18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
Введите цифры с изображения:
22:50 17.11.2018
Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

«Шито-крыто»: По реке плывет топор

В Al Gallery открылась выставка московской художницы Марии Арендт «Шито-крыто» – приличные иллюстрации к неприличным стишкам. Тут можно просто похихикать, а можно и пуститься в культурологические размышления.

«Шито-крыто»: По реке плывет топор

В Al Gallery открылась выставка московской художницы Марии Арендт «Шито-крыто» – приличные иллюстрации к неприличным стишкам. Тут можно просто похихикать, а можно и пуститься в культурологические размышления.

По реке плывет топор. Тот самый, из села Чугуева. Железяка, никому не нужная, – пусть себе плывет с миром. Художник честно изображает тихую среднерусскую речку, рассекающий водную гладь топор и пристань с надписью «с. Чугуево» на горизонте. Идиллический пейзаж, не правда ли? Солнце светит, птички поют, волны катятся, железяка плывет. Чем не иллюстрация для учебника «Родная речь» – тем более, частушка про топор пришла как раз из сердцевины этой самой речи. И каждый с детства знает полный матерный текст частушки про топор из Чугуева, так что в приличном обществе достаточно процитировать хотя бы первую – пристойную – пару строчек, а окончание все уже сами додумают, переглядываясь и хихикая.



Именно так поступает москвичка Мария Арендт. На первый взгляд она занимается тишайшим дамским рукоделием: ее произведения – вышивки. И сюжеты вышивок вполне благопристойны – тут пейзажик, там натюрмортик, сям жанровая сценка. К каждой вышитой тряпочке прилагается этикеточка, на ней – две строчки. Вот, например, на тряпочке схематично, но весьма точно вышита консервная баночка. Баночка вскрыта, внутри видны консервированные рыбешки, надпись на баночке подтверждает: «Килька в томатном соусе». Ну и на этикеточке написано: «Килька плавает в томате, / Ей в томате хорошо». Однако этикетку под вышитой картиной можно перевернуть – и на обратной стороне прочесть недостающие две строчки, экспрессивно повествующие, как автор частушки не смог найти своего места в жизни.



«Я не знаю, как у вас, / А у нас в Италии…» – доверительно начинает этикетка под соседней вышивкой. На самой вышивке нельзя не узнать Италию: венецианский пейзаж с Дворцом дожей, гондолой и силуэтом собора Святого Марка напоминает туристическую открытку. И что же там у них в Италии? Переворачиваем этикетку: «Все мужчины вместо *** / Носят гениталии». Так на всех экспонатах: одна сторона этикетки совершенно невинная, на второй – «соленое» продолжение. Вот изображение мечети с подписью: «До свиданья, дорогая, / Уезжаю в Азию». А еще на столе стоит стакан, а в стакане лилия. Баба говорит деду: «Я в Америку поеду!» Девки спорят на даче. Тещин дом. По реке плывет топор. Ничего особенного.



Вся игра у Арендт построена именно на этом «Ничего особенного». На картинке – натюрморт или бытовая сценка, пристойные и даже скучноватые. Остальное происходит в голове зрителя: он сразу догадывается, о чем беседуют эти три юные дамы на веранде сельского дома, то есть о чем девки спорили на даче, – и не может сдержать смеха. Место, в которое целится своими задорными стрелами художница, – это место между: между изображенным и подразумеваемым, между чопорной упаковкой и взрывоопасным содержанием, между серьезностью и неприличным весельем, между тем, что сказано, и тем, о чем все и так догадываются, только при женщинах и детях не говорят. Мария Арендт, между тем, женщина, а по умению хохотать над всем известными вещами и выносить на свет божий то, что туда выносить не положено, – сущее дитя. Эта женщина-дитя справляется с неподобающими темами лучше, чем взрослые солидные дядьки, – и с бо́льшим юмором, и с бо́льшей легкостью. Хотя, может, в этом и заключается взрослость: в умении не только отринуть табу, но и показать всю их условность, посмеяться над ними и над собой. А женственность – в умении облечь свою взрослость в более чем изящную, обманчиво благовидную форму девичьего рукоделия.



Но обманчиво пристойные вышивки Арендт – не просто шутовство и сделаны не только для хохмы (хотя, конечно, зрители ходят по тесному залу Al Gallery с улыбками до ушей). Проект «Шито-крыто» приглашает, отсмеявшись, поразмышлять, как высокое и низкое в искусстве и жизни беспрестанно дополняют друг друга. Как внутри любой культуры изысканная рафинированность неизбежно соседствует с цирковыми, юродскими, балаганными практиками – и была бы невозможна без них. Как даже самый «нижепоясной» материал на деле является таким же культурным достоянием, как шедевры живописи и поэзии, – и даже в чем-то превосходит их, хотя бы потому что заставляет нас смеяться. А главное – что по-честному воспринимать культуру невозможно, не признав и эту анекдотично-частушечную ее сторону. В конце концов, даже под самым строгим деловым костюмом мы все совершенно неприлично голые.

Анна Матвеева,
«Фонтанка.ру»

Фото: Al Gallery.

О других любопытных петербургских экспозициях читайте в рубрике «Выставки»

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор