18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
08:30 18.11.2018

Реалии импортозамещения от петербургского малого и среднего бизнеса

Форум субъектов малого и среднего предпринимательства в Ленэкспо показал, что объявленной властями политике импортозамещения мешает хроническая нехватка технологий и сужающийся рынок сбыта. Чтобы застраховать себя, предприятия реального сектора надеются получить госзаказы. А нехватку денег предлагают решать без помощи банков. Промышленники напоминают об опыте США времен Великой депрессии, когда займы подрядчикам выдавались напрямую.

Реалии импортозамещения от петербургского малого и среднего бизнеса

Сергей Коньков, ДП

Форум субъектов малого и среднего предпринимательства в Ленэкспо, проведенный смольнинским комитетом по развитию предпринимательства, показал, что объявленной властями политике импортозамещения мешает хроническая нехватка технологий и сужающийся рынок сбыта. Чтобы застраховать себя, предприятия реального сектора надеются получить госзаказы. А нехватку денег предлагают решать без помощи банков. Промышленники напоминают об опыте США времен Великой депрессии, когда займы подрядчикам выдавались напрямую.

Как воплощается в жизнь провозглашенный государственным курс России на импортозамещение как единственной возможности существовать независимо от Запада, почему его нельзя было провести раньше и с какими проблемами сталкиваются российские производители при попытках увеличить производство или начать выпуск новой продукции, и решила выяснить "Фонтанка" у участников форума субъектов малого и среднего предпринимательства, проведенного на днях в Ленэкспо.

"Мы – проекция общих проблем"

Возле одного из стендов выставочного зала "Ленэкспо" толпятся зеваки, привлеченные техническим сооружением. По двум параллельно расположенным конвейерам едет несколько металлических фишек, расположенных на разном расстоянии друг от друга. Установленная над линиями «рука» с магнитным наконечником с завидным упорством перекладывает каждую из них с одного конвейера на другой, реагируя на каждую деталь по отдельности. Линии соединены друг с другом так, что фишки, доехав до конца одной из линий, скатываются на вторую и повторяют свой путь к умной «руке». Тут же стоят два экрана. На один из них подается изображение с установленной над конвейером камеры, на второй проецируются коды от операций, выполняемых «рукой». Во время одного из переходов образуют затор. В таком положении они и подъезжают к «руке», которая захватывает только одну из них, упуская вторую.

– Упустил! – радостно восклицает кто-то в толпе.

– Проехали слишком близко друг к другу… Он их распознал как одну, – смущенно ответил один из разработчиков проекта.

Компания «Лар» занимается автоматизацией производственных процессов, выполняет индивидуальные заказы петербургских промышленных предприятий. На рынке работает около двух лет. Основные клиенты – производители продуктов питания, один из последних заказов – создание линии по производству кабель-каналов на одном из предприятий города. «Наша задача объединить все операции в рамках одной производственной линии, чтобы ускорить процесс и снизить издержки заказчика», – объяснили в компании.

Несмотря на прямую зависимость от находящейся в тяжелом положении промышленности, в «Ларе» говорят, что пока не чувствуют дыхания кризиса – их продукт не массовый, заказов много: «В текущей экономической ситуации конкурировать можно только благодаря снижению издержек. Наши клиенты рассказывали об автоматизации партнерам, и с момента введения санкций количество заказов увеличилось. Все стараются провести автоматизацию, пока это еще возможно».

Совершенно обратная ситуация у производителя автоматизированных конвейерных систем и промышленной мебели ООО «Норматив». Гендиректор предприятия Дмитрий Харитоненко признал, что к концу года заказов стало значительно меньше, чем год назад. «Рынок трясет, предприятия схлопываются, сворачивают свои производственные планы. Еще год назад конвейерное оборудование пользовалось спросом, теперь производители не могут себе этого позволить», – констатирует он. В целом отрасль производителей конвейеров в России находится в тяжелом положении.

«Рынок занят в основном немецким оборудованием. Приходит сюда, например, Coca-Cola – она никогда не поставит себе оборудование российского производства. Контакты с немцами давно налажены, а использовать наше оборудование взамен поломанного немецкого невозможно – они производятся по разным стандартам», – рассказал он.

В двух шагах от стенда «Норматива» расположилось ЗАО «Плазмофильтр», выпускающее медицинское оборудование. Главный продукт компании – аппарат для плазмофореза – очищения крови. Для этого используются полимерные трубки, которых в Петербурге не производят. Как пояснил технолог «Плазмофильтра» Осип Крупников, в советские времена такие трубки выпускал петербургский «Ленмедполимер». Но с 90-х годов, когда предприятие было выкуплено частной структурой и переименовано в ОАО «Фирма Медполимер», не выпускает.

«Медицинские полимерные трубки в Советском Союзе выпускали три крупных предприятия – в Москве, Ленинграде и на Украине. Но после перестройки они прекратили выпуск. Найти их сегодня в России практически невозможно. Поэтому приходится везти из Белоруссии. В России сегодня вообще под 80% медицинских изделий ввозится из-за границы. Своего оборудования у нас и того меньше», – сказал гендиректор «Плазмофильтра» Борис Басин. Руководитель предприятия подчеркнул, что спрос на продукцию высок, но для открытия подобного производства нужны большие деньги и заинтересованность бизнеса или власти.

Тяжелого года ожидает помощник генерального директора ООО «НПК» «Вертикаль» Федор Галаничев. Компания работает в сфере ЖКХ, производит энергосберегающее оборудование для систем теплоснабжения жилых домов. До кризиса оборудование покупали ТСЖ, непосредственные его пользователи. Но к концу года число заказчиков сократилось почти вдвое. «Мы не ждем высокого спроса в 2015 году, поэтому пытаемся пробиться в госзаказ. Большая часть элеваторов покупается у немцев, к примеру, у Siemens. Но они требуют полного переоборудования теплового пункта. В сумме это обходится в 1,5-2 млн рублей. Установка нашего аппарата не требует переоборудования теплового пункта и обходится в 100 тыс. рублей. Это прямая экономия бюджетных средств. Но пока в администрациях различных уровней продукция не вызывает интереса», – сожалеет он.

Коммерческий директор сети мини-пекарен «Месье Патиссье» Алексей Анушин заверил корреспондента «Фонтанки», что наступивший кризис не сказывается на деятельности предприятия, если не считать выросших закупочных цен на сырье и оборудование. На ценах конечной продукции это пока не отражается, у предприятия оставался небольшой запас прочности.

Без импортного оборудования не обходятся и здесь. «Мы покупаем российское оборудование, конструкционно не очень сложное. Но сложное закупаем в Европе. Например, недавно у нас сломалась одна из деталей французской машины для тестораскатки. Их массового производства в России нет, можно делать индивидуальный заказ, но для нашего круглосуточного производства это слишком долго», – объяснил Анушин.

Несмотря на зависимость от иностранных производителей оборудования, коммерческий директор признает, что в последнее время российские производители подтянулись по ряду направлений: «Когда компания только открывалась, муку приходилось закупать в Финляндии. Сегодня такой проблемы нет. За последние годы значительно качественнее стали российские плиты. Немецкие все еще лучше, но наши дешевле, а в наступивших условиях это может стать решающим аргументом покупки». Что до пищевых ингредиентов, также используемых пекарней, в России они , по мнению Анушина, даже лучше, чем европейские. Например, начинки компания закупает исключительно в Петербурге.

Импортозависимы практически все компании, выпускающие высокотехнологичную продукцию. Например, производитель воздухоочистителей «Аэролайф» не может обойтись без ультрафиолетовых ламп Phillips. «Нам подходят только лампы с определенным спектром излучения – 320-400 нм. Их производят в Голландии по уникальной технологии. В России такую технику не достать», – объяснил директор представительства компании в Петербурге Олег Чубар. Прибор уничтожает озон, формальдегид, пары растворителей, чистящих веществ и прочие вредные вещества, бьющие по иммунной системе человека. В отличие от аналогов, настроенных на отдельные вещества, прибор окисляет до кислорода и углекислого газа широкий спектр вредных веществ. Основной упор в реализации компания собирается делать на медицинские и муниципальные учреждения.

НПП «Лазерные системы», резидент особой экономической зоны «Санкт-Петербург», производит несколько сложных продуктов. Недавно предприятие запустило производство алкорамок для нескольких производственных предприятий Петербурга. Рамки собираются устанавливать на проходных. Основным преимуществом продукта в НПП называют скорость обработки. Алкорамка определяет пары алкоголя за ½ секунды, чего пока не может добиться ни один зарубежный аналог. Последнее купленное петербургскими предприятиями устройство было родом из Южной Кореи и находило пары алкоголя за минуту. Другое устройство компании – облакомер, определяющий расстояние от земли до первой линии облаков, – используется в аэропортах. Ветровые лидары измеряют скорость и изменение направления ветра, что необходимо при взлете самолетов. Лидары используются в аэропортах Сочи и Владивостока. Детектор следов взрывчатых веществ пользуется повышенным спросом у правоохранительных органов по всей стране. Ни одно из этих устройств немыслимо без электронной начинки, которая в России практически не производится.

По итогам нашего опроса участников форума можно сделать вывод, что производственные предприятия малого и среднего бизнеса к концу 2014 года находятся в неодинаковом положении. Но большая часть тех, кто на плаву, ищет счастья в госзаказе. В условиях экономической нестабильности стабильный спрос могут обеспечить только бюджеты различных уровней. Кроме того, как только речь заходит о более-менее сложной продукции, обойтись без импортных комплектующих у российских компаний пока не получается.

Вопросы кровоснабжения

Кроме нехватки технологий и схлопывающихся во времена экономического кризиса рынков сбыта, импортозамещению мешает еще одна важная проблема. «Мы сидим "голодные", для производства не хватает денег», – сказал корреспонденту «Фонтанки» один из представителей промышленного сообщества Петербурга.

Первым ударом по кровоснабжению экономики стало снижение в апреле рейтинга S&P. Крупные международные банки, испугавшись снижения платежеспособности российской экономики, заморозили нашим выдачу обещанных кредитов. Вторым ударом стали санкции, введенные летом в отношении крупнейших российских госбанков. Им запрещено было кредитоваться на Западе, что окончательно перекрыло поток иностранной ликвидности в российскую экономику. Осенью ситуацию усугубил Банк России. Борясь с ускоряющейся инфляцией, он в несколько шагов повысил ключевую ставку с 5,5% в начале года почти в два раза. Последнее повышение произошло в четверг. Центробанк поднял ставку на один процент с 9,5% до 10,5%.

Таким образом ЦБ РФ пытается остановить девальвацию рубля, ограничив спекулятивные валютные игры и снизив приток денег в экономику – считается, что небольшой приток должен сделать рубль дороже. Тем временем коммерческие банки, ощутив на себе голод ликвидности, ужесточили условия кредитования предприятий реального сектора. Промышленность осталась без финансовых ресурсов – условия кредитования, которые предлагаются сегодня, промышленники называют «грабительскими».

По словам директора регионального отделения Российского союза промышленников и предпринимателей в Ленобласти Александра Габитова, минимальная ставка, на которую могут рассчитывать промышленники, 14,5% Сбербанка России. В то время как чешская дочка Сбербанка Sberbank SZ кредитует предприятия по ставке 2-8%. Президент Ассоциации банков Северо-Запада Владимир Джикович в ответ заметил, что большая часть банков держит ставку на еще более высоком уровне. В то время как промышленники хотят кредиты хотя бы за 10% годовых.

Гендиректор научно-производственного объединения по переработке пластмасс имени «Комсомольской правды» Сергей Цыбуков призвал в сложившейся ситуации вспомнить об опыте США времен Великой депрессии, когда чтобы выжить, предприятия вынуждены были помогать друг другу без посредничества банков. «Для крупного предприятия, имеющего собственные средства или получившего помощь правительства, во время работы с небольшим подрядчиком есть смысл выделить ему заем, который будет стоить выше инфляции, но ниже, чем аналогичное предложение коммерческого банка. Можно положить эти же средства на депозит под условные 10% годовых, чтобы банк потом выдал эти же средства подрядчику под 15% годовых. Подрядчик все равно переложит свои расходы на крупного заказчика и хранение денег в банке потеряет для него всякий смысл», – пояснил Цыбуков. Стоит отметить, что отдельным заемщикам банк может отказать в кредите, а в случае выдачи займа подрядчик гарантированно получит недостающие финансовые ресурсы.

По словам нескольких промышленников, подобная практика сегодня не применяется, но кризис ликвидности и высокие банковские ставки толкают реальный сектор именно к такому ведению бизнеса.

Герман Костринский, «Фонтанка.ру»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор