18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
14:39 23.01.2019

Город

08.01.2019 14:12

От «суверенного Интернета» нет пользы никому. Это просто кипячение океана. Интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев

15% в плюс к тратам на связь из-за «пакета Яровой», «цифровые казни» и перерождение криптовалют уже в 2019 году. Цифровые итоги прошлого года и прогноз на будущее «Фонтанке» дал российский интернет-омбудсмен Мариничев.

От «суверенного Интернета» нет пользы никому. Это просто кипячение океана. Интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев

Дмитрий Мариничев, фото - Алексей Смышляев/Интерпресс

Всё скандальное законодательное регулирование в России закончится, как только нормализуются отношения на уровне государств. В этом уверен интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев. В ожидании «политико-цифровой» оттепели бизнесмен рассказал в интервью «Фонтанке», что «суверенный Интернет» – это утопия, китайских гаджетов можно бояться, как и любой другой иностранной техники, криптовалюты снова оживут, а цифровая опричнина – это отнюдь не смешно.

– Дмитрий Николаевич, какая, на ваш взгляд, главная новость о Рунете случилась в 2018 году?


– Пожалуй, больше всего из всей красоты 2018-го мне понравилась новость про грядущую изоляцию Рунета. «Суверенный Интернет» от Клишаса, Боковой и Лугового. Амбициозность замыслов впечатляет, например, по расстановке фильтрующего оборудования с возможностью управления трафиком. Но, честно говоря, я не понял, чего они хотят конкретно. Однозначного ответа текст законопроекта не даёт. Есть лишь общее осознание, что власть хочет иметь возможность волшебным образом выключать в Интернете какие-то отдельные куски информации. По смелости мысли это можно сравнить с идеей поворота вспять северных рек. Может ли человек повернуть Обь или Енисей на юг?

- Советский опыт подсказал, что дамб понастроить можно точно.

– Да. И мы как раз идём по советскому принципу. Пытаемся строить дамбы, перекрывать потоки. Можно даже сказать, «ставим на службу человека информационные реки».

- То есть это хорошо? Может, ещё и электричество сможем добывать цифровыми дамбами, как это делают гидротехнические сооружения?

– Я сейчас с вами соглашусь, и это сразу станет доводом для всех этих законодателей. (Смеётся.) Нет, конечно. Всё совсем не так. Всё гораздо скучнее. Фильтрующее оборудование однозначно скажется на качестве Интернета. Упадут скорости. Возникнет ситуация, когда покупать это оборудование для государства будут сами операторы, не имея к нему потом доступа. Это сдерживающий фактор развития каналов связи и их пропускной способности. Это оборудование автоматически станет слабым звеном. Я не верю в централизованные модели правления Интернета. Это противоречит самой сути Сети.

- То есть китайский «Форвол», как говорит Луговой, у нас не получится?

– Уровень грамотности и компетентности авторов законов здесь не важен. Они ведь пишут законы, которые декларируют некие хотелки. Хочу так, и всё. А разбираться потом приходится профессионалам и специалистам, которые так же, как и вы, задаются простым вопросом – что это вообще было? Реализации таких законов превращаются в профанацию, которая показывает, что всё исполняется и всё хорошо. Но на самом деле плюсов не получает никто. Ни пользователи, ни государство.

- Соответственно, «суверенный Интернет» – это как «коммунизм», утопия? Клишас говорит, что вся аппаратура уже есть.

– Бояться этих инициатив нет никакого смысла. Это заведомо слабо работающая история. Но понимать, что платить за эти хотелки людей без компетенции будем мы с вами, нужно. Поймите, всё это оборудование оплатим мы. Тарифы будут расти. В законе чётко написано: «не потребует средств бюджета». То есть те деньги, которые можно тратить на увеличение пропускной способности Сети, пойдут на бессмысленное кипячение океана. В итоге операторы попадут в зависимость от разработчиков этих чудо-фильтров.

- Ну и не страшно. Враги же кругом. Перебьёмся и медленным Интернетом. Главное, чтобы безопасным.

– Нет никаких рисков. Я это полностью отметаю. Я всё-таки человек технический. Если у нас основа связи – модулированный электрический сигнал, то есть всего две неисправности. Обрыв и короткое замыкание. Точно так же и с информацией. Если вы хотите что-то спрятать, то вы должны информацию зашифровать так, чтобы другие люди потратили колоссальное количество времени и других ресурсов на дешифровку. Либо положить её в открытом виде, но в таком объёме, что эту каплю из моря будет не вычленить. Первый вариант  – всё отфильтровать, как в Китае, как говорит Луговой, «Форволом», и тогда каждый кусок информации должен быть так зашифрован, чтобы ничего не было понятно. Либо взять такое огромное количество информации, в котором ваша будет каплей в море. Убрать вообще коммуникацию между одним и другим обществом – это невозможно. Даже в СССР с его «железным занавесом» информация проникала и превращалась в сплетни, которые с достаточной степенью соответствия культивировались внутри общества. И сейчас будет ровно то же самое. Желание заглушить чужой сигнал – это борьба с мифами. Мифы победить нельзя. Они от этой борьбы только крепче становятся.

-  Роскомнадзор говорит, что 20 млрд на войну с Telegram ни у кого не просил, но продолжает улучшать системы блокировок, в том числе точечных, не только сайтов, но и приложений. Говорят, что это может потребоваться в «чрезвычайной ситуации». Вы какое ЧС ждёте, реально возможное?

– Я читал это интервью главы РКН Александра Жарова. На мой взгляд, он говорит ересь. Из его слов получается, что нажатием «волшебной кнопки» извне у нас будет отключен Интернет, что приведет к коллапсу всех систем. Да, такое вполне возможно. Не стоит забывать, что большое количество средств производства, вроде теплиц по выращиванию цветов или огурцов, современные станки управляются производителями, которые почти всегда сидят в другой стране. Все последние автомобили получают обновления из облачных сервисов. Ваши телефоны тоже. В случае серьёзных агрессивных действий мы можем получить вместо телефона неработающий кирпич, станки перестанут точить детали, а теплицы откроются зимой, и погибнет урожай. То же самое кондиционеры, которые управляются через облако, а их производитель сидит, допустим, в Японии. Это объективный набор угроз. Можно устроить банальную атаку на энергосистему страны, когда бытовые устройства одновременно включаются. Создаётся пиковая нагрузка. Но на самом деле такого рода угроз великое множество, чтобы воспринимать всерьёз возможность от них защититься. Чтобы обезопасить себя, вам придётся перейти к технологически натуральному хозяйству. И производить всё и вся исключительно на территории РФ. А с технологиями у нас далеко не так всё хорошо. Это невозможно. Чтобы это стало возможным, численность населения страны должна быть больше в разы. Хотя бы 350-400 млн человек. Макроэкономические эффекты наступают после этих цифр. Пока же мы говорим о регулировании тупикового характера. В мире тотальной интеграции отделиться не получится. В конце концов, мы живём на планете Земля. Это в первую очередь. И только во вторую идут такие свойства, как место, дата рождения, гражданство, национальность и прописка. Глобализм неизбежен. Как и расхождение внутри него людей по группам интересов. Понимаю, что многим этот двойной тренд удержать в одной голове тяжело, но в нём нет никаких противоречий. Две стороны одной монеты.

- Нынешнее регулирование про «третью сторону» этой монетки?

– Да. Оно, конечно, может иметь локальный эффект. Но он не будет ни экономическим, ни стратегическим. Это всё краткосрочные «патриотические» перспективы, которые долгосрочно приведут к серьёзным проблемам.

- Telegram снаружи обрушить не удалось. Вся надежда на подрыв изнутри?

– Я с самого начала вам говорил, что заблокироватьTelegram не получится. Сделать это можно только одним способом. Ввести запрет на установку приложения.

- Чтобы полицейский на улице имел право проверять содержимое твоего смартфона?

– Если утрировать, то да.

- Мы в эту сторону двигаемся? В 2019 году ждём таких новелл?

– Вот это меня и страшит. Это и пугает. Не исключаю, что дойдёт и до этого, потому что тренд на использование государством своего монопольного права на насилие очень активно набирает обороты в информационной сфере. И этот тренд чем дальше, тем больше находит своих сторонников. В принципе, не может не быть сторонников. Любая цифровая опричнина выгодна, по крайней мере, самим опричникам. Но тогда будет уже совсем не то общество, которое можно называть «свободным». Получится смесь архаики и цифровизации государства.

- Хорошо бы заранее понять, как будут выглядеть «цифровые казни» при «цифровой опричнине».

– Если без шуток, то это достаточно страшное явление. Уже на сегодняшний день потеря цифрового двойника равносильна изгнанию человека из общины несколько тысяч лет назад, когда изгнанный мог умереть с высокой долей вероятности. Здесь то же самое. Представьте, что в один момент вам запретят работать, занимать должности, добывать имущество, ограничат в средствах для существования. И это делается сейчас нажатием пары клавиш. Не так давно забирали ночью из дома. Теперь достаточно клавиатуры. И это не шутки на самом деле. Это фактическая альтернатива классическим наказаниям. И она уже работает.

- Тем не менее адепты того же Telegram и сам мессенджер готовят «контрнаступление». 50 жалоб в ЕСПЧ ждут своего часа. Это испортит планы «цифровых опричников»?

– Не думаю, что эти процессы помогут адептам неподконтрольного властям мессенджера. Но общественное внимание будет. И это хорошо. Быть может, это даст старт процессу диалога, когда все стороны начнут договариваться, приходить к консенсусу. Понятно, что в один момент всё, что напринимали за последние 2-3 года, не отменится. Ведь сам по себе Интернет не первичен. Первично общее политическое взаимодействие. Регуляторика Интернета – это уже проекция, которая наиболее чётко показывают ситуацию в целом.

– То есть призывы отменить «пакет Яровой» через Совет Европы пока бесполезны?

– А это я бы вообще не рассматривал всерьёз. Максимум, что это даст – внимание общества и переговоры разных сторон конфликта. Чтобы изменить ситуацию, нужно договариваться не внутри страны, а всем странам вместе. Ведь эта проблематика есть не только в России. Те же проблемы решают в Европе и Америке. 150 лет назад было три империи. Паспортов не было! Потом начались границы, колючая проволока, конфликты. Всё то же самое и сейчас. Только это ушло в Интернет. Разделение на удельные сетевые княжества – общемировой тренд. Просто в России он проходит более бурно и ярко.

- Спутникового Интернета, который не будет фильтровать и мониторить ФСБ, у нас не будет никогда? Ни в 2019 году, ни позже?

– С точки зрения здравого смысла, мониторить Интернет службами безопасности – это обязательное условие для любой страны. Спецслужбы должны иметь возможность вылавливать в Сети ту информацию, которая им нужна, с помощью специальных средств. Поиск преступников не может отменяться. Это защита и безопасность граждан, обычных людей. Как мы доверяем поддержание порядка полиции, точно так же и здесь.

- Есть проблемы с доверием к силовикам.

– Главная проблема у нас в том, что у нас всё идёт задом наперёд. Перекладывание ответственности на тех, кто к ней не приспособлен. Отсюда и возникает перегиб и перебор.

- Хорошо. Но про спутниковый Интернет с легкой руки ФСБ все равно забыли?

– Почему. Есть ведь пока ещё проект «Гонец». Но спутниковый Интернет – это не привычный нам дома широкополосный Интернет. Там узкие каналы связи. Его преимущество, что он доступен в любой точке Земли. Он позволяет ввести в обращение условный «цифровой рубль», который будет приниматься, где бы вы ни были. Плюс такая система позволяет обмениваться простой информацией. В такой ситуации наличные деньги становятся просто не нужны.

- Зачем же тогда это строить, если нельзя украсть деньги?

– Отсутствие коррупции в иерархической системе, да, невозможно. Но спутниковый Интернет всё равно нужен нашей системе, потому что он позволяет управлять народом более централизованно. Просто вы воспринимаете спутниковый Интернет как возможность плоскостной коммуникации граждан. У нас иначе, но выгоды спутникового Интернета власти вскоре оценят сами. У нас уже есть группировка необходимых спутников. Да, не такая совершенная, как у иностранцев. Но может их догнать. И конечно, мы можем делать это совместно с тем же OneWeb.

- Мобильные операторы отчитались о повышении тарифов из-за НДС. Когда отчитаются о повышении тарифов из-за «пакета Яровой»?

– Не думаю, что операторы вообще будут вслух говорить, что тарифы растут именно из-за требований норм по хранению всего трафика, из-за этого «пакета Яровой». Все операторы – российские юрлица, которые работают в тесном контакте с властями.

- Чирикать невыгодно?

– Не в их интересах, если только они не пойдут в жёсткую конфронтацию с правительством. В это я не верю. Признание, что тарифы растут из-за этих решений, – это острый открытый конфликт с властями. В 2019 году такая ситуация наступит навряд ли. То есть «официально» тарифы будут меняться из-за изменения курса доллара, изменений ключевой ставки и т. д. Но «пакет Яровой» совершенно точно будет увеличивать тарифы на связь уже в 2019 году. Оборудование закупается, устанавливается. По моей оценке, по итогам года будет плюс 10-15%.

- Валентина Матвиенко поддержала законопроект о запрете фейковых новостей. Там штрафы за публикацию «недостоверной» информации до миллиона рублей. Поддерживаем Валентину Матвиенко?

– Нет. Я отношусь к этому иначе. Запретить это невозможно. Это как запретить рассказывать анекдоты про Леонида Ильича Брежнева. Бессмысленная борьба. Не будет успеха. Правильнее обучать население тому, что в информационном мире всё нужно ставить под сомнение. Нет никакого источника информации, которому можно доверять на 100%.

- Если научить население мыслить критически, то оно ведь все источники так начнет читать и смотреть.

– Законы о фейковых новостях появляются там и тогда, где начинается фильтрация потоков информации, собранных в одних руках. В руках государства. Попытки выстраивания доверия к конкретным ресурсам при опорочивании других. И это тоже путь в никуда. Это про «против ветра». Да, люди в стране сегодня ещё очень верят в телевизор, но это краткосрочная перспектива. Потом проблем будет больше. И для страны, и для населения.

– Тем не менее на этом фоне Кремль «смягчил» ответственность за «репосты» по «экстремистской» 282 статье УК РФ. Скандалов с посадками станет меньше или больше?

– Должно стать меньше, но я не думаю, что мы заметим это в 2019 году. На фоне всех остальных законодательных инициатив, связанных с Интернетом, не получается выделить эту в некий ощутимый «позитив». Послабления, да, радуют. Но это не такая значительная либерализация, о которой мы говорили ещё 2 года назад, когда стало понятно, к чему приведёт борьба с экстремизмом в Сети. Мы уже тогда занимались этим, предупреждали и доносили свои прогнозы до первого лица. То, что он услышал нас хотя бы сейчас, – это позитивная новость.

- Вы его когда в следующий раз предупреждать пойдёте?

– Сомневаюсь, что лично я буду иметь возможность это сделать. Но есть Титов, и мы сейчас для него готовим «книгу жалоб и предложений». Всё, что мы с вами проговариваем сейчас, там появится. Вопрос не в том, чтобы разжевать проблематику каждого пункта. Всё, что мы обсуждаем, – это проекция политических проблем. Нельзя, меняя следствие, изменить причину и всю систему в целом. Моё сугубо личное понимание состоит в том, что решений первого лица недостаточно. Страна не в вакууме. Это планетарный вопрос. Но пытаться просвещать начальство мы будем продолжать.

- Вы считаете, что ещё не поздно что-то объяснять на этот счёт?

 

– Я верю в то, что на всё есть мода и время, когда приходит понимание. В своё время была Римская империя, достаточно централизованное жёсткое государство с зачатками демократии. Был парламент, который было бы полезно иметь нам. Но они верили во многих богов. С точки зрения технологий, у них не было арабских цифр. У них не было «ноля». И они не могли быть великими математиками. Новые религии рушили целые империи. Вера, которая пропагандировала как доблесть не насилие, а доброту и единого Бога, победила. Люди стали сомневаться в божественности цезаря. И здесь то же самое. Только это не про религию, а про информацию и взаимодействие с ней. Придёт момент, когда те мысли, которые пытаемся доносить мы, будут овладевать большинством граждан. Тогда и тренд изменится. И крепостничество имеет пользу. Быть барином приятно. Но всё общество в целом всё равно приходит к тому, что крепостное право нужно отменять. Чем раньше, тем выше технологии и уровень жизни. Всё просто.

- Аналитик Эльдар Муртазин сказал нам, что китайская гаджетовая экспансия неотвратима, и по итогам 2019 года китайцы выйдут на первое место и по деньгам, и по количеству проданных девайсов. Нам стоит опасаться китайцев? Их устройства отвергают в ЕС и Японии, а нам нечего бояться?

– Хороший вопрос. (Смеётся.) Не знаю, как и ответить. Правильнее было бы давать возможности создавать аналогичную продукцию российским предпринимателям. Стимулировать развитие своего производства. Но этим нужно заниматься. Регулярно, долго. Купить китайский гаджет проще. Он дешевле. Угрозой является всё, что не контролируется. Если китайское оборудование, маршрутизаторы, коммутаторы стоят на Сети, их гаджеты на руках россиян, мы можем сказать, что в случае напряженности с китайцами Интернет у вас работать перестанет, потому что коммутирующее оборудование перестанет функционировать, а гаджеты станут кирпичами. Эта возможность равновелика для любого иностранного оборудования. Это реальность сегодняшнего мира.

- Вы что со своей криптофермой на ЗИЛе делать теперь будете? Рухнуло же всё цифровое золото.

– Во-первых, наша фирма там занимается транзакционным поддержанием и работоспособностью Сети. Ничего особенного мы делать не будем. Как работали, так и будем дальше работать, производить оборудование. Поддерживать транзакции в сети Биткоин, и не только его. Будем продолжать разрабатывать новые устройства и чипы.

- То есть нынешняя деградация курсов криптовалют – временное явление?

– Курс крипты не имеет никакого значения. Всё, что произошло с криптовалютами в 2018 году, – уход спекулянтов. Крах Dot-com двадцать лет назад, когда огромное количество интернет-компаний потеряли не десятки, а сотни и тысячи процентов своей стоимости, не убил Интернет и сайты. Наступила трезвость. С тех пор интернет-компании фактически стали главными в мире. Amazon – компания номер один. На базе электронных коммуникаций строится весь бизнес. И с децентрализованными системами будет то же самое. Они изменяют социально-экономические отношения между хозяйствующими субъектами. Они однозначно выбрасывают посредников из цепочки добавленной стоимости. Это важнейший элемент.

- Пока посредники ликуют. В 2018 году криптовалюты они забили.

– Это только пока. Убить не могут. Дискредитация не означает смерть.

- То есть в 2019 году криптовалюты снова вырастут в цене?

– У криптовалют нет курсов. Если вы возьмёте биткоин, то это просто математическая функция. У функции не может быть курса. Есть изменение курса доллара по отношению к биткоину. Курс доллара вы изменить можете. Есть инструменты управления. Напечатайте их больше или изымите из обращения, и курс изменится. А с криптовалютами вы не можете никого заставить что-то изменить. Биткоин нельзя вбросить в обращение или изъять. Криптовалютный курс того же биткоина – это эмоция. Этот рынок слишком молод и не подготовлен. Поэтому и такие падения и взлёты. Конечно, держатели криптовалют имеют все шансы на успех. Просто не надо воспринимать этот финансовый инструмент как возможность быстрого и лёгкого заработка. Риски слишком высоки. А те же майнеры как зарабатывали, так и будут зарабатывать.

- Упрощаем донельзя. Я купил биткоинов в своё время на 10 000 рублей. Сейчас это в рублях 2 500. Когда я верну свои 10 000?

– В течение года точно вернёте.

- Почему же тогда власти передумали регулировать майнинг?

– Просто поняли, что майнинг не нуждается в регулировании в принципе. Это обычная законная компьютерная деятельность, которая не отличается по сути от любого другого цифрового сервиса вроде хостинга. И тут законодательством всё зарегулировано давно. Кроме того, у нас законодатели – популисты. Они всегда пытаются оседлать волну. Когда всё было высоко, то мысль про регулирование майнинга была позитивная с точки зрения «охранительного пиара». Как только это уходит в минус, никому уже не интересно регулировать отрицательные эффекты.

- То есть нет гарантий, что при следующем хайпе законодатель не вернётся к идее регулирования майнинга?

– Соглашусь. Отсутствие хайпа сегодня не гарантирует, что они не захотят порулить там в будущем.

- Какие основные события ждут Рунет в 2019 году? Что понятно уже сейчас?

– Ничего не жду, если честно. Никаких событий. Отделить хорошее событие от плохого уже просто невозможно. Мне бы хотелось нормализации отношений между странами. Миру – мир. Всё остальное подтянется. Тогда все эти законодательные проекции как защитные реакции будут просто не нужны.

Николай Нелюбин, специально для «Фонтанки.ру»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор