Как пообедать в подворье Оптиной пустыни за 475 рублей

В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Дмитрий Грозный с этим выражением полностью согласен, а потому отправился на подворье Оптиной пустыни не с уставом, а с аппетитом.

«Убедительная просьба в лавке не кушать», — никогда еще мне не приходилось читать столь удивительного объявления. Так же, как никогда я не видел столь удивительной свечной лавки, как в Успенском соборе при подворье Оптиной пустыни. Помимо собственно свечей и других привычных вещей, здесь установлены холодильники, в которых ждут своего часа варенье из айвы (290), сацебели (375), сыр с укропом (1600 руб/кг), квас (200) и еще много чего. А под стеклом витрины есть даже настойка из хрена (540), список полезных свойств которой занимает всю этикетку. Честно говоря, появился соблазн сравнить ее с хреновухой.

Но все-таки главное гастрономическое место подворья расположено этажом ниже. Его можно по традиции назвать трапезной, можно столовой, но здесь предпочитают другое слово. Надпись на прикрепленной к резной двери табличке гласит «Кафе „Монастырские пышки“», но это название человека непосвященного только путает. Это все равно что назвать Пушкина известным выпускником лицея. Да, Александр Сергеич лицей действительно оканчивал, но деяния его этим не ограничились. Так и ассортимент данного заведения несравненно шире.

Успенский храм частично скрыт лесами, но он все равно нарядный, как расписной пряник. Подворье находится на набережной Невы ровно посередине между сфинксами и ледоколом «Красин», а напротив пришвартована подлодка-музей С-189. Просторы здесь огромные, а народу не так много: кто-то катается на велосипеде, кто-то удит рыбу — но такое ощущение, что в итоге, нагуляв аппетит, все без исключения направляются на подворье Оптиной пустыни. Сказать, что это место популярное, — значит ничего не сказать.

В будний день все пространство первого — совсем невеликого — зала занимала очередь, которая змейкой струилась от прилавка и доходила до самых дверей. В какой-то момент я насчитал, что в предвкушении обеда находились 19 человек, но, возможно, их было и больше: все-таки обзор здесь закрывают колонны. Аудитория максимально широка: был и человек в каске (он снял ее, только приступив к обеду), и родители с детьми, а ровно передо мной стоял господин в строгом костюме и белоснежной рубашке, которому самое место в Смольном. К счастью, очередь продвигалась довольно бойко: ожидание заняло минут 10. За это время можно подробно изучить ассортимент выпечки, которой буквально завалена витрина: пирожки, улитки, ватрушки, курники, расстегаи, штрудели, трубочки — все это стоило от 65 до 95 рублей. А еще успеваешь не раз и не два прочитать меню. А вот с ним есть один фокус. В списке блюд, который выставлен перед входом, есть строчка «меню дня — 395 рублей», а вот в экземплярах меню, разложенных внутри, ее нет. Я даже стал сомневаться, существует ли в реальности комплексный обед, и начал прикидывать другие варианты.

Местные цены низкими не назовешь: все пять салатов — от винегрета с грибами до греческого — стоят 230 рублей. Куриный бульон оценен в 170 рублей, уха с треской и форелью — в 220, а окрошка на квасе — в 250. А два самых дорогих горячих блюда обойдутся здесь в 420 рублей. Для тех же, кто хочет минимизировать затраты, предлагаются «комбо» из «монастырского супа дня» и пирожка за 150 рублей или чая и четырех пышек — за 140.

Но, к счастью, перед кассой висело объявление: обед без супа — 365 рублей, обед —395. На выбор предлагались два салата, два напитка, три горячих и три гарнира, правда, картофельное пюре было уже зачеркнуто фломастером. Безальтернативным оказался лишь гороховый суп.

Кроме того, в качестве бонуса к комплексному обеду мне выдали еще и пышку, посыпанную сахарной пудрой (25). Сразу на круглый поднос выставили салат, выпечку и стаканы с напитками. После этого нужно отправляться искать место. Два обеденных зала совсем разные. В ближнем — обои в цветочек, печка, крытая малахитовой плиткой, лавки и большие столы, в дальнем — все куда более лаконично: белые стены и черная мебель.

За столом в плетеных корзинках тебя ждут столовые приборы, а еще — сколько угодно хлеба. Простой, ноздреватый, свежий — если вдруг закончится, то тебе принесут новую корзинку с ломтями. В церковных лавках такой хлеб обычно называют монастырским, но очень похожие черные и белые «кирпичики» когда-то присутствовали во всех сельских магазинах и солдатских столовых.

Ждать суп и основное блюдо приходится еще минут 5, а может и меньше. Выносом тарелок здесь занимаются и девицы, стан которых туго перетянут полосатыми фартуками, и петербурженки серебряного возраста — такие обычно помогают в церквях по хозяйству.

За порядком в кафе следят: столы вытирают старательно, а тарелки убирают, как только они освобождаются, но к ситуациям из разряда «форс-мажор» тут, как выяснилось, совсем не готовы. Надо пояснить, что столы в дальнем зале не обеденного, а скорее кофейного формата. И подносы такие же. И когда паре за соседним столом принесли сразу много еды, при перестановке тарелок поднос критически наклонился, и вниз полетели котлеты, огурцы и помидоры. К счастью, не на гостей, и даже не на пол, а на единственный стул, на котором не было ничего, кроме дамской сумочки. Все стороны отнеслись к происшествию со стоическим спокойствием. Сотрудница произнесла «извините», пообещала все исправить и унесла пострадавшую тарелку. А ОН взялся вытирать сумочку, демонстрируя спутнице заботу.

Новая тарелка появилась действительно довольно оперативно, а вот помидоры, огурцы и котлеты так и продолжили лежать на стуле. Уже закончив обед, я все хотел дождаться, когда же их уберут. Но так и не дождался.

Уровень местной еды — пристойный с отдельными примечаниями и оговорками. Густой гороховый суп с большим количеством картошки был едва-едва теплым. Летом это еще можно пережить, но во все остальные времена года в Петербурге подавать холодный суп — все равно что кормить кошку апельсинами. И то и другое похоже на издевательство. В крабовом салате было всего понемногу, кроме риса: его-то точно на кухне не жалели. Но, скажем прямо, все равно это был далеко не худший салат.

На горячее я выбрал рыбу с овощами, и, если не ошибаюсь, это была ровно та же сайда, которая при заказе отдельно стоит 420 рублей. Правда, с картофельным пюре. Блюдо чем-то напоминало советскую рыбу под маринадом, тем более что оно было таким же холодным. Но выбор овощей был заметно богаче.

Риса на гарнир положили не скупясь, причем на всех доступных взору тарелках он выглядел одинаково. Будто его давно отварили и разложили по формочкам, где он провел время, достаточное для того, чтобы превратиться в хорошо сцементированную массу.

Компот обернулся стаканом разбавленного морса, а фирменная пышка была слишком жирной и тяжелой. Больше одной такой не съешь. Впрочем, правильных пышек в Петербурге днем с огнем не сыщешь, а редким исключением являются те, что на Большой Конюшенной. Но, не зная об этом бонусе к обеду, я заказал еще и пирожок с брусникой (80). И это оказался настоящий бриллиант. Тоненькое-претоненькое сдобное тесто, а внутри не начинка, а настоящее брусничное лукошко. Если придираться, можно сказать, что пирожок не был блестящим, а значит, в пекарне чуть сэкономили, не смазав его до или после выпечки. Но в любом случае результату позавидуют многие рестораны…

После обеда точно стоит зайти в храм, который совсем не похож по стилю ни на Казанский, ни на Исаакиевский собор. При входе в него установлена стойка с надписью «Дежурный по храму» — видимо, чтобы никому и в голову не пришло нарушать порядок. А напоследок нужно обязательно зайти в ту самую свечную лавку, потому что и выпечка, и облепиховый морс здесь дешевле, чем в кафе. Например, на покупке пирожка с брусникой можно сэкономить сразу 15 рублей…

Планируя визит, учитывайте, что «Монастырские пышки» шесть дней в неделю работают с 10 утра до 9 вечера, а по воскресеньям с 8:30 до 20:00. Но комплексный обед можно заказать только по будням и только с 11 до 16 часов.