18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
02:28 15.08.2018

Особое мнение / Сергей Шелин

все авторы
14.07.2010 12:56

Очарование реакционности

Суд над устроителями богохульной выставки закончился безобидным приговором, и можно было бы не продолжать эту тему, если бы не дух всего нашего времени, так удачно выраженный московским процессом. Слово «реакция» идеально подходит для обозначения этого духа.

Суд над устроителями богохульной выставки закончился безобидным приговором, и можно было бы не продолжать эту тему, если бы не дух всего нашего времени, так удачно выраженный московским процессом. Слово «реакция» идеально подходит для обозначения этого духа.

Пару слов о героях и жертвах все-таки сказать надо. Чтобы подтвердить, что с ними-то все в порядке. Выставка «Запретное искусство» прошла три года назад в Сахаровском центре под кураторством Андрея Ерофеева и Юрия Самодурова. Оба с тех пор потеряли работу, но Самодурова устроили на другую, а Ерофеев, известный специалист по современному искусству (не путайте его с еще более известным братом – писателем Виктором Ерофеевым), может теперь в ореоле гонимого спокойно ехать, условно говоря, в родную Францию и мирно там процветать в своей профессии.

Так сказать, отделались испугом. А вот кто не отделался, так это все, кто до сих пор организовывал подобные выставки или просто в них участвовал. Как бы они сейчас ни хорохорились, но в ближайшие годы таких выставок у нас не будет – по крайней мере, легально оформленных. Кто же теперь захочет ходить под подпиской о невыезде, гадать, впаяют ли срок, выслушивать о себе различные соображения активистов «Народного собора», и все это при полном равнодушии широкой публики. Точнее, почти полном. К концу кое-что все же зашевелилось, и это слегка отразилось на атмосфере последних дней процесса.

Но не сильно. В массе своей публика в этой самой свободе творчества и в насмешках над традицией так и не увидела решительно ничего, заслуживающего защиты. Кто-то, может, и готов бы пострадать, но если за тебя не болеют душой, то зачем? Лучше уж пока помолчать под плинтусом в интеллигентном обществе тараканов группы «Война».

Разговор тут вовсе не об изящном искусстве, но несколько слов надо и о нем. Была ли подсудимая выставка богохульной? Если и да, то явно в меньшей степени, чем множество устраиваемых в Европе - мало кем там замечаемых и уж точно никому не сулящих сроки. Ерофеев и Самодуров явно побаивались, что скандал выйдет из берегов, явно этого не хотели, и поэтому на входе висели предостерегающие надписи, а видеть экспозицию можно было только издалека, из-за каких-то ширм и фальшстен.

Представьте, что вы читаете предупреждение: «Кто не любит стриптиз, просим не входить», после чего входите, покупаете билет, спускаетесь в зал, добровольно и с интересом смотрите зрелище, а потом подаете на устроителей в суд за то, что они оскорбили вашу нравственность. Впрочем, в нашем случае большинство подавших в суд были из тех, кто по выставкам не ходит. О мероприятии они слыхали краем уха и просто руководились горячим желанием кого-то репрессировать и что-нибудь запретить.

В этом и главное. Суд – только маленькая капля, в которой отразилось что-то большое. Дух нашего времени – это дух неприязни к новому, болезненной страсти к запретам, враждебности к творчеству и показного преклонения перед стариной.

Назвать этот коктейль консерватизмом может только любитель комплиментов. Консерватизм – это знание прошлого и любовь к нему. Агрессия против нового, соединяемая с незнанием старого, называется по-другому – реакцией. Двадцать лет нового режима, и особенно десять лет режима новейшего, запомнятся как эпоха реакции, когда ничего старого по-настоящему не воссоздали, и ничего нового, ничего творческого, ни в одной сфере не допустили.

У нас принято во всем происходящем видеть руку начальства, но власти только подыгрывали этим чувствам, плелись в их хвосте. Дух реакции, даже и без команды сверху, охватил широкие массы, и без понимания этого факта не поймешь ничего другого.

Последние десятилетия СССР были не самым творческим временем, но кое-что творческое путь себе пробивало. Притом на самых разных участках. Новейшие ракеты и самолеты принимались на вооружение реально, а не в обещаниях вождей. Олимпиады выигрывались. Шпионы умели шпионить, а не превращать свою страну в мировое посмешище. Работавшие в андеграунде московские художники-концептуалисты сказали новое слово в мировом искусстве.

А кто и в чем сказал у нас новое слово за последние лет десять?

Понастроили много, а кто назовет хоть одно здание, полюбоваться которым приедут архитекторы из других стран? Скажете, что зато вернулись к академическим образцам прошлых веков? Не шутите. Какой уж там консерватизм-академизм? Новейшая Москва напоминает жирный Буэнос-Айрес времен правителя Перона. Новейший Петербург украшается дворцами во вкусе «золотой эпохи» Чаушеску.

Корифей наших точных наук – изобретатель Петрик, а лидеры гуманитарного знания – историки-шарлатаны Носовский и Фоменко. Все трое – никакие не консерваторы, не последователи академиков старого закала, а наоборот, ниспровергатели всех существующих научных теорий. Вот только последователей где-либо, кроме как у нас, найти себе не могут.

Есть у нас и новейшая живопись, никого не обижающая. Огромных полотнищ с голыми тетками, серийно изготовляемых для украшения вилл нуворишей, в других краях постыдилась бы деревенская лавка. Не из-за безнравственности, конечно, а из-за полного несовпадения с тем, что сегодня считается искусством.

Какая из наших фирм-гигантов придумала принципы менеджмента, способные воодушевить мир? Где, кроме как у нас, отсутствие выборности должностных лиц будет не прикрываться стыдливо, а спесиво выдаваться за сильную сторону политической системы?

Рассуждают о модернизации, а понимают ее архаичнее, чем в позапозапрошлом веке Петр Первый. Петр нанимал иностранных специалистов, чтобы работали вместе со своими. А наше воображаемое Сколково – это допетровская Кукуй-слобода, в которой иностранцев селили за забором, чтобы поменьше контактировали с местными.

Творческое бессилие и торжество реакции на всех фронтах. По-другому не скажешь. Но почему? Бывали ведь и совсем другие времена.

Наверно, реакция - это плата за советскую эпоху, когда сбились с нормального пути, и творческие озарения слишком уж переплелись с преступлениями. Ломка после этого была неизбежной. Но вечной она быть не может. Очарование реакционности начинает убывать, и каждая новая ее победа дается все труднее и выглядит все нелепее.

Сергей Шелин

Помните, что все дискуссии на сайте модерируются в соответствии с правилами блога и пользовательским соглашением. Если вы видите комментарий, нарушающий правила сайта, сообщайте о нем модераторам.