«Разрешаю сыну плакать и играть в дочки-матери». Молодая мама — о том, как воспитывает ребенка вопреки гендерным шаблонам

Мы нередко воспитываем детей «как принято» — оглядываясь на общественные ожидания. И почти неизбежно опираемся на гендерные стереотипы: от того, какого цвета должна быть детская футболка, до запретов на «неподходящие» игрушки и «неуместное» поведение. Особенно много требований к мальчикам, ведь из них должны получиться «настоящие мужчины». Но кто такой этот «настоящий мужчина»? Что, если мы всё делаем неправильно?

Наша сегодняшняя героиня Ирина Дементьева — мама двухлетнего мальчика. Она рассказала редакции 74.RU, каким растит своего сына и почему. Далее — колонка Ирины от первого лица.

Я не хочу воспитывать «мужчину» в старом понимании — человека с каменным лицом и сжатыми кулаками, угрюмого молчуна, который не знает ласковых слов и теплых объятий. Мне хотелось бы вырастить человека, который умеет распознавать свои эмоции и не боится их испытывать.

Когда мой сын плачет от обиды или боли, я не говорю ему «терпи», «прекрати», «ты же мальчик» или «не будь тряпкой». Я прижимаю его к себе: «Вижу, что тебе больно. Я с тобой». Так он учится не подавлять, а проживать — и через это начинает лучше понимать, что чувствуют другие. И еще я знаю: если сейчас он приходит ко мне с разбитой коленкой, то и с разбитым сердцем тоже придет. Его слезы — это не слабость, это доказательство, что мы настоящие друг с другом в этом моменте, сейчас.

В нашем доме нет игрушек «для мальчиков». Есть просто игрушки. Сегодня это маленькая зеленая коляска, в которую мой сын укладывает мишку, и кухня, где он «готовит какао» из кубиков. Когда я смотрю на него, я вижу будущего заботливого отца и внимательного мужа. Он не «девчонка», он — разносторонний ребенок. И да, это не отменяет того, что в любую секунду он может переключиться на игрушечный верстак или начать катать огромную пожарную машину (к слову, это тоже фаворит). Он учится быть внимательным, нежным, хозяйственным. Разве эти качества должны быть привязаны к полу?

«Дай сдачи!» — эту фразу слышу от многих родителей. Я же учу сына другому. Сначала — словам: «Стоп! Мне это не нравится!» Потом — уйти от конфликта, схитрить, найти взрослого, отстоять свои границы без кулаков. Лучшая драка — та, которой не было, так ведь?

«Дать сдачи» — это не решение. Это эскалация: кто соберет побольше друзей, кто принесет с собой камень или палку. Но настоящая смелость иногда в том, чтобы не идти на поводу у провокаторов. «В школе побьют!» — слышу я. Не исключено. Если придется защищаться, пусть его оружием станут эмпатия и социальные навыки. Как показывает взрослая жизнь, связи и умение договариваться работают лучше, чем кулаки.

Дальше можно бесконечно идти по списку стереотипов. Носить розовые вещи? Без проблем! Вы же знаете: только самые уверенные в себе мужчины носят розовый. Танцы вместо борьбы? Легко! Мужская грация — это круто! Захочет отрастить волосы? Пф, поддерживаю! Только вспомните Бреда Питта в «Трое» или Курта Кобейна.

Мой муж, папа нашего мальчика, смотрит на эти шаблоны, пожалуй, еще глубже и видит их главный яд. Эта вечная манипуляция «если ты мужчина, ты должен…» (уступить место, быть сильным, много зарабатывать, выглядеть брутально и т. д. — подставь нужное). Но она не формирует характер, зато гарантированно обеспечивает невроз и чувство вечной вины за то, что ты недостаточно… (авторитарный, напористый, доминирующий и т. д. — подставь нужное). Самое страшное: манипуляция учит ребенка лгать, заглушая вопросы «а какой я на самом деле?», «а чего хочу я?»

«Каким вырастет ваш сын?» — со скепсисом спросите вы. Я очень надеюсь, что счастливым. Да, я не знаю, кем он станет. Но хочется верить, что он не будет стыдиться собственной уязвимости в трудные минуты, что он не будет эмоционально глух к своей любимой женщине, в конце концов, что он окажется отцом, который захочет качать ребенка на руках, сидеть у кроватки больного малыша ночами и открыто переживать из-за каждой его маленькой беды.

Хочется верить, что я воспитываю не «настоящего мужчину», а воспитываю настоящего человека. Да, я разрешаю сыну плакать и играть в дочки-матери, и мне неважно, что об этом скажут другие. Пусть он растет человеком, который умеет чувствовать, сочувствовать и оставаться честным с самим собой.