Начинай сначала. Для станции «Театральная» назвали срок и место встречи

Самая удивительная станция петербургского метро получит выход на поверхность к 2030 году. Власти окончательно определились, что это будет выход на углу Лермонтовского и Декабристов, где сейчас стоит дом быта. Хотя раньше планировали иначе. Объясняем, почему заправка «Роснефти» пойдет под снос второй.

О том, что именно выход к дому быта станет первым из двух запланированных, заявил накануне вице-губернатор Николай Линченко на отчете администрации Адмиралтейского района.

В отношении сроков мало что поменялось. В ранее озвученных планах Смольного «Театральная» должна обзавестись выходом в 2029 году, когда намечен и ввод двух новых станций зеленой линии. Но опыт последних запусков подсказывает: если нам говорят, что «Горный институт» запустят в 2024 году, а «Юго-Западную» — в 2025-м, то в обоих случаях это будет сделано на флажке, буквально перед курантами. Так что «к 2030 году» — вполне легитимная формулировка.

А вот с местом — интересно.

Станция метро «Театральная» целиком построена под землей. Она является промежуточной на открытом в 2024 году участке оранжевой линии «Спасская» — «Горный институт». Но у нее так и не появилось выходов на поверхность, поезда идут мимо без остановки.

За время проектирования было предложено множество разных мест для выходов, но ориентировались на то, что главный надо делать прямо на площадь. Эту идею, как и саму стройку тоннеля под зданием исторической сцены, регулярно критиковал художественный руководитель Мариинского театра Валерий Гергиев. В итоге в 2020 году губернатор Александр Беглов заявил. что от этого варианта город отказался, все внимание — на дом быта. Для второго выхода выбрали точку у Театрального сквера, на месте нынешней автозаправки «Роснефти».

Стало понятно, что станцию придется открывать на транзит — то есть достраивать выходы уже после запуска участка. Чем ближе был этот запуск, тем жестче становились заявления чиновников, которые понимали, как это выглядит. «Есть у нас знаменитости разные, они приняли решение, что выход из метро не должен быть рядом с театром», — объяснял губернатор. И добавлял уже непосредственно перед запуском: «Отрезок между „Спасской“ и „Горным институтом“ — пример того, как делу вредят известные амбициозные люди».

Дом быта и правда был приоритетным вариантом. Но со временем именно выход в Театральный сквер стал восприниматься как первый в очереди. Он значится таким в градостроительной документации и в генплане — просто по праву принадлежности к уже существующей оранжевой линии, на которой и посажена станция. А выход на угол Лермонтовского и Декабристов формально предназначен для станции «Театральная-2» гипотетической Адмиралтейско-Охтинской линии. Людей, заждавшихся возможности хотя бы просто выйти на построенной станции метро, не будем злить историями об этой седьмой линии. Просто зафиксируем, что это совсем за горизонтом.

В недавнем ответе управделами президента говорилось, что последовательность строительства выходов определят по факту получения положительного заключения главгосэкспертизы на проектную документацию. Никакого заключения, само собой, нет, проектирование силами недавно созданного городского «Метропроекта» еще только идет, но, как мы видим, решение принято.

Собеседник, близкий к вопросу, объясняет, чем не подходит вариант с АЗС. Дело не в нежелании «Роснефти» съезжать с насиженного места — в конце концов, владелец дома быта настроен не менее серьезно.

1. Основная причина — охраняемый ландшафт, который не позволяет сооружать новые объекты капстроительства.
   
   И речь не про световой фонарь, через который из подземного вестибюля, как из «Горного института», выходят пассажиры. А про венткиоски. Ранее сообщалось, что под один из киосков предполагается приспособить историческое здание рядом с АЗС — где сейчас туалет. Но киосков надо шесть. Для остальных места в проекте планировки просто нет.
   

2. Вторая причина — само расположение. ППТ, конечно, обещает поэтапное строительство: сперва стартовый котлован и машинный зал эскалаторов, а потом — наземный лестничный выход и те самые виртуальные венткиоски. Но в итоге котлован появляется на пересечении Глинки и Декабристов, с неиллюзорными перспективами закрытия или ограничения движения здесь на несколько лет
   

3. Третья — стандартная: большое количество магистральных сетей. Понятно, что их в городе везде много, а метро настолько приоритетный объект, что само по себе наличие труб, коллекторов и кабелей не должно его останавливать. Но собеседники «Фонтанки» говорят: нет-нет, да и останавливает. По крайней мере, приходится дополнительно убеждать монополистов, что их сети — не священная корова, если сюда надо привозить пассажиров миллионами. А трубы можно и переложить.

На месте дома быта должно появиться здание с минимум двумя подземными этажами и одним надземным. Но вряд ли он и правда будет один, в пределе высота объекта составляет 21 метр.

Когда «Фонтанка» писала про станции на транзит с последующим строительством наклонных ходов, эксперты предупреждали, что с «Театральной» может получиться сложно — если и правда первым начнут строить выход к дому быта. Источники редакции говорят, что остановка движения на линии не планируется, но в работу метрополитена вмешаться придется. Как, впрочем, всегда бывает, в том числе, при подключении новых пересадочных станций к существующим. Инженер и автор проекта «Человек-метро» Дмитрий Графов говорит, что именно из-за этого ленинградские и петербургские проектировщики всегда старались заглядывать в очень далёкое будущее и закладывать самые разные заделы под любое развитие событий.

Выход к АЗС запланирован торцевым, то есть на эскалаторы там заходят в конце станции. «Фонтанка» знает, что город не отказался от идеи сделать торцевое примыкание и для выхода к дому быта с противоположной стороны. Но если исходить из существующих проектных наработок, то здесь подходной коридор к эскалаторам будет «втыкаться» в середину платформы. Иллюстрации ниже уже несколько лет, детали изменились, но схематично это выглядит так.

«Театральную» спасает то, что это пилонная станция, у которой три зала отделены друг от друга рядом пилонов (по сути стен) с проходами между ними. Благодаря этой взаимной независимости они наиболее толерантны к различным видам примыканий — в том числе коридора, который должен вывести пассажиров к эскалатору.

«На пилонной станции присоединить дополнительные выходы в город или пересадочные коридоры значительно проще, быстрее и дешевле и практически не требует специальных заделов, если изначально было сделано достаточное количество проёмов, — говорит Дмитрий Графов. — Пример — „Пушкинская“, где в 2007–2008 году без остановки движения довольно аккуратно было выполнено соединение со „Звенигородской“». Примерно так сделают на «Театральной»: установят поперечную камеру с железобетонными мостиками над одними путями, и пассажиры будут по ступеням подниматься в коридор к эскалаторам.

Правда, нетрудно заметить, что сам по себе коридор с платформы ведет в противоположную сторону от дома быта — на другую сторону улицы Декабристов. Но наклонный ход уже под этой улицей выходит на угол с Лермонтовским. Дело в том, что, когда «Театральную» еще только проектировали, исходили из — как теперь выясняется — утопичеcкой идеи первый выход делать прямо к театру, по кратчайшему пути. Именно этому было подчинено ее положение, а второй выход шел «по остаточному принципу», говорит Дмитрий Графов. Это теперь он стал первым.

Тогда-то и решили уводить наклон под проезжую часть ул. Декабристов, чтобы в зону осадки попало поменьше зданий. Собеседники «Фонтанки» говорят, что окружающие строения все равно придется укреплять — не столько из-за подземных работ, сколько из-за сноса дома быта.

В механике строительства. По умолчанию станцию сооружают через рабочий ствол шахты. У «Театральной» он тоже был — вспомните синюю громадину, которая портила вид на площадь много лет. Но теперь-то его переоборудовали в вентиляционно-эвакуационный ствол, а на поверхности все благоустроили.

Получается, говорит Дмитрий Графов, и поперечную камеру над действующей станцией, и соединительные ходки, и промежуточный зал, и натяжную камеру будущих эскалаторов придётся строить через пройденный наклонный ход. Это более трудоёмко и долго.

Кроме того, после того, как тоннелепроходческий комплекс проложит наклонный ход для эскалаторов и докопается до нижней точки, его надо будет как-то демонтировать и вытащить на поверхность. Не целиком — оболочка обычно остается частью тоннеля, который обжимает ее со всех сторон. Но самое дорогостоящее и многоразовое — ротор, подшипник, валы, шнек — надо извлекать. Часть можно достать через этот же наклонный ход. Но, например, ротор — маловероятно.

Если бы рабочий ствол шахты продолжал действовать, то к нему бы можно было соорудить подход и вытаскивать все через него. Но перспектива снова расконсервировать стройку на площади может вызвать непредсказуемую реакцию у, как любит говорит губернатор, «известных людей». В общем, задача нетривиальная.

И «Роснефть», и владельцы дома быта (АО «Услуга») неоднократно высказывались против строительства выходов на их земле. Аргументы приводили разные. Дом быта настаивал, что это может вызвать социальную напряженность, повредить окружающие исторические здания, а конструкция со 100-метровым подходным коридором к эскалаторам может «вызвать большое количество рисков при эвакуации пассажиров».

«Роснефть» подчеркивала, что их заправка чуть ли не единственная на территории муниципальных округов «Адмиралтейский», «Сенной», «Коломна», на ней заправляются многие важные организации, вплоть до ФСБ.

В итоге проект планировки все же утвердили. А собственникам объектов ответили, что два места выбраны из восьми вариантов и сочтены самыми эффективными. Защита исторических зданий будет предусмотрена в проекте.

В какой-то момент показалось, что первые жесткие переговоры Смольному придется провести именно с РН «Северо-Запад», входящей в ГК «Роснефть». Спикер Законодательного собрания Александр Бельский говорил: «Руководитель заправки как человек из Ленинграда и Петербурга, он мог бы сказать: мы закрываемся, уходим, если чем-то надо помочь, чтобы у жителей был выход из метро, мы понимаем и поможем… Уважаемая организация. Но и люди, которые живут в городе, тоже уважаемые».

Однако теперь понятно, что первым на встречу приглашают владельца дома быта. Раньше в качестве суммы выкупа называли миллиард рублей. Но компания в целом не была настроена продавать здание и землю. Хотя указывала, что уже недополучает доходы из-за новостей о планируемом сносе. «В 2024 году после очередной информации в средствах СМИ о возможном изъятии здания по адресу: Лермонтовский пр., д. 1/44, в связи со строительством станции метро мы продолжили сдавать в аренду освобождаемые помещения по заниженной цене по сравнению с действующей методикой, — говорилось в отчетности. — Впоследствии, если будет изъятие здания и земельного участка, для организации будет значительное уменьшение дохода — на 22% — по арендным платежам».

Судя по всему, новое заявление Линченко застало компанию врасплох, там уже успели расслабиться. «Последний раз с нами связывались чиновники год назад, приглашали на совещание, и там нам говорили, что мы вторая очередь до 2040 года, то есть ещё не скоро, — рассказала „Фонтанке“ заместитель генерального директора дома быта на Лермонтовском проспекте Светлана Филягина. — Осенью у нас была встреча на круглом столе редакции „Свое дело плюс“, и после этого депутат Наталия Астахова посылала запрос в комитет, где ей подтвердили то же самое».