09:41 19.06.2018
Египтянин попытался проникнуть на тренировку своей сборной в Петербурге
В Петербурге задержан угонщик №1
РБК: Правительство может поддержать нефтяников после настойчивых просьб Сечина
Полиция Петербурга пришла за «Забивакой»
Арбитраж признал законным расторжение Смольным отношений с «Транстроем» по стадиону на Крестовском
«Левада»: 51% россиян хотели бы видеть Путина президентом после 2024 года
«Коммерсантъ» рассказал о новом варианте снижения беспошлинного порога на зарубежные посылки
По делу о мошенничестве на 1 млн евро СКР собирает досье на бывшего советника председателя Верховного суда
Нобелевский лауреат и «Бесконечная штука» прозвучат на «Летних чтениях»
Возможно ли новое серьезное искусство, расскажет президент Музея искусств им. Пушкина
В Майами на улице застрелили рэпера XXXTentacion
Аналитики: Чтобы считаться средним классом, в Петербурге надо зарабатывать больше 72 тысяч рублей
В авиакомпании обвинили птицу в инциденте с самолетом сборной Саудовской Аравии
Жителей Колпино оставили без воды
Сборная Саудовской Аравии прилетела в Ростов-на-Дону на горящем самолёте
Гарри Кейн спас сборную Англии в игре против Туниса
В Швеции неизвестный устроил стрельбу на улице, есть пострадавшие
Арестованных иностранных болельщиков в московском СИЗО обеспечили кипятком и чистой одеждой
Английские футболисты познакомились с волгоградской мошкой: врачу пришлось использовать спрей
США создают специальные войска, чтобы «доминировать в космосе»
Матч открытия мундиаля посмотрела половина населения России, но не до конца
Салах принял участие в тренировке сборной Египта в Петербурге
Приближенных Михальченко обвинили в хищении 1,5 млрд на подрядах ФСО
Еще один иностранный болельщик упал с теплохода после встречи с петербургским мостом
«Фонтанка» за 60 секунд — 18 июня
Петиция против пенсионной реформы на сайте РОИ прошла федеральный барьер
«На крыше уже не везёт»: ещё одно ДТП с такси в Петербурге
Водителям на финской границе придётся чаще "дуть в трубочку"
На Парашютной горит деревянный дом
Таксиста, сбившего мексиканских болельщиков в Москве, обвинили в нарушении ПДД
Первый «гомофобный скандал» на ЧМ-2018 разгорелся из-за мексиканских фанатов
Сотрудничающий с ФСБ анархист остался под арестом
Севший на мель в Финском заливе сухогруз осматривают водолазы
Странное смертельное ДТП под Ярославлем: с мотоциклом столкнулся дельтаплан
СМИ: После осенних выборов из Совета Федерации уйдут 17 сенаторов
В России замедлился рост цен на бензин
Путин поблагодарил вице-губернатора Серова за выборы
Рамзан Кадыров ответил критикам российского мундиаля
Очистить Волковку помог запрет на продажу имущества
За последнюю неделю клещи заразили инфекциями 22 петербуржца
За разрушенный союз бывшего сотрудника ФСБ с мальчиком житель Петербурга получил 17 лет
Жуков: Закон о повышении пенсионного возраста примут осенью
Путин предложил Михаила Меня в аудиторы Счетной палаты
Уволенный за отчет по «Газпрому» сотрудник Sberbank CIB назван лучшим российским аналитиком
В Петербурге в 2018 году отменили фестиваль «День Д»
Основатель Мособлбанка умер в тюремной больнице
Аналитики подсчитали, сколько Россия потратила на ЧМ-2018
Хорватского футболиста отправили домой с ЧМ-2018 из-за отказа выйти на поле
СМИ: Двое британских фанатов подрались с полицейскими и не доехали до Волгограда
“Яндекс.Такси”: Попавший в ДТП на Невском водитель только начинал смену
Telegram продолжает оспаривать блокировку, вторая жалоба ушла в Страсбург
Больше тысячи египетских болельщиков прилетят в Петербург на матч с Россией
В Петербурге хотят провести митинг против пенсионной реформы
«Пьяный поцелуй»: финского депутата осудили за рукоприкладство и домогательства
Смольный показал, как преображается «бутылочное горло» – Гореловский путепровод
Смольный: Сведения о том, кто из муниципалов не сдал декларации, могут быть секретными
Прокуратура обвиняет главу фонда капремонта Петербурга в нарушениях
ВОЗ официально признала игроманию заболеванием
Жара в Финляндии сменится сильными грозами, в Петербург дожди придут в пятницу
Акинфеев: Кроме Салаха, у Египта есть еще 20 футболистов
Сумму беспошлинных покупок из иностранных интернет-магазинов снизят вдвое с 1 июля
С корабля охраны ЧМ-2018 исчез матрос
Черчесов: В матче с Египтом будем писать историю
Спасатели сняли шесть человек с прогулочного катера, севшего на мель в Финском заливе
Россиянин одержал победу в гонках в Ле-Мане после нескольких неудачных марафонов
Экспертиза

«Передать Исаакий? Это вопрос не веры, а жадности»

Зачем встречаются с Путиным кандидаты в президенты, в чём разница между Исаакиевским собором и мостом Кадырова – объясняет депутат Борис Вишневский.
«Передать Исаакий? Это вопрос не веры, а жадности»
Павел Каравашкин/Интерпресс

В канун Нового года «Фонтанка» подводит итоги вместе с нашими экспертами и просит их дать прогнозы. На одинаковые вопросы мы получаем совершенно разные ответы. Если экономист Владислав Иноземцев убеждён, что «Путин – это навсегда», то депутат Законодательного собрания Петербурга («Яблоко»), политолог Борис Вишневский видит на посту президента совершенно другого человека, причём уже с марта 2018 года. Мы продолжаем серию итоговых интервью.

- Борис Лазаревич, какие события 2017 года вы бы назвали самыми значительными?

– Если брать город – это, конечно, то, что благодаря общественному сопротивлению мы отстояли Исаакиевский собор. Сохранили музей. Не передали Исаакий церкви, иначе музей был бы разрушен необратимо. Что касается страны, то самое заметное событие года – очень печальное: это скандал с дисквалификацией российских спортсменов, с лишением их медалей, полученных в Сочи. И ситуация, при которой российская команда должна будет ехать на Олимпиаду 2018 года не под национальным флагом, а под эгидой Международного олимпийского комитета. Без своей символики. Ещё и не в полном составе.

- Про Исаакиевский собор вы так уверенно говорите, что его отстояли. Эта история, вы считаете, закончена?

– Нет, она не закончена. Но мне совершенно понятно, что если бы не общественное сопротивление, Исаакий давно был бы передан церкви, а мы бы разводили руками над разгромленным музеем, поражаясь жадности церковников. Это же не было вопросом веры. Это – исключительно вопрос жадности епархии, её желания получить себе доходы, которые дают экскурсии в Исаакий, не неся самим никаких расходов. Теперь, думаю, никто об этом не заикнётся как минимум до 18 марта.

- А потом?

– Потом вполне возможны новые попытки. И мы уже предпринимаем усилия, чтобы эти попытки не стали успешными.

- Слово «попытки» вам не кажется слишком оптимистичным? Что помешает государству после 18 марта просто взять – и передать собор без всяких попыток? Как это было с мостом Кадырова, который просто взяли – и назвали.

– Ситуация с мостом Кадырова принципиально другая юридически. Тут городское правительство приняло решение, чудовищно неуважительное по отношению к общественному мнению. Но формально оно было законно, его нельзя отменить через суд, потому что ничего не было нарушено. Исполнительная власть имеет право принимать решения о названиях топонимических объектов. Никаких ограничений здесь нет.

- Разве с передачей собора есть такие ограничения? Сторонники ссылаются на закон, по которому церковь может претендовать на объекты, когда-то ей принадлежавшие.

– Во-первых, Исаакий никогда церкви не принадлежал…

- Это известный аргумент. Но в Российской империи церковное имущество, если не ошибаюсь, и принадлежало государству, церковь была его частью.

– Дело даже не в этом. Этот закон иногда ошибочно называют «законом о церковной реституции». На самом деле, всё даже хуже, чем реституция: речь идёт о передаче церкви не того, чем она когда-то владела, а в принципе любого объекта, имеющего религиозное назначение.

- В том-то и дело. Откуда тогда ваш оптимизм?

– Но тот же закон говорит о том, что передаче не подлежат предметы музейного фонда.

- Предметы никто и не просит, церковь претендует на здание.

– Это не-воз-мож-но. Малахитовые колонны Исаакия, фрески, витражи – это тоже предметы музейного фонда и неотъемлемая часть памятника истории и культуры федерального значения. Их нельзя отделить от собора. Любая попытка их демонтировать – статья 214 УК РФ о вандализме.

- Разве нельзя то же самое сказать, например, о Сампсониевском соборе? Передать его РПЦ это не помешало.

– Тем не менее в Исаакиевском соборе это противоречие абсолютно очевидно. Кроме того, господа церковники ведь живут по законам божеским, так что в законах юридических они не сильны. Нам всё время говорят, что город обязан передать им собор. Так вот: нет, не обязан! Закон не устанавливает императивного права органа власти передать религиозной организации имущество религиозного назначения. Он фиксирует только право церкви обратиться с просьбой. Орган власти обязан просьбу рассмотреть. Дальше её можно удовлетворить – или нет. Доказательство тому – решение того же губернатора в такой же ситуации начала сентября 2015 года. Тогда церкви отказали в передаче собора.

- Вы сейчас всерьёз апеллируете к законам?

– Конечно. Да, у нас в государстве достаточно случаев, когда закон нарушается. Но всегда есть возможность оспаривать это в судах.

- Напомните, пожалуйста, примеры, когда действия органов власти, нарушающие закон, удалось оспорить в суде.

– Легко: Охта-центр.

- А посвежее нет примера?

– Пожалуйста – самый свежий пример: недавно суд признал незаконным разрешение на строительство комплекса «Планетоград» около Пулковской обсерватории.

- Я часто езжу мимо этой стройки, там уже четыре этажа.

– Да, решение суда, к сожалению, было принято поздно, поэтому они успели построить четыре этажа. Но, кроме этого примера, есть целый ряд судебных решений по превращению так называемой реновации хрущёвок в уплотнительную застройку у парка Александрино. Эти примеры говорят о том, что можно в судебном порядке отменить решение власти. Даже в нашу эпоху.

- Мы с вами живём в прекрасную эпоху: законы работают, справедливость торжествует…

– Не надо, не надо. Не лакируйте нашу действительность. Да – законы у нас работают не всегда. Но такие случаи есть.

- Событием года в масштабах страны вы назвали дисквалификацию Олимпийского комитета России. Было много разговоров, что Россия ответит бойкотом Олимпиады 2018 года, но Владимир Путин объявил, что бойкота не будет. С чем связана такая мягкость?

– Думаю, что это не мягкость, а прагматичность. Если страна официально бойкотирует Олимпиаду, она теряет право на участие в двух следующих. На это наша власть оказалась не готова пойти. Спортивные успехи – это одна из главных составляющих пропаганды.

- Это если успехи будут. Если не получится, как в Ванкувере в 2010 году, когда, если верить WADA, обходились без допинга.

– Я всё-таки уверен, что у нас есть «чистые» спортсмены, способные побеждать и без допинга. Кстати, меня мало что смешило в последнее время так, как предположение о применении допинга российской футбольной сборной.

- Если они на допинге так играли…

– …То мне даже страшно представить, что было бы без него! Но, повторю, я уверен, что многие наши спортсмены могут победить без допинга.

- А вы вообще верите этим наветам на наше государство, которое якобы покровительствовало допингу?

– А вы, может быть, верите, что люди, которые не стесняются подделывать итоги выборов и выносить неправосудные приговоры, постесняются подменить анализы мочи? К сожалению, у меня есть достаточно основания верить, что они вполне могли это делать.

- Событием наступающего года, а то и ближайших шести, наверняка станут президентские выборы. Ваша партия «Яблоко» выдвинула кандидатом Григория Явлинского. Неожиданное решение, правда?

– Вы можете, как многие, шутить на эту тему: что, мол, Явлинский баллотируется в президенты всю жизнь. Вы знаете, сколько раз он на самом деле участвовал в президентских выборах?

- Три.

– Два! Всего два раза: в 1996 году и в 2000-м. В 2012-м ему отказали в регистрации.

- Недавно, перед самым выдвижением, Явлинский встречался с Путиным. Зачем?

– Такие встречи происходят время от времени. Нечасто. И никогда эти встречи не имеют политических последствий. Всё, что я знаю о последней встрече, – что Григорий Алексеевич убеждал президента прекратить вмешательство в дела Сирии и необъявленную войну с Украиной. Это публичная позиция «Яблока». Минувшим летом мы вели целую кампанию по сбору подписей под названием «Время вернуться домой».

- Он просил за Сирию – после того как президент и сам объявил о выводе войск? Не поздновато он озаботился Сирией? И насколько актуален именно сейчас, когда начинается президентская кампания, разговор об Украине?

– Разговор об Украине в высшей степени актуален. Кроме того, я абсолютно уверен, что президентская кампания и выдвижение Явлинского не обсуждались. Явлинский – человек самостоятельный. Решение о его участии в выборах президента было принято ещё весной 2015 года. Здесь, думаю, просто не было темы для разговора. Вот что они могли обсуждать с президентом?

- Например – рамки, в которых лидер вашей партии может действовать как кандидат в президенты без неприятных последствий. Что можно «Яблоку», а в чём ему будут мешать.

– Власть будет мешать «Яблоку» во всём, это абсолютно очевидно. Так что не мог этот вопрос быть предметов встречи. У меня нет никаких сомнений, что если бы власть не мешала, он участвовал бы в выборах 2012 года. Но тогда его не допустили, а выпустили, как известно, крупного политического деятеля Михаила Прохорова. И где теперь этот выдающийся политик, которого тогда так возлюбила либеральная интеллигенция? Теперь у нашей либеральной интеллигенции новая любимица – Ксения Собчак. Ничего, кроме презрения, она у меня не вызывает. Я считаю, что она фальшива насквозь.

- Ну, знаете, так можно о ком угодно сказать в политике.

– Нет. Я не испытываю ни малейших симпатий к Алексею Навальному, но фальшивым я его не могу назвать. Что касается Ксении Собчак, то всё, что она говорит, на мой взгляд, абсолютно не совпадает с тем, что она думает на самом деле.

- У вас в партии традиционно не любят всех других представителей оппозиции, но откуда вы знаете, что они на самом деле думают?

– Нынешние слова Собчак не совпадают с тем, что она говорила и делала до сих пор. Здесь важны такие вещи, как политическая история, как репутация. Достаточно вспомнить, как горячо Ксения Собчак раньше поддерживала присоединение Крыма. В 2014 году она одобряла решение Путина и восхищалась им. Говорила, что это «блистательно разыгранная политическая комбинация». Сокрушалась, что все её друзья против Крыма, она осталась в одиночестве. Теперь, спустя три года, она прозрела – и говорит, что Россия нарушила международное право.

- В июле 2015 года она же сказала: «Крым – наш огромный геморрой на ближайшие лет сто. Его уже явно не вернут. А что с ним делать – непонятно. Это такая история, которую всем расхлебывать очень долго».

– Есть и другие примеры, кроме Крыма. Собчак ни разу прежде не говорила об особенностях нашей политической системы: о несменяемости власти, о коррупции высших чиновников, об олигархах, а теперь вдруг увидела все эти проблемы. Я не раз видел её на «Дожде», где она брала интервью, в том числе – у Явлинского. Но никогда не видел, чтоб она высказывала оценки, которые высказывает сейчас.

- Вы видели её как журналиста и удивлены тем, что она не высказывала оценок? Напомните, пожалуйста, где высказывал своё резкое осуждение политики Путина Григорий Явлинский.

– У меня лежит на столе книга – сборник выступлений Явлинского за последние годы. Всё это выложено на его сайте. Полное неприятие политики Путина зафиксировано и в выступлениях Явлинского, и во многих решениях «Яблока». Это наша давняя и последовательная позиция.

- Как «Яблоко» планирует доносить эту позицию до избирателей?

– Мы будем делать то, что делали всегда. Будем рассказывать о программе Явлинского на встречах, с помощью газет, листовок, выступлений в прессе. Дебатов – если они состоятся. В соцсетях. И будем убеждать идти на выборы. Бойкот, к которому призывает Навальный, лишь увеличит процент голосов за Путина, это вытекает из правил выборов.

- После голосования на довыборах в Госдуму в сентябре этого года кандидат от вашей партии рассказывал мне, что у него банально не было денег на агитацию. На прошлых думских выборах один из яблочников говорил, что на весь местный штаб партия выделила аж две футболки с символикой.

– Это случаи, конечно, печальные. Но, во-первых, я надеюсь, что нам удастся найти ресурсы для этой кампании. Во-вторых, «Яблоко» отнюдь не только так занималось кампанией. Когда я баллотировался в 2016 году в Законодательное собрание, порядка полумиллиона рублей на агитацию мы набрали только краудфандингом, и я получил 30 процентов в своём округе. Проблем с изготовлением и распространением листовок у меня не было.

- Этим же способом обеспечил кампанию в Псковской области и победу в ней ваш коллега Лев Шлосберг.

– И мы будем его опыт использовать. Как и наработки команды Дмитрия Гудкова на муниципальных выборах в Москве. Кстати, если вспоминать главные события 2017 года, то я бы назвал эту победу «Яблока». В Москве сейчас есть муниципалитет, где работают только наши депутаты. Мы хотим, чтобы в стране менялись, в первую очередь, политическая система и проводимая политика. Нет сомнений, что если Путин останется президентом, то меняться ничего не будет.

- Мне понравилось ваше «если».

– Да – «если».

- Что должно произойти, чтобы Путин не стал президентом?

– Для этого на участки должны прийти те, кто хочет перемен и знает, что каждый голос имеет значение. Основная проблема выборов в последнее время – как раз неучастие в них тех, кто мог бы голосовать за оппозицию, за перемены.

- Как вы считаете, выборы губернатора Петербурга в 2018 году состоятся?

– Наш губернатор ещё не знает, хочет он уйти в отставку или не хочет.

- Он сам должен захотеть этого?

– Нет. В сегодняшней политической системе в России ему сообщат, что он хочет уйти в отставку. Как в старой партийной системе, ему скажут, что «есть мнение». А он, человек военный, ответит «есть!» и перейдёт на другую работу.

- Это будет хорошо для Петербурга?

– Я вас, может быть, удивлю, но я не уверен, что это будет хорошо. Практика последних лет показала, что каждый следующий градоначальник был хуже предыдущего. При этом к самому Георгию Сергеевичу у меня лично претензий нет. Он не замечен в коррупции, воровстве, злоупотреблениях. Он не хочет зла городу. У меня просто складывается впечатление, что он не принимает решений вовремя. И что должностью своей он тяготится. Но если он уйдёт, то временно исполняющий обязанности, которого нам пришлют, может оказаться худшим вариантом.

- Предполагаемое назначение полпредом Александра Беглова не означает, что нам показывают губернатора, которого мы скоро выберем?

– Не могу этого исключать. Но Александр Дмитриевич уже несколько месяцев руководил городом как и.о. губернатора – и ничем выдающимся не запомнился. Это, впрочем, не главное. Главное – насколько конкурентными будут следующие губернаторские выборы, когда бы они ни состоялись – в будущем году или в 2019-м, по плану. В городе есть люди, которые могут претендовать на этот пост и при более-менее честной конкуренции победить Полтавченко. Вопрос в том, смогут ли они участвовать в этих выборах – учитывая пресловутый муниципальный фильтр.

Беседовала Ирина Тумакова, «Фонтанка.ру»


© Фонтанка.Ру

Подписывайтесь на каналы "Фонтанка.ру" в Telegram или Viber, добавляйте нас в Яндекс.Дзен или приходите в группу ВКонтакте, если хотите быть в курсе главных событий в Петербурге - и не только.

добавить комментарий
Помните, что все дискуссии на сайте модерируются в соответствии с правилами блога и пользовательским соглашением. Если вы видите комментарий, нарушающий правила сайта, сообщайте о нем модераторам.
СМИ2
MarketGid News
24СМИ. Агрегатор
Lentainform