18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
23:08 13.11.2018

Особое мнение / Валерий Федотов

все авторы
18.02.2016 16:42

Кто хам?

На столичной улице Петровке подрались активисты «Стопхама» и олимпийский чемпион Алексей Немов. Громкий конфликт в очередной раз привлек внимание к скандальному общественному проекту, заставил задуматься, кто, как и зачем отправляет молодых людей «наводить порядок» на улицах.

Очевидно и несомненно, что чудом сохранившийся осколок движения «Наши» – «Стопхам» поддерживается и финансируется Кремлем. Его основатель Д. Чугунов заседает в Общественной палате РФ, куда без согласования в АП даже мышь не проскочит. Само движение получает различные государственные гранты. Да и вообще тема «вежливой силы», как видно по «вежливым людям» в Крыму и майкам с «самым вежливым президентом», глубоко по душе российскому руководству.

Проект имеет региональную сеть, выстроенную по методу франшизы. Структура каждого филиала: пара вежливых переговорщиков, оператор и мощная группа прикрытия для боевых столкновений с «хамами». Сформировавшись, группа выходит на дороги в поисках жертв.

Называть антигероев многочисленных видеороликов проекта именно «жертвами» хочется не случайно. Именно они, оказавшие сопротивление и поверженные превосходящей силой, являются главной целью охоты. Без уличных драк, в которых «добро побеждает зло», не будет миллионов просмотров в «Ютубе», а значит, и новых грантов. 90% водителей, которые спокойно выполняют просьбу перепарковаться или прекратить движение по тротуару, активистов не интересуют. Зато каждый случай, когда владелец автомобиля пошел на конфликт, смакуется в деталях с разных ракурсов.

Как показывает случай с Немовым, к конфликтам приводит далеко не только «хамский» склад личности одной из сторон. Ситуации бывают разные, и вполне вежливый человек тоже может оказаться стоящим с аварийкой во втором ряду. С одной стороны, это нарушение, оправдывать которое нет смысла. С другой – для борьбы с подобными нарушениями есть государственные структуры, а любая попытка наказания нарушителя в частном порядке – значительно более серьезное и опасное для общества беззаконие.     

Нарушитель ПДД не прав ровно до того момента, пока к нему не подходят «стопхамовцы». В «хама» его превращают именно незаконные требования, пусть и изложенные вежливым тоном. А уж после наклеивания на машину гигантского стикера становится и вовсе трудно осуждать человека, пытающегося защитить не только свое имущество, но и честь после публично нанесенного оскорбления. Но попытка самозащиты от «вежливых людей», первыми совершивших акт агрессии, немедленно приводит к появлению из-за их спин откровенных отморозков, демонстрирующих приемы боевых искусств. И хотя в противостоянии с такими оравами мало кому удается соблюдать этикет, а часто защищающиеся и в самом деле являются людьми не лучшего воспитания, все равно не только хамами, но и преступниками во всей этой ситуации являются в первую очередь те, кто прикрываются лозунгами борьбы с хамством.

Не менее интересные вопросы в связи с деятельностью подопечных господина Чугунова возникают, помимо этической, в политической плоскости. Идея восстановления справедливости неправовыми методами, применения насилия в обход закона – это промежуточная ступенька на лестнице, верхней ступенькой которой является идея революции. Если сегодня для общества становится нормой решение силой вопросов о ПДД, почему бы завтра не восстановить таким же образом справедливость в вопросах о собственности и власти? Не переключиться с дорогих машин на машины с мигалками? Если одним активистам можно заставлять нарушителей соблюдать ПДД, почему бы другим активистам не заставить других нарушителей соблюдать законы о выборах и Конституцию?

В размывании законности заинтересованы как раз те силы в российском обществе, которые революции хотят. Более того, плавное размывание законности – это известная и проверенная технология подготовки революции, ее обязательный подготовительный этап. Объявление высшим законом справедливости – способ демонополизировать право государства на насилие. «Справедливость» публично восстанавливается сначала в бытовых мелочах, потом на все более высоких уровнях и так доходит до государственного.

Как известно, прежний политический блок кремлевской администрации погорел именно на подозрениях в играх с революционным огнем. Тем более удивительно, что нынешний как будто наступает на те же грабли.