Бюджетный парадокс Петербурга: зарплаты вверх, прибыль вниз

Прочитав свежий доклад Петростата за январь–март 2026 года «по диагонали», можно увидеть картину стрессоустойчивой и развивающейся городской экономики. Розничная торговля выросла на 7%, общепит прибавил 17%, промышленность в плюсе, а средняя номинальная зарплата в городе почти достигла 125 тысяч рублей, увеличившись за год на добрых 12%. Но внимательное чтение того же доклада, особенно если положить рядом данные Федеральной налоговой службы (форма 1-НМ), заставляет задуматься о судьбе городского бюджета.

Главный вопрос, на который нам предстоит ответить: сможет ли администрация сбалансировать бюджет, если его ключевой доходный источник иссякает и на повестку дня вот-вот выйдет страшное слово «секвестр»?

Налоговая статистика за январь–март 2026 года отражает фундаментальный дисбаланс. Консолидированный бюджет Санкт-Петербурга собрал 265,2 млрд рублей налоговых и неналоговых доходов. Это всего на 1,7% больше, чем в аналогичном периоде прошлого года. При зафиксированной Петростатом инфляции в 5,5% это означает не рост, а ощутимое реальное падение ресурсов, которыми располагает город.

Вся конструкция держится буквально на одной опоре — налоге на доходы физических лиц (НДФЛ). Благодаря растущим зарплатам, а также, судя по всему, прогрессивной шкале, поступления НДФЛ выросли на 15,9% и достигли 122,6 млрд рублей. Этот налог сформировал почти половину всех доходов казны, превратившись из просто важного источника в безальтернативный.

При ближайшем рассмотрении, однако, видна его уязвимость: весомая часть поступлений обеспечивается повышенными ставками для доходов свыше 2,4 и 5 млн рублей в год. По данным ФНС, только по коду «182 1 01 02080 01» (налог с части базы свыше 2,4 млн руб. и до 5 млн руб.) за квартал поступило 2,6 млрд рублей, а с еще более высоких доходов — суммы сопоставимого порядка.

Это деньги менеджеров, айтишников, высокооплачиваемых специалистов. Замедление в секторах с такими зарплатами — от финансов до ИТ — немедленно вычтет эти поступления из бюджета.

Но как только мы переводим взгляд на вторую несущую балку — налог на прибыль организаций, — конструкция начинает скрипеть. Поступления сократились на 16,8%, сжавшись до 91,1 млрд рублей с прошлогодних 109,4 млрд. Если НДФЛ дал казне плюс 16,6 млрд рублей по сравнению с первым кварталом 2025 года, то налог на прибыль, напротив, отнял 18,3 млрд рублей. Фактически весь выигрыш от роста зарплат был съеден падением прибыли компаний.

Это падение не случайно. Оно является прямым отражением ухудшения финансового состояния реального сектора. По данным того же Петростата, сальдированный финансовый результат крупных и средних предприятий города за январь–февраль сократился почти вдвое (–48,5%). Треть организаций стали убыточными.

Самый глубокий провал дала оптовая и розничная торговля — сектор, который еще в прошлом году генерировал треть всей прибыли в городе. В январе–феврале 2026 года прибыль прибыльных организаций здесь уменьшилась на 64,2%, а сальдированный результат упал на 66,7%, до 114,9 млрд рублей против 344,7 млрд годом ранее. Это неизбежно отразилось на поступлениях налога на прибыль уже в первом квартале, и, скорее всего, продолжит давить на них в ближайшие месяцы.

Знаковый провал и в транспортировке и хранении (прибыль упала на 60,5%). Это тревожный сигнал для портовой и логистической экономики Петербурга, традиционно считавшейся надежным донором казны.

Лишь энергетики чувствуют себя уверенно: в обеспечении электроэнергией и газом сальдированный результат вырос на 36%. Но этого явно недостаточно, чтобы перекрыть падение в других секторах.

Таким образом, бизнес перестал генерировать тот ресурс, на который город привык рассчитывать. Налог на прибыль, традиционно второй по значимости для Петербурга, превращается в слабое звено. И компенсировать его скромным ростом имущественных налогов (+19%) и акцизов просто невозможно.

Отдельная головная боль — строительный сектор. Объем работ сократился на 10%, а ввод жилья и вовсе обвалился на 83,8%. В первом квартале в городе было введено всего 113,9 тыс. кв. м жилья против 703,6 тыс. кв. м годом ранее. В эксплуатацию сдано лишь 4 многоквартирных дома — против десятков в прежние годы. Фактически строительная отрасль города замерла.

Это не просто цифры «к уровню прошлого года». Это означает сжатие налоговой базы по налогу на прибыль застройщиков и подрядчиков, снижение НДФЛ с занятых в отрасли и смежников, а также падение поступлений от земельного налога и аренды в среднесрочной перспективе. Строительный комплекс, традиционно разгонявший экономику города, сейчас снижает оброты, и это неизбежно отразится на доходной части бюджета во втором-третьем кварталах.

Пока доходы растут на символические 1,7%, расходные обязательства города неумолимо ползут вверх. Индексация социальных выплат привязана к прожиточному минимуму, который на 2026 год установлен в размере 20 644 рублей, что на 6,8% выше прошлогоднего. Добавим сюда индексацию зарплат бюджетников, расходы на дорожающие коммунальные услуги и обслуживание городского хозяйства в условиях инфляции. Логика проста: доходы растут «на копейки», а обязательства — на проценты, кратные инфляции.

По данным комитета финансов, по итогам 2025 года городской бюджет уже был сведен с дефицитом в 66 млрд рублей. При этом расходы консолидированного бюджета в 2025 году выросли на 5,4% — до 1,478 трлн рублей, а доходы лишь на 4,7% — до 1,413 трлн рублей. В текущем году при росте доходов на 1,7% и неизбежном увеличении расходов как минимум на уровень инфляции (5,5%) этот разрыв может стать еще более драматичным. Если динамика не изменится, дефицит может превысить 100 млрд рублей.

Дополнительный штрих — «демография организаций». За первый квартал 2026 года в Петербурге было зарегистрировано 2,6 тыс. новых организаций, а официально ликвидировано — 3,4 тыс. Коэффициент официальной ликвидации составил 16,6 на 1 000 организаций против 12,7 по регистрации. Это продолжение тенденции прошлого года, когда число учтенных хозяйствующих субъектов сократилось на 1,8%. Бизнес-популяция сжимается, и это неизбежно сужает налоговую базу.

В этой неустойчивой ситуации администрации, скорее всего, придется делать непростой выбор: либо урезать программу расходов (что еще сильнее ударит по компаниям, завязанным на «бюджетный заказ» и их поставщикам), либо наращивать долг, стоимость обслуживания которого сейчас высока.

Пока сохраняющийся потребительский спрос, подогреваемый ростом номинальных зарплат, в сочетании с оптимистическими настроениями людей, создает ощущение экономического благополучия. Но для городского бюджета, зависящего от прибыли компаний, ситуация выглядит как «жизнь в долг у собственного населения». Вопрос в том, как долго сами граждане смогут позволять себе рост потребления (и финансирования бюджетных расходов), если инвестиционная активность бизнеса продолжит падать, а вместе с ней — и возможности для увеличения доходов в будущем.