Небо над Москвой ограничивают: что значит запрет транзитных полетов и как это отразится на пассажирах

Росавиация ввела новые ограничения на полёты в районе московского авиационного узла (МАУ). Транзитные рейсы больше не могут пересекать воздушное пространство столицы, а предельная высота для всех воздушных судов в зоне снижена до эшелона 160 (примерно 4900 метров). Формально меры объясняются соображениями безопасности — в случае угрозы самолёт сможет быстрее совершить посадку, а интенсивность полётов в зоне снизится. Однако за этим решением стоят не только технические, но и политические причины, связанные с участившимися атаками беспилотников. Корреспондент «Фонтанки» поговорил с экспертами авиационной отрасли, чтобы выяснить, насколько эти меры оправданны и как они повлияют на пассажиров.

Московский авиаузел — это не просто воздушное пространство над столицей, а сложная система коридоров, связывающих четыре аэропорта: Шереметьево, Домодедово, Внуково и Жуковский. Через эту зону проходили не только рейсы, которые взлетали или садились в Москве, но и транзитные — например, из Санкт-Петербурга в Сочи. Теперь транзит запрещён.

До введения новых ограничений при заходе в московскую воздушную зону высота полета достигала эшелона 270–280 (8250–8550 метров). Как уточняют опрошенные «Коммерсантом» пилоты, ранее самолеты заходили на посадку с юга на эшелоне 180 (5486 м), а с востока и севера — на эшелоне 220 (6700 м). Новый порог в 4900 метров значительно снижает эти показатели.

По данным источников издания, близких к Минтрансу, изменения были инициированы в целях безопасности. Причиной названы участившиеся с весны атаки, требующие дополнительной защиты воздушного пространства столицы.

По подсчетам одного из источников «Ъ», время транзитных облетов вырастет минимум на 20–30 минут. Источники допускают, что при затяжном характере ограничений некоторые компании могут отказаться от части транзитных рейсов, но вероятность этого оценивается как низкая. Собеседники издания подчеркивают, что издержки не столь критичны, чтобы спровоцировать резкий скачок цен на билеты.

Ассоциация туроператоров России пояснила, что речь не идет о пассажирах, которые летят через Москву с пересадкой. «Транзит с пересадкой в Москве работает в прежнем режиме: пассажиры по-прежнему могут прилететь в столицу и продолжить путешествие другим рейсом. Изменения касаются только тех самолетов, которые раньше пролетали через московское воздушное пространство без посадки», — заявил вице-президент АТОР Артур Мурадян.

По его словам, время полета может увеличиться примерно на 5 минут, а в отдельных случаях — на 20–30 минут. Существенного влияния на российских пассажиров ограничения, скорее всего, не окажут.

Ограничения затронут прежде всего российских перевозчиков, выполняющих рейсы с Северо-Запада на юг России, а также некоторые азиатские авиакомпании, которые летают в Европу через воздушное пространство России, добавили в АТОР.

«Например, маршрут Санкт-Петербург — Сочи раньше проходил через столичный регион. Теперь приходится облетать Москву севернее и восточнее — за Ярославлем и Нижним Новгородом», — заявил АТОР авиаэксперт Олег Пантелеев.

Так, расстояние между Петербургом и Сочи по прямой составляет около 2000 км. Из-за действующего с 2022 года облета южных районов маршрут уже увеличивается примерно до 2400 км, а с учетом облета Москвы может достигать 2600 км. Дополнительные 200 км — это около 15 минут полета и примерно 600 кг топлива. Более поздний набор высоты и раннее снижение также увеличат расход топлива, но не критично, говорит Пантелеев.

Заслуженный военный лётчик РФ Владимир Попов в разговоре с «Фонтанкой» напомнил, что в 1990-е и начале 2000-х годов воздушное пространство над Москвой было практически полностью закрыто для пролёта любых воздушных судов, кроме санавиации и спецслужб.

Ситуация изменилась после 2000 года, когда трассы стали открытыми — в том числе для иностранных бортов.

По его мнению, это было серьёзной ошибкой: открытое небо над столицей облегчало работу разведки и создавало риски для безопасности.

Авиаэксперт и главный редактор портала AVIA.RU Роман Гусаров настроен более оптимистично. Он поясняет, что запрет транзита — это не полное закрытие неба, а скорее перенаправление потоков.

Гусаров приводит пример: рейс Москва — Сочи, который обычно занимает два часа, даже при «большом крюке» увеличится всего на 10–15 минут.

Владимир Попов, в свою очередь, считает, что паниковать не стоит. По его словам, снижение высоты подхода к аэропорту — процедура, которая была отработана ещё в советское время.

Оба эксперта сходятся в одном: дополнительный расход топлива будет минимальным. Гусаров объясняет, что хотя на более низких высотах воздух плотнее, а значит, сопротивление выше, самолёт проводит на таких эшелонах лишь 10–15 минут за весь рейс.

Кроме того, любые непредвиденные расходы, включая изменение маршрута, уже заложены в стоимость билета.

Он напоминает, что самолёты часто крутят круги в зоне ожидания по 40 минут, сжигая топливо, и это тоже учтено в тарифах.

Владимир Попов, однако, предостерегает: недобросовестные авиакомпании могут попытаться использовать новые ограничения как повод для повышения цен.

Эксперты единодушны: ограничения — это вынужденная мера, продиктованная реальной угрозой. Гусаров напоминает о плане «Ковёр», который объявляется при любой угрозе в воздушном пространстве: все самолёты должны в максимально короткий срок совершить посадку или покинуть зону.

Новые ограничения вводятся как минимум до 12 августа, но, по прогнозам экспертов, опрошенных «Ъ», они могут продлиться значительно дольше — до завершения активной фазы конфликта.

Роман Гусаров считает, что влияние на пассажиров будет минимальным: время в полёте вырастет в пределах погрешности, а цены на билеты вряд ли изменятся.