18+
Проекты
Фото JPG / GIF, до 15 мегабайт.
Я принимаю все условия Пользовательского соглашения
19:36 25.03.2019

Не делить страждущих по возрасту и степени симпатичности

Найти помощь человеку в возрасте от 18 до 55 лет в России очень сложно. Как это изменить? У нас охотно помогают детям. Но взрослые люди, попавшие в беду – болезнь, авария, кризисная ситуация и т.д., нередко оказываются абсолютно одиноки. Многие стесняются просить, многие даже на государство не надеются. Помогать взрослым? Насколько наше общество готово к этому.

Не делить страждущих по возрасту и степени симпатичности

Проект "Добро Mail.Ru" в партнерстве с Фондом «Общественное Мнение» (ФОМ) в течение 2015 года провел на эту тему репрезентативный телефонный опрос населения России (всего в выборку вошло 533 респондента). Полученные данные были дополнены результатами работы онлайн-фокус-групп (с людьми, попавшими в сложную жизненную ситуацию; с теми, кто помогал детям и пожилым людям; и с теми, кто вообще не имеет опыта помощи кому бы то ни было).

Два из 533-х

Картина получилась следующая. Каждый третий россиянин готов помочь детям в будущем. А вот возможность оказать помощь исключительно взрослому человеку допустили лишь 2 респондента из 533-х. Даже те, кто имеет опыт помощи взрослым, отвечая на вопрос о потенциальных адресатах помощи, чаще выбирали детей (24% из них помогли бы детям, и лишь 1% — взрослым).

Большинство (63%) респондентов считают, что помогать незнакомым тяжелобольным взрослым в России принято, однако каждый пятый (22%) убежден, что это не так.

В целом, по мнению респондентов, помощь, на которую может рассчитывать взрослый человек, зависит от того, в каком социальном окружении он находится, и от усилий, которые он может и готов прилагать для поиска. Некоторые участники отмечают, что начать искать помощь и обращаться с просьбами о ней тяжело психологически, так как благотворительность в России пока не является нормой.

«Мне было очень сложно переступить через себя и попросить помощи и, честно говоря, не верила, что получится купить лекарство с помощью фондов или сетей… Но я была очень удивлена, когда мне стали помогать совершенно незнакомые люди. С некоторыми я познакомилась, другие пишут письма, интересуются, как дела, предлагают помощь, сдавали кровь, помогают материально», – говорила одна из опрошенных, которой самой требовалась помощь.

Охотнее всего россияне готовы помогать в том случае, если получили информацию от близких людей, из СМИ, от соседей или из соцсетей. На степень доверия к разным источникам влияют возраст и личный опыт человека: приходилось ли ему бывать в трудной ситуации или помогать раньше.

В ходе исследования выяснилось, что для россиян важны не только возраст нуждающегося и близость знакомства с ним. Имеет значение и то, откуда они узнали о необходимости помочь. Так, каждый второй готов оказать помощь, получив информацию от родственников или друзей, каждый третий – из СМИ, каждый пятый – от соседей и лишь каждый 11-й – от благотворительного фонда.

Примечательно, что почти каждый пятый респондент в возрасте до 30 лет помог бы, узнав о проблеме из социальных сетей, в то время как у людей старшего возраста (от 45 лет) доверия к этому источнику информации значительно меньше.

Однако люди отмечают, что в некоторых ситуациях от государства все-таки можно получить помощь. Правда, зачастую для этого необходимо иметь связи. В первую очередь от государства люди ждут качественной медицинской помощи.

Возможно, именно недоверием к государству как гаранту защищенности объясняется тот факт, что лишь 7% респондентов, попадавших в сложную жизненную ситуацию, обращались за помощью в государственные учреждения. Получили помощь при этом еще меньше – 3%.

Незащищенность со стороны государства особенно остро воспринимается на фоне недостаточной информированности о том, кто и когда может обратиться в благотворительные фонды. Когда помощи родных и друзей уже не хватает, люди чувствуют себя покинутыми. А ведь именно благотворительные фонды во многих случаях могут оказаться самыми эффективными помощниками в трудной ситуации.

Полный текст исследования опубликован здесь.

Придать жизни «дополнительную ценность»

На вопросы корреспондента Фонтанки ответила Александра Бабкина, руководитель проекта Добро Mail.Ru, Mail.Ru Group.

- Александра, скажите, на ваш взгляд, почему наши люди стесняются просить и обращаться за помощью – для себя?

– Существует так называемый стереотип беспомощности, представление о том, что ребенок беззащитен (хотя часто речь идет о помощи детям, у которых есть родители), пожилой человек тоже не может помочь себе сам, а мы относимся к пожилым людям с большим уважением. Взрослый же человек – даже в случае тяжелой болезни и инвалидности – должен помочь себе сам.

Кроме того, существует стереотип о том, что взрослому обращаться за помощью – стыдно. С этим связано и то, что даже те, кто вовлечен в благотворительность, не могут просить для себя и с трудом просят о помощи для близких. Обратиться за помощью – значит признать свою слабость, а социально одобряемый статус – статус сильного успешного человека.

Помогать и детям, и пожилым людям крайне важно, однако нам бы хотелось, чтобы и взрослый человек, который тяжело заболел, мог найти помощь и поддержку.

- В чем проблема, на ваш взгляд, тех СМИ, которые пытаются писать о помощи взрослым – как надо, чтобы убедить? А то мы все время оправдываемся – «ну помогите, он же герой» или «у нее же дети».

– СМИ, которые пишут о помощи взрослым крайне мало, поэтому очень важно, чтобы информации о помощи взрослым в принципе стало больше. Жанры просьбы о помощи ребенку и взрослому тоже, конечно, отличаются.

Действительно, на сегодняшний день чтобы помочь взрослому, надо придать его жизни «дополнительную ценность» – он кого-то спас, он талантливый. Еще просьбу о помощи взрослому помогает рассказ о его маленьких детях, пожилых родителях – людях, которые зависят от него. Но что, если этот взрослый самый обыкновенный? Что если он нем герой и не талантливый, а семьей обзавестись еще не успел?

Со взрослым, безусловно, надо познакомить. А еще – дать ему слово, помочь ему обратиться за помощью, сделать так, чтобы его голос был услышан. Стараться взывать не столько к жалости и сочувствию, сколько донести до читателя мысль о том, как важно помочь такому же человеку, как ты сам – только заболевшему.

- И еще – каковы тенденции, как меняется ситуация помощи взрослым, по вашему мнению?

– Исследование вызвало определенный резонанс и впустило тему помощи взрослым в информационное поле тех людей, кто раньше не задумывался об этом. Только на Добре Mail.Ru после публикации исследования пользователи помогли Игорю и Зуле оплатить поиск донора костного мозга, Кириллу, который ждет реабилитации после инсульта.

Надеюсь, что скоро сможем помочь Насте купить необходимые лекарства, которые помогут ей дышать и жить, преодолевая особенности муковисцидоза. Очень ждет помощи молодая художница Алсу.

Поскольку мы уже давно поняли, насколько сложно собираются средства для взрослых, мы очень активно искали язык и стиль историй, которые находили бы отклик у нашей аудитории, активно продвигали такие проекты. Поэтому в 2015 году наши пользователи помогали взрослым в три раза активнее, чем в 2014 году.

Но, в общем и целом – найти помощь человеку в возрасте от 18 до 55 лет в России очень сложно. Хотя бы потому, что люди практически не представляют себе, по какому маршруту двигаться в случае, если необходима помощь. Поэтому и о работе фондов, которые помогают взрослым, обязательно надо рассказывать. Чем больше мы говорим о том, что проблема помощи взрослым существуют, тем больше шансов, что ситуация изменится.

- Сколько примерно готовы жертвовать люди?

– Большинство людей до сих пор находятся в плену стереотипа о том, что помогать могут только богатые люди, и только пожертвование большого размера имеет смысл. Но на самом деле суммы, которые могут изменить жизнь человека, спасти его часто складываются из множества пожертвований. Вот пример – Инге, подопечной Фонда борьбы с лейкемией на Добре помогли 847 человек. При этом пожертвования были и 5 рублей, и 25, и 100, и 5 тысяч. Но все вместе мы помогли!

На Добре Mail.ru пользователи могут перевести даже два рубля – и видеть, как меняется жизнь человека, как постепенно собирается необходимая сумма, читать новости подопечного фонда, а по завершении проекта – увидеть финансовый отчет.

Cамое лучшее и в то же время очень простое – это настроить регулярное удобное именно вам пожертвование в пользу фонда, потому что это помогает фонду помогать срочно и большему числу нуждающихся. У нас на Добре можно не только настроить регулярный платеж, но и выбрать собственный День Добра – дату, которая вам удобна для списания регулярного пожертвования. Я настроила несколько автоплатежей и точно знаю, что мое пожертвование всегда придет в фонд как раз вовремя.

«Мы просто очень долго были отлучены от благотворительности»

Напомним, в Петербурге совсем недавно начал работу новый благотворительный фонд «Долго и счастливо», который помогает исключительно пожилым людям. Наталья Шведовченко, одна из руководительниц фонда, комментирует, почему у нас помощь взрослым еще не столь распространена:

– Почему у нас еще не привыкли широко помогать взрослым? Считается, что они или сами могут помочь себе, или это должны делать дети, внуки, друзья. Сложно объяснить, что детей может не быть, а возможности друзей исчерпаны. Или что помогать взрослым должно только государство. Или бывает, что люди готовы помогать делами. Например, помыть окна пожилому человеку. Им кажется, что это важнее, чем собрать ему деньги на слуховой аппарат. Идея о том, что старикам нужно дополнительное внимание уже прижилась, а то, что нужны еще и средства на лечение – еще не всегда.

Петербургский фонд AdVita («Ради жизни») помогает заболевшим раком взрослым и детям. «Фонтанка» попросила координатора программ фонда Елену Грачеву прокомментировать ситуацию с благотворительной помощью взрослым в России:

– Как ни грустен сейчас наш благотворительный пейзаж, я прекрасно помню времена, когда никакого пейзажа не было вообще: лет десять назад все благотворительные фонды можно было пересчитать по пальцам. Сейчас благотворительность везде: в больницах, тюрьмах, детских домах, домах престарелых, музеях, библиотеках. Это какое-то новое земское движение: люди поняли, что ждать нечего, надо делать самим. Как только куда-то приходит неравнодушный человек, от него начинают расходиться круги по воде.

Появилась группа «Доноры – детям», встретились волонтеры и Чулпан Хаматова – все узнали, что у детей тоже бывает рак и, если будут деньги, их можно вылечить. Сейчас фондов, которые помогают детям, больным раком, в России сотни.

Появилась Елизавета Олескина и ее фонд «Старость в радость» – все узнали, что в домах престарелых нужны памперсы, сиделки, нужен ремонт и далее по списку. Усилиями Лизы и ее команды простая мысль – оставить лежачих стариков без памперсов в ободранных сараях – это позор, – вызвала рост и фонда «Старость в радость», и самой этой темы в благотворительности и СМИ.

Появилась «Ночлежка» – и отношение к бездомным в обществе начало меняться, а ведь раньше была только брезгливость. И так далее, и тому подобное.

AdVita всегда помогала взрослым, с самого начала. НИИ ДОГиТ им. Горбачевой (поначалу это была кафедра трансплантации костного мозга Первого Медицинского) – одна из двух клиник в стране, где делают неродственные трансплантации костного мозга взрослым, и делают в три раза больше, чем в Москве. Для взрослых онкологических больных со всей России, которым показана такая трансплантация, эта больница – единственный шанс на жизнь. И куда им идти, чтобы помогли заплатить за поиск донора (государство не платит), за лекарства, за обследования? Идут к нам, деваться некуда. Взрослых среди подопечных фонда до 70%.

Это почти всегда трудные сборы. Хотя бывают совершенно выдающиеся исключения. Недавно директор фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская обратилась в соцсетях с просьбой о помощи, заболела их сотрудница. Полтора миллиона рублей были собраны за три дня!

Но далеко не у всех есть команда поддержки, которая может организовать такой сбор. Поэтому для фонда AdVita это одна из самых важных задач: в рассылках, в обращениях, сюжетах в СМИ рассказывать, что взрослые тоже люди, что они чьи-то дети и чьи-то родители, что, помогая взрослым, мы спасаем мамочку для ее детей или кормильца для всей семьи. И ситуация медленно, но меняется.

За четырнадцать лет работы мы обросли сторонниками и сочувственниками, которые тоже считают, что человек имеет право на жизнь независимо от возраста, национальности, пола, профессии, наличия или отсутствия вредных привычек и чего бы то ни было еще. Сейчас все чаще и чаще наши жертвователи (и юридические в том числе) говорят: «Отдайте самому срочному», или «самому нуждающемуся», или «тому, кому никто не жертвует», или «тому, кому считаете нужным». Это не только рост доверия, это рост именно понимания: по-человечески нужно так, все под Богом ходим.

Мы просто очень долго были отлучены от благотворительности, ничего удивительного, что нужно время, чтобы она созрела и выросла. И она растет – там, где еще вчера была выжженная пустыня, сегодня кто-то что-то делает! Волонтеры сажают леса, убирают мусор, учат детей мигрантов, помогают бездомным, тушат пожары, спасают зверей от садистов, ищут потерявшихся людей, дежурят на горячих линиях для подростков, создают приюты для женщин, переживших насилие, – и т.д. и т.п.

То, что сейчас взрослым от 18 до 55 лет помогают три с половиной фонда, – плохо, но это будет меняться и уже меняется. Мы уже учимся и научимся не делить страждущих по степени симпатичности. Просто нужно время. Жаль только, что у наших подопечных его нет.

Подготовила Галина Артеменко

Наши партнёры

СМИ2

Lentainform

Загрузка...

24СМИ. Агрегатор