«Ужасная трагедия» или «нет серьезной утраты». Что происходит у особняка Миллера после пожара

Особняк Миллера на Исаакиевской выгорел, а вместе с огнем несколько улеглись и эмоции. Что происходит вокруг пепелища и что говорят горожане и власти — собрала «Фонтанка».

Пожарные всю ночь работали на месте происшествия, проливали сам расселенный особняк (Якубовича, 2Б) и примыкающий к нему жилой дом (Якубовича, 2А).

Как рассказал глава Центрального района Дмитрий Вакушин, всего были эвакуированы в пункт временного размещения 12 человек. Двое — из дома 2 по улице Якубовича: напомним, у него занялась кровля от соседнего особняка. В нем расположены гостиница и апартаменты, хозяйка которых рассказала «Фонтанке» о большом уроне: «Там всё течёт, потолки натяжные пообваливались, стены мокрые. Просто идёшь и хлюпаешь, мебель начала разрушаться. Естественно, весь текстиль в воде. Да, огонь до нас не дошёл, но запах. И из-за того, что проливали, вода до сих пор капает просто из разных мест».

Еще десять человек выводили из дома № 5 по Исаакиевской площади. Как рассказал вице-губернатор Валерий Москаленко, там есть протечки в местах общего пользования, но квартиры это не затронуло, так что никого в итоге не отселяли. Впрочем, позже Смольный выпустил релиз, где заявил, что именно 12 жильцов дома 5 по Исаакиевской площади провели ночь в пункте временного размещения, остальные не воспользовались этой возможностью.

Пострадавшим собираются выплатить средства социальной поддержки — этот вопрос прорабатывает комитет по социальной политике, чиновники выясняют статус жителей.

Российский институт истории искусств, который размещается в доме № 5 по Исаакиевской площади, и его ценнейшие рукописи — не пострадали. Хотя его сотрудники весь вечер провели в страхе за сохранность документов.

Сам угловой особняк Миллера выгорел изнутри дотла. Выглядело это все драматично, петербуржцы в соцсетях делятся комментариями вроде «Ужасная трагедия для российского народа терять такое историческое наследие» или «До слез больно видеть то, что когда-то было частью твоей жизни. Очень горько. Очень больно. Береги себя, мой Петербург».

Кто-то и вовсе предлагает скинуться на восстановление памятника.

Председатель КГИОП Алексей Михайлов назвал пожар печальным событием, но подчеркнул, что комплексной внутренней отделки в особняке давно не было, ее утратили еще в советское время. Поэтому «серьезной утраты именно интерьеров исторических не произошло». Все съемные элементы там сняли и вывезли для реставрации, остальное — планируют восстановить за счет сделанных обмеров и слепков.

Днем 2 октября с заявлением выступил губернатор Александр Беглов: «Имеющиеся в распоряжении города документы — данные фотофиксации, обмеры, архивные материалы — позволяют восстановить здание после пожара в первозданном виде». Он подчеркнул, что разрешение на проведение реставрации на объекте выдано до конца 2028 года и менять указанный срок ни город, ни собственник не планируют.

Представители инвестора также рассказали «Фонтанке», что не ожидают переноса сроков. Но здесь надо уточнять, о каких сроках речь. Разрешение и правда выдано до конца 2028-го, но работы, согласно информационному щиту, собирались закончить к августу 2027-го.

Очевидцы рассказали «Фонтанке», что огонь распространился по расселенному зданию за считанные минуты. Это видно и по записям происшествия.

Все было так стремительно, что у наблюдателей невольно зародилась версия о поджоге. В МЧС вчера комментировали, что рассматривают все версии вплоть до инопланетян, но СК подошел более избирательно: он считает вероятной причиной строительные работы — в частности, сварку. Дело возбуждено по нарушению безопасности при проведении строительных работ (ч. 1 ст. 216 УК РФ).

Напомним, в реставрацию особняка с приспособлением под жилье инвестирует компания «ТАС» Захара Смушкина. Но непосредственным подрядчиком является Реставрационно-строительная компания «АСК-Строй». «Фонтанка» рассказала, что сразу после пожара КГИОП выдал ей предостережение — не первое.

Позже КГИОП сообщил, что направил заявление о возбуждении еще одного уголовного дела — по ч. 1 ст. 243, а также по ст. 243.1. Статья 243 УК РФ предусматривает наказание за уничтожение или повреждение объектов культурного наследия, а статья 243.1 УК РФ — за нарушение требований сохранения или использования объектов культурного наследия.