увязать с 3D-моделью.

Где нужны BIM и ТИМ


В Группе RBI цифровизация проектирования и контроль строительно-монтажных работ (СМР) начались еще с 2014 года, в «эру» до BIM. Как пояснил Павел Быков, заместитель директора по строительству и проектированию Группы RBI, тогда первыми задачами были контроль поставки техдокументации на стройплощадку и развитие электронного документооборота. В итоге это действительно позволило полностью отказаться от бумаги на этапах от проектировщика до штампа «производство работ» и упростило отслеживание согласования проектной документации. Поскольку компания выступает заказчиком и работает с наемными подрядчиками, вторым по важности был вопрос контроля СМР: путь зафиксированных клиентами замечаний был неизвестен, но последующее хранение в облачной системе позволило отслеживать их устранение.

— Пять лет назад мы решили применить BIM в проектировании, — рассказал Быков. — Целью было ведение документации в пространстве информационной модели и составление на ее основе ведомости объемов работ и тендера на генподрядчика. В итоге мы получили хороший инструмент работы с генподрядчиком, так как модель хорошо показывает стоимостные риски, объемы работ и неучет каких-то объемов. Кроме хода строительства, у нас появилась возможность контролировать и деньги, которые мы передаем генподрядчику: формировать платежные документы, отслеживать график выполнения работ и стоимость каждой из них, а также видеть, сколько потратил подрядчик. Сейчас у нас ТИМ-оценка стоимости выступает инструментом инвестконтроля на всех объектах. Что касается прямой выгоды для «конечного потребителя» — модель, конечно, позволяет создавать максимально точные и достоверные маркетинговые материалы для клиентов, и они точно знают, что приобретают. Ощутимые преимущества для покупателя несет и использование модели при эксплуатации объекта. Оно способно сделать эксплуатацию эффективней, — но это пока, скорее, перспектива ближайших лет.

— Чтобы BIM-модель объекта капитального строительства была полноценной, необходимо, чтобы она содержала все разделы проекта. Поэтому, в моем понимании, сейчас особенно важно развивать BIM в таких направлениях, как инженерные изыскания, благоустройство и проектирование наружных инженерных сетей, — считает Александр Круглов, директор департамента ИТ Группы компаний «МегаМейд». По его словам, цифровая модель результатов инженерных изысканий позволит понимать текущую ситуацию на площадке и принимать правильные технические решения при проектировании объектов. BIM-модель наружных инженерных сетей необходима как минимум для того, чтобы контролировать стыковки наружных коммуникаций с вводами и выпусками внутренних сетей. Цифровая модель благоустройства — это, в том числе, визуализация дворов и внутриквартальных проездов будущих жилых комплексов. При этом BIM-модель будет отражать реальную ситуацию — значит, с ее помощью можно будет эффективнее работать над созданием комфортной городской среды.

Дмитрий Демин, директор дивизиона BIM ООО «АСКОН Интеграционные решения», отметил: максимальная цифровизация сейчас на стороне именно проектировщика. Подрядчики по проектированию в строительстве подготовлены куда больше, нежели занимающиеся непосредственно стройкой и эксплуатацией объектов.

— Имеются в виду прежде всего инструменты разработки BIМ-моделей — так называемые BIM-системы, — пояснил он. — В этой сфере есть и отечественные разработки. Средние и малые компании уже приобретают их либо для определенного этапа реализации проекта, либо для полного цикла. Второй сегмент таких систем — это среды общих данных: документооборот, согласование и отслеживание замечаний, коллизий и пересечений с фиксированием их в отчетах, формирование матрицы коллизий и отработка их на этапе проектирования. Наша задача как разработчиков дать инструмент, с помощью которого проектировщики смогу донести эти подготовленные данные до строителей и, тем более, — до этапа эксплуатации. Здесь поможет среда общих данных, доступ к которой должен быть у всех этих сторон.

— Мы как разработчики отвечаем за область, которая сейчас наиболее цифровизована, — за проектирование, — сообщил Максим Нечипоренко, заместитель директора RengaSoftware. Что касается этапа контроля стройки, то здесь до модели еще очень далеко. Мы видим, что кабинеты профильных ведомств все еще завалены бумагой и работа с документами продолжается — значит, есть какие-то ограничения перехода на «электронку». Также после прошлогоднего обсуждения никуда не сдвинулось утверждение перехода на информационную модель государственной исполнительной документации. Что касается стройкомпаний — да, проектную документацию они получают и объем работ планируют в электронном виде, но контроль за процессом стройки пока не у многих ушел в цифру. В плане эксплуатации цифровизация хорошо развилась только в торговых объектах вроде ТРК и БЦ, но в жилье подобных моделей пока почти нет. Касаемо проектирования: статистика по России говорит, что пока лишь 20% компаний смогли себе позволить инфомоделирование. Так что мы с российскими разработками будем как нельзя кстати.

— В качестве дополнения коллег могу отметить: для дальнейшего развития технологий информационного моделирования и их востребованности имеет смысл акцентировать внимание на строительной площадке, а именно на создание исполнительной модели как «дублёра» исполнительной документации, — считает советник директора ООО «Бюро ЕСГ» Ирина Чиковская. Однако именно исполнительная модель вызывает бурю вопросов, потому что непонятно, чьими усилиями ее создавать — у подрядчиков нет специалистов. Наличие такой модели помогло бы, например, органам строительного надзора проверить имеющуюся в их распоряжение проектную модель, которая передавалась в органы экспертизы и хранится совместно с проектной документацией, и факт строительства. Это увеличило бы наглядность произошедших в период строительства изменений. Другая цель создания такой модели — выступать базисом для эксплуатационной модели. Почему именно базисом? Потому что на стадии эксплуатации появляется большой объем информации, которая должна быть сопряжена с исполнительной моделью, но не должна входить в нее непосредственно. Эти данные могут храниться и хранятся вовне.

По словам эксперта, вопрос интеграции исполнительной модели с данными вне её при переходе на стадию эксплуатации — вполне подъемная задача. Но её результат не может быть рассмотрен как типовое решение. Это обусловлено особенностями типа возведенного объекта, для которого информация на этапе эксплуатации будет разниться.

Александр Панкратов, BIM-моделлер «МегаМейд», считает: сегодня развитие BIM-моделирования в основном идет в области проектирования. Но цифровизация необходима на всех этапах жизненного цикла объектов. Наиболее остро, по мнению эксперта, стоит вопрос внедрения BIM на стадиях строительства и эксплуатации.

«Цифра» после стройки


Только 11 % из размещенных 3 тысяч госзаказов реально требуют BIM-технологий, хотя официальный переход начался с этого года. Об этом рассказал Александр Шарапов, президент Becar Asset Management и Российской гильдии управляющих и девелоперов. По его словам, проектировать и строить с моделированием могут, но такие контракты еще не реализованы. Кроме того, на этапе проектирования много не сэкономишь. А вот в сфере эксплуатации через BIM-моделирование ни одного подобного контракта на рынке представители компании не нашли. А тем временем в эксплуатации оцифровка необходима: в модели можно отслеживать работы на разных этапах и фиксировать, что они выполняются реально, а не на бумаге.

— Мы уже семь лет делаем электронные паспорта объектов со всем оборудованием — эксплуатация из готовой модели существенно сокращает затраты, — продолжил он. — Но если включать описание паспорта объекта в конкурсы по 44-ФЗ, то ФАС не позволит: эксплуатация должна быть простой, и никаких программных комплексов описывать в конкурсной документацией не надо. Особенно странно это выглядит на фоне проектирования, где BIM-модель уже обязательна. А при эксплуатации запрещают даже упоминать ее или электронный паспорт. Второй важный аспект — уберизация в эксплуатации. В нашем первом диджитал-отеле We&I by Vertical гости управляют всем через приложение. Подобные диджитал-программы распространятся и на жилые дома. Это даст возможность электронным образом вызвать электрика, сантехника, клининг. А появление российского ПО, на порядок дешевле западного, только подтолкнет развитие интернета вещей и подобных программных продуктов.

— Последний из трендов в эксплуатации объектов — развитие платформ для сбора бизнес-процессов, что минимизирует проблемы с передачей данных, — отметил Роман Блонов, директор по развитию PropTech «Миран». — Мы несколько лет развиваем платформу Kaizen для полноценной среды эксплуатации коммерческим объектом — это касается коммерции в жилье, фасилити (управление инфраструктурой), хоспиталити (средства размещения) и даже клининга. Недавно мы получили грант на работу с BIM — если объект построен через BIM, процесс внедрения Kaizen ускоряется в разы.

На платформе уже более 150 объектов, подключено около тысячи пользователей, подано больше миллиона заявок. Модульная платформа располагается в собственном дата-центре, что позволяет подключить любой объект. Модуль паспортизации формирует паспорт любого оборудования или с помощью QR-кода вшивает в него любую информацию. Люди, работающие с платформой, получат всю информацию по помещению, оборудованию и последовательности работ, просканировав код. А в модуле отчетности и анализа всех заявок сейчас собираются внедрить технологии big data и вести предиктивный анализ — например, фиксировать изменения параметров оборудования датчиками, что позволяет предупредить его выход из строя.

Что касается цифровизации уже после самой стройки, то она направлена на сокращение операционных издержек и повышения качества сервисов для клиентов, считает Татьяна Файнблит, директор внедрения цифровых сервисов ГК «А101».

— Три года назад мы начали проводить электронную регистрацию сделок — в том числе с ипотекой. И на сегодня 98 % всех наших покупателей заключают договор в электронном виде. Это экономит до 33 % операционных затрат, связанных с бумажной регистрацией, — продолжила она. — Второе направление — эксплуатация, взаимодействие с застройщиком и управляющей компанией. Для этого мы разработали мобильное приложение с потенциалом аудитории не менее 100 тысяч человек — дольщиков, жителей и операторов коммерческих помещений. Все они поэтапно подключаются к приложению и получают полный набор сервисов, от уборки мусора и оплаты ЖКУ до бронирования коворкинга. Кроме того, приложение позволяет создавать локальные группы «по интересам», для которых у нас предусмотрен свой ряд активностей, включая организацию мероприятий и создание собственных площадок для них. Наконец, важной составляющей является функционал «умного дома», повышающий безопасность и удобство.

Человеческий фактор


Все инновации и цифровизация подстраиваются под заказчика, он драйвер процесса и единственный, кто и увязывает проектирование, строительство и эксплуатацию, продолжил Павел Быков. И первая проблема — это специалисты. Именно у заказчика должны появиться люди со стратегическим видением выстраивания процессов.

— Включение в контракт требования по моделированию — это всегда дополнительная нагрузка, — говорит эксперт. — И в крупные проектные бюро приходит всё больше заказчиков с такими требованиями. Так что очевидна необходимость вкладываться в компьютерное оборудование и в человеческий ресурс, создавать штат специалистов по моделированию и обучать их как создавать модель, так и получать информацию из нее. Также есть проблема с BIM-менеджерами — они есть в проектировании, но должны появиться и у застройщиков. Таких людей надо именно выращивать — сейчас такие специалисты есть у тех компаний, кто озаботился этим раньше.

— Ещё лет пять назад была большая проблема найти специалиста по ВIM любого уровня, — продолжила Ирина Чиковская. — Но постепенно архитекторы, владеющие технологиями информационного моделирования, стали появляться в проектных организациях. Аналогичная картина складывалась и в проектировании конструктивных решений, но специалистов по проектированию инженерных систем с применением ВIM было очень мало. Сейчас рынок сильно изменился: вузы стали выпускать специалистов-проектировщиков, владеющих инструментами ТИМ. При этом специалистов по ВIM среднего звена стало больше за счёт перехода из проектных отделов. А вот топовые специалисты BIM-менеджмента — это эксклюзив, и вузы не могут их подготовить. Это должны быть люди с колоссальным опытом и пониманием проектной деятельности, ИТ-инфраструктуры, баз данных, систем управления и хранения. И если говорить о кадровом составе и функциях BIM-команды, для организаций вовлеченных в деятельность на разных стадиях жизненного цикла строительного объекта требования к специалистам по ТИМ и BIM должны предъявляться разные.

Александр Круглов подтвердил, что опытных BIM-менеджеров сложно найти — их нужно «выращивать», обучая молодых BIM-инженеров. «МегаМейд» идет именно по этому пути: готовит специалистов в собственном учебном центре. Дефицит кадров испытывают и заказчики проектов, которым так или иначе придется работать с BIM — как минимум принимать и проверять информационные модели.

— Сегодня не все заказчики понимают, чем BIM-модель может быть им полезна, — отметил он. — Отсюда возникают проблемы с формулировкой требований к модели при формировании техзадания. Не говоря уже о том, что для приемки BIM-модели нужны навыки работы в специализированных программах. В «МегаМейд» BIM применяется с 2012 года. Как опытная компания мы готовы помогать участникам рынка преодолеть эти барьеры. Наш учебный центр разработал программы обучения BIM для заказчиков. Мы учим самостоятельно разрабатывать требования, работать с цифровыми моделями, выставлять замечания — то есть даем набор ключевых знаний и навыков, которые необходимы заказчику, чтобы реализовывать проекты в BIM.

Татьяна Файнблит отметила: на темпы разработки новых продуктов и сервисов может влиять дефицит квалифицированных кадров.

По словам Максима Нечипоренко, сейчас идет активная переработка федеральных образовательных систем под развитие цифровых направлений. Образовательный процесс небыстрый, так что оценить результат мы сможем лет через пять.

Многогранность сложностей


Кроме высокой потребности в новых кадрах, на развитие цифры влияет ряд других факторов — от недостаточной инфраструктуры до геополитической обстановки.

— Мы слышим много споров из серии «попробуйте планшет принести на стройку», есть доля скептицизма — и не все готовы на стройке обращаться с моделью, — обозначил проблему Максим Нечипоренко. — Побеждать будут решения, которые позволяют работать с моделью, не заставляя массовую категорию специалистов изучать что-то сильно новое для себя. Нужны решения с простым и понятным языком — например, в приложениях для телефона, который у каждого строителя в кармане. Достаточно фотографировать с помощью приложения и геопозиционирования, и система сама расставит фото в нужных местах, а люди в офисе с квалификацией для работы с моделями знают, что делать дальше. Выиграет то, что не потребует высокой квалификации и будет очень простым для исполнителя.

Александр Шарапов продолжил: «При начале эксплуатации цифровыми моделями приходится пользоваться техникам, уборщицам, обслуживающему персоналу. И для них важна простота и та самая «уберизация» — это некий конвертер, когда из Kaizen поступают очень простые заявки в приложение на телефоне. Исполнитель принимает заявку и фиксирует в системе сделанную работу. У нас 5 тысяч человек обслуживают 8 млн кв. м площадей в разных городах. Экономия как раз в том, что оплата в системе идет по факту подтверждения выполненной работы.

Дмитрий Демин добавил, что трудность не только в самих инструментах, но еще и в наличии IT-инфраструктуры как у заказчика, так и у пользователя, строителя и эксплуатанта. Это и ЦОД, и серверы определенного уровня.

— Чертежи и документы — это один объем данных, а когда мы говорим об информационных моделях — это другой уровень, — пояснил он. — Пользователи САПР (систем автоматического проектирования) знают: более 3–4 объектов капстроительства в рамках одной модели просто не разместить, для этого нужны сверхдорогие компьютеры. При огромном количестве пользователей надо думать, как организовать инфраструктуру. И тут вектор смещается в сторону массовых решений с низким потреблением ресурсов и не требующих огромной инфраструктуры. А геополитическая обстановка еще поставит ребром вопрос наличия в отечественном бизнесе подобного «родного» ПО.

— Большая часть коммерческих застройщиков работает в одной зарубежной программе, у производителя которой нет в России серверов, и они зависят от канала, идущего в другую страну, — рассказал Павел Быков. — А теперь и вовсе неизвестно, как работать с подобными программами и можно ли будет их купить. Так что нам надо будет найти не только другое ПО, но и процессоры. Создание всеобъемлющей модели ни на одном конечном пользовательском устройстве не сможет самостоятельно работать, так что все уйдет в сторону больших дата-центров и облачных вычислений. И одна из главных проблем сейчас — создание конкурентоспособных дата-центров.

— Проблемы с отсутствием ГОСТов и классификаторов понятны и решаемы, — продолжил Александр Демидов. — Что касается исполнительской документации — есть решения по переводу в цифру журналов общих и специальных работ. Мы разработаем некий модуль, который выложим на общий сервер для обмена информацией. По сути, это может сделать и Минстрой чуть раньше. Регионы без своих решений смогут использовать федеральные, загруженные в общую систему.

Что касается технологий «умного дома», то, по мнению Татьяны Файнблит, девелоперы должны ориентироваться только на запросы покупателей.

— Исследования показывают, что сейчас пользователи ждут от этих технологий решения таких задач, как управление долгосрочной и краткосрочной арендой, в том числе в части оплаты и контроля платежей. Это в равной степени касается и жилья, и коммерческих помещений на первых этажах. Собственники последних в принципе нуждаются в цифровых сервисах по дистанционному управлению своим объектом как инвестиционным активом. Кроме того, весьма востребованы сервисы в области безопасности жилья, в том числе дистанционному контролю допуска.

— С моей точки зрения, сейчас важно выбрать правильное направление и развивать BIM-технологии в комплексе — от разработки ПО до законодательных актов, наладить подготовку специалистов и руководителей не только для BIM-команд, но и для непосредственного проектирования и экспертизы, — продолжил Александр Панкратов. — Также необходимо наладить взаимодействие проектировщиков и госэкспертизы в области BIM. И только после того, как все процессы будут отработаны на базовом уровне, можно будет стремиться к «покорению вершин» BIM-технологий.

Дмитрий Демин обратил внимание на то, что в BIM главную роль должен играть не сам инструмент, а описание процессов — и именно этим будут заниматься те самые специалисты, которых начали готовить учебные заведения, причем не только передовые вузы, но стройколледжи в регионах, где сейчас наблюдается всплеск популярности BIM.

— Как госкомпаниям, так и частной экспертизе сейчас крайне важно прописать процессы и регламенты. В чем (в каком ПО) это будет работать — не так важно. Важно, как именно это будет работать, — подытожил он.

Анна Романова, «Фонтанка.ру»

Фото: Александр Коряков / «Коммерсантъ»

ЛАЙК0
СМЕХ0
УДИВЛЕНИЕ0
ГНЕВ0
ПЕЧАЛЬ0

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

сообщить новость

Отправьте свою новость в редакцию, расскажите о проблеме или подкиньте тему для публикации. Сюда же загружайте ваше видео и фото.

close