Громкий спор волонтеров с военкором закончился в Петербурге. Порочащего в суде прозвучало куда больше

Год понадобился суду, чтобы разобраться с иском о защите чести и достоинства от сестер Корниенко к блогеру Роману Сапонькову. Со стороны кажется, что это больше, чем просто проигрыш.

В коридоре суда рядом с кабинетом судьи Натальи Карпенковой перед слушанием по иску «КатиВали» было привычно многолюдно, но в толпе явно не хватало двух фигур адвокатов сестер Корниенко. Две девушки из разведполка Эрнеста и Гудвина, которые давали показания в прошлый раз, пришли и в этот. В том числе уточнить свои данные. Одна из них сообщила суду, что военнослужащей уже не является, она покинула фронт с истечением контракта — все же бывает и так. Обе свидетельницы тепло приветствовали третьего. После объятий у мужчины в камуфляже спросили, кто это ему выдал новую форму. «Когда мне кто что выдавал, я сам купил», — ответил свежеодетый мужчина.

Попавший под суд пост был опубликован в канале Сапонькова в сентябре 2024 года. Это видеообращение бойцов под позывными Эрнест и Гудвин, которое должно было быть обнародовано в случае их смерти — что и произошло. Речь шла о нарушениях в их полку, за интерес к которым их якобы отправляют на верную смерть. Под конец, практически впроброс, авторы передали «отдельный комплимент» телеграм-каналу «КатяВаля», среди авторов которого супруга командира их полка, — якобы через волонтеров им поставили восстановленные беспилотники, а не новые, на которые шел сбор денег.

Смерть Эрнеста и Гудвина, а также последовавшая публикация их видео спровоцировали резонанс, который потребовал вмешательства министра обороны Андрея Белоусова. Результатом проверки делился вхожий в кабинеты на Знаменке военкор Александр Коц: злого умысла в отправке бойцов на их последний штурм комиссия не установила, но ситуация в подразделении в целом потребовала кадровых перемен.

Неявившихся истцов ждали минут 20. Все это время адвокат Сапонькова Алексей Калугин, с каждым разом все задорнее, возвращался к теме об отказе от иска в качестве объяснения неявки. На рассуждения группа поддержки реагировала с досадой — тогда они приехали зря.

Но все же не зря. Никакого отказа суд от истцов не получал, никаких разъяснений о своем местоположении тоже — адвокаты просто молча не пришли, хотя до сих пор являлись на каждое заседание и стояли на изначально заявленной позиции о том, как Сапоньковым были задеты и честь, и достоинство и Кати, и Вали (сами Корниенко не приезжали на процесс ни разу). Гражданский кодекс это позволяет, так что продолжили и закончили без них.

Позиция изначально была достаточно шаткой, и окончательно из-под нее выбил условную табуретку лингвист Игорь Жарков, который по запросу стороны ответчика подготовил заключение. Оно стало в деле вторым — истцы тоже обращались к специалистам. Примечательно, что автор первой экспертизы ссылалась на устаревшие методические рекомендации, а новые, последние и утвержденные Роскомнадзором, писал собственно Жарков. Ругать коллегу он не стал и отметил, что она на поставленные вопросы отвечала корректно, просто ее спрашивали не совсем о том.

Жарков согласился, что в ролике Эрнеста и Гудвина в адрес Корниенко действительно звучат обвинения — «КатяВаля» поставили восстановленные «мавики» под видом новых. Однако слова сказаны не Сапоньковым. Военкор в качестве факта, с точки зрения специалиста, указал лишь одно — Эрнест и Гудвин обвиняют Корниенко. Факт этот полностью соответствует действительности. По сути единственное, что Сапоньков добавил от себя лично, это приглашение девушек к дискуссии, которую, иронизировал эксперт, они предпочли устроить в суде. Само по себе приглашение, согласно выводам Жаркова, выражает сомнение, а сомнение — это разновидность мнения. Мнение в процессах по защите чести предметом спора не является — да и вообще ни в каких процессах.

Как будто бы этого должно быть достаточно, но сторона ответчика пошла еще дальше и решила доказать, что факты, о которых говорили Эрнест и Гудвин, все же правда. Для этого и были приглашены свидетели. Две девушки, операторы разведывательных БПЛА, на предыдущем заседании рассказывали об обстановке в полку. О том, как новый командир Пузик объявил запрет на гуманитарную помощь от кого-либо, кроме Кати и Вали, и о том, как часть поставленных ими беспилотников оказались не полностью рабочими. Вывод, что они восстановлены, а не с заводским браком, они делали на основании собственного опыта.

Примерно такими же показаниями на нынешнем заседании дополнил картину еще один оператор — молодой человек, на вид, дай бог, лет двадцати, худощавый, больше похожий на студента филфака и будущего коллегу лингвиста Жаркова, чем на ветерана СВО. Он и выражался достаточно красноречиво — на канале «КатиВали» было так много подписчиков, что операторы даже понадеялись на большую поставку дронов. Мало того что надежды не оправдались, так еще и с помощью нескольких БПЛА от «КатиВали» выполнять поставленные задачи оказалось просто невозможно.

Второй свидетель, тот, что в новой форме и с тремя медалями, рассказал суду, что в Донбассе с 2014 года. Корниенко знает столько же. Раньше они состояли в одном волонтерском движении еще под именем ныне опального Стрелкова-Гиркина. Свидетель утверждает, что и 12 лет назад вокруг деятельности Корниенко были некие дрязги, из-за которых сестрам в итоге пришлось чуть ли не бежать с посылаемыми вдогонку обвинениями в мошенничестве.

Что же до дронов, то свидетель тоже имеет опыт разведчика и взаимодействия с «птицами». «Я видел прекрасно, что они восстановленные», — уверяет мужчина. Он также добавил, что именно в его полк пришли и не вернулись Эрнест и Гудвин, когда Пузик послал их на штурм. «Они не были достаточно подготовлены и защищены», — сказал свидетель.

Пока еще истцы ходили в суд, с их стороны тоже появлялись фронтовики. Допросить их, видимо, не суждено, но из коридорных разговоров было понятно, что они получали от Корниенко гуманитарную помощь, безмерно благодарны и никаких замечаний не имеют.

Суд отказал волонтеркам в иске. Катя с Валей продолжают сборы. На днях «впервые за два года» попросил у подписчиков денег на СВО и Роман Сапоньков.