Режиссер Дмитрий Астрахан на смерть Кирилла Датешидзе

Советский и российский актер театра и кино, театральный режиссер, педагог Кирилл Датешидзе умер в возрасте 78 лет. Режиссер Дмитрий Астрахан на страницах «Фонтанки» о том, что значит эта потеря для театрального мира.

Кирилл Датешидзе не был моим близким другом — в последний раз мы виделись более тридцати лет назад. Но когда я слышу словосочетание «театральный Ленинград», для меня он — один из тех, кто олицетворял это понятие. Он принадлежал к числу людей, для которых «служить театру» было не просто словами. Он не был кинозвездой, но был блестящим профессионалом, одним из тех артистов, на которых держится театральная культура.

Когда мне было восемнадцать, одним из самых ярких моих впечатлений стал спектакль Николая Беляка в Интерьерном театре — инсценировка «Сцены из Фауста» Пушкина, которую играли в Доме архитекторов. Кирилл Датешидзе и Георгий Васильев исполняли один и тот же текст семь раз в разных интерьерах, каждый раз по-новому. Кирилл играл беса — это было невероятно эмоционально, необычно и запоминающееся. До сих пор в памяти всплывают фрагменты того спектакля.

Второй раз наши пути пересеклись, когда я, будучи студентом четвёртого курса, ставил пьесу Злотникова «Бегун и Йогиня». Я был неопытным, начинающим режиссёром, а он — уже состоявшимся театральным артистом. И тем ценнее было то, с каким уважением он относился ко мне, к моим творческим поискам, как терпеливо выслушивал мои косноязычные объяснения, старался понять мои замыслы и искренне поддерживал.

Позже, когда я уже сам руководил театром, он играл Петруччо в «Укрощении строптивой» и в чеховских одноактовках. Кирилл был артистом-романтиком, человеком не от мира сего. Театр был для него смыслом жизни — другой жизни у него просто не существовало. Он работал с разными режиссёрами и всегда оставался их верным союзником.

Без таких людей, как он, не было бы величия русского театра. Именно такие труженики, даже если они не на первых ролях, и создают настоящий театр. Он играл и у молодых, и у маститых постановщиков, редко снимался в кино, но я запомнил его роль адвоката в «Улице разбитых фонарей» — настолько яркой и мощной была его игра.

Я благодарен судьбе за то, что мне довелось с ним работать. Он был далёк от театральных интриг — для него важнее всего было творчество. Грустно, что уходят такие люди: вместе с ними уходит и старый театральный Петербург… Светлая память.