Путин сказал — рынок показал. Чьи импортные цистерны спасут российские АЗС

Президент России Владимир Путин назвал дефицит топлива некритичным, власти не скрывают, что рассчитывают на плановый импорт из соседних стран. Рассказываем, на каких потенциальных поставщиков мы можем рассчитывать.

Вице-премьер Александр Новак также назвал возможность импорта топлива одной из мер по обеспечению стабильности на российском топливном рынке.

Главный поставщик топлива в Россию сегодня — Беларусь. В мае 2026 года продажи белорусского бензина на Петербургской бирже выросли в 26 раз год к году — до 23,64 тыс. тонн, дизеля — втрое (49,86 тыс. тонн).

Однако белорусский ресурс не бесконечен. Даже если весь бензин, произведенный в Беларуси, будет отправляться на российский рынок, это покроет всего 10% потребности РФ: республика производит в год чуть более 3 млн т, российские автовладельцы потребляют почти 40 млн т, писал РБК.

Белорусский бензин — это, скорее, капля в море, пишет в своем телеграмм-канале экономист Кирилл Родионов.

В среднем за пять лет (с 2015-го по 2020-й) республика производила около 3,5 млн тонн автобензина в год, а на экспорт уходило 2,3 млн тонн, приводит он данные Белстата. Более свежих данных нет.

«Для сравнения: по данным ЦДУ ТЭК, выпуск автобензина на российских НПЗ в 2023 г. достиг 43,9 млн тонн, из них 38 млн тонн было отправлено на внутренний рынок. Таким образом, за весь год Белоруссия экспортирует бензина меньше, чем за месяц потребляет РФ», — отмечает эксперт.

Примерно та же пропорция сохраняется и с дизелем. С той лишь разницей, что «мощности по производству дизеля в РФ более чем в полтора раза превышают объем внутреннего спроса», даже с учетом отправки за ленточку.

В 2023-м Россия произвела 88,1 млн тонн дизеля, внутреннему потребителю ушло 52,2 млн тонн. Белорусы же в лучшем случае вырабатывали в среднем 3,8 млн тонн в год. Это опять же меньше объема, который Россия «сжигает» на внутреннем рынке за один месяц, резюмирует эксперт.

Казахстан — второй сосед по величине производства топлива. В 2025 году переработка нефти в республике составила 17,46 млн тонн, бензинов различных марок произведено 5,78 млн тонн, дизельного топлива — 6,1 млн тонн.

Заминка в том, что собственный рынок Астане ближе к телу. С 1 июля по 31 декабря 2026 года страна запретила вывоз за пределы таможенной территории ЕАЭС легких дистиллятов, авиакеросина, дизельного топлива, битума, толуола и ксилола.

Казахстанское министерство объяснило это мерами энергетической безопасности и стабильности внутреннего рынка топлива.

Однако экспорт возможен в рамках специальных государственных планов поставки. Казахстанская сторона факт переговоров отрицает: министр энергетики страны Ерлан Аккенженов заявил 26 июня, что официального запроса на поставки топлива Астана от Москвы не получала.

Одним из возможных поставщиков мог бы стать казахстанский завод «Конденсат», который перерабатывает газовый конденсат с российского предприятия TANECO и имеет квоты на экспорт топлива. Но он работает на поставках НПЗ ТАНЕКО «Татнефти» в Нижнекамске, которому, по сообщениям СМИ, сейчас тоже несладко.

Спасти ситуацию может строительство четвертого нефтеперерабатывающего завода в Казахстане. В мае 2026 года он перешел в практическую стадию — стартовала разработка предварительного технико-экономического обоснования (Пред-ТЭО). Он сможет перерабатывать до 10 млн тонн нефти в год, ввод в эксплуатацию планируется в период между 2030 и 2040 годами.

Теоретически поставлять бензин в Россию мог бы Азербайджан. В 2025 году страна ставила себе планку произвести 1,7 млн тонн бензина, фактически уже в ноябре стало ясно, что общий объем по году идет с опережением на 2%, писали местные СМИ. Однако баланс производства сместился в сторону марки АИ-92, а производство АИ-95 сократилось на 45%.

РФ как покупатель для Азербайджана неинтересна: страна работает с более маржинальными рынками сбыта и традиционно экспортирует дизельное топливо, авиакеросин, бензины и мазут в страны Европы и Грузию. За 4 месяца 2026 года Азербайджан экспортировал 298,5 тыс. т нефтепродуктов — это почти вдвое больше, чем годом ранее. В денежном выражении рост составил 3,4 раза, до 244,4 млн долл. США.

В Иране действуют 10 НПЗ, однако в 2026 году объем производства бензина значительно снизился из-за военных действий. Президент Исламской Республики Масуд Пезешкиан прямо заявил, что производственные мощности сократились именно по этой причине.

По разным оценкам, объем составляет от 105 до 108 миллионов литров в сутки и страна сама столкнулась с серьезным дефицитом топлива — суточное потребление там оценивают в 124–135 миллионов тонн.

И хотя Россия и Иран активно развивают сотрудничество в нефтепродуктах, на практике заинтересованность сторон выглядит зеркально.

Китай наращивает нефтепереработку колоссальными темпами. В 2023-м, например, в среднем в сутки там перерабатывали 14,8 млн баррелей сырой нефти — рекорд за всю историю. Однако эти рекорды — не про помощь соседям: страна старается ради собственного нефтехимического бума и превращает нефть в пластмассы, смолы, волокна, текстиль.

Российскому рынку этот подход не сулит ничего. Китай давно закрывает свои потребности в нафте и сжиженном газе за счет внутреннего производства, хотя и продолжает их импортировать. Но главное — даже если бы Пекин захотел отправить цистерну в нашу сторону, он уже построил логистику совсем под другой вектор: европейский и азиатский экспорт, где маржа выше, а спрос стабильнее.

В 2025 финансовом году (апрель 2025 — март 2026) Индия продемонстрировала рекордный спрос на топливо: потребление бензина (моторного топлива) достигло 42,6 млн метрических тонн, что на 6,6% превысило показатель предыдущего года. За тот же период производство всех нефтепродуктов в Индии выросло на 0,4%, составив 284,9 млн тонн, однако этот рост не успевает за внутренним спросом.

При этом индийский рынок сам сидит на импортной игле: зависимость по сырой нефти в прошлом году составила порядка 88,7%, а общая самообеспеченность нефтью и газом — лишь 11,3%. Почти 9 из каждых 10 баррелей, которые перерабатываются в индийское топливо, страна ввозит из-за рубежа, отмечает индийский новостной портал Businessworld.

И вот здесь возникает нюанс, который в Кремле, возможно, уже просчитали.

Да, Индия не производит достаточно собственной нефти. Но у нее есть мощности по переработке. Если Россия готова поставлять в Индию сырье, то индийские НПЗ вполне могут переработать эту давальческую нефть в бензин и дизель. И даже вернуть часть объема обратно — уже в виде готового топлива.

Более того, у Индии есть опыт работы с российским сырьем — после 2022 года страна стала одним из крупнейших покупателей нашей нефти, и логистика уже обкатана. Если до 2022 года доля России в индийском импорте нефти не превышала 1–2%, то уже в 2023 году объем поставок вырос до почти 89 млн тонн, а пиковым стал 2024-й — 92 млн тонн, что составило более трети всего нефтяного импорта страны. В суточном исчислении речь шла о 1,6–2,1 млн баррелей в отдельные месяцы.

В 2025 году объемы немного скорректировались — до 85 млн тонн (около 32,3% индийского импорта), но Москва так и осталась крупнейшим поставщиком Нью-Дели.

Но есть одна загвоздка: импортный бензин в России будет стоить существенно дороже того, что продается сегодня на заправках.

По данным ФАС, в мае 2026 года так называемая цена экспортной альтернативы — то есть та сумма, которую нефтяники могли бы выручить, продав топливо за границу, — составила для бензина АИ‑92 почти 99 тысяч рублей за тонну, а для дизеля — более 100 тысяч. Это ориентир для любого внешнего поставщика. Именно столько готовы платить покупатели на мировых рынках. И именно от этой цифры будет отталкиваться любой импортер.

При этом на внутреннем рынке, на Санкт-Петербургской бирже, те же марки торгуются по 66,5 и 64,5 тысячи рублей за тонну соответственно.

И да, мораторий на обнуление топливного демпфера после 1 мая 2026-го не продлен. Это значит, что топливный демпфер перестает компенсировать разницу цен из-за встроенного в Налоговый кодекс механизма: если оптовые цены на бензин отклоняются от индикативных значений более чем на 20%, а на дизель более чем на 30%, выплаты обнуляются. В условиях высокой мировой конъюнктуры, когда оптовые цены на бирже резко превышают установленные пороги (в 2026 году индикативная цена на АИ-92 составляет 62,3 тыс. рублей за тонну, а фактические котировки превышают 65 тыс. рублей), государство автоматически прекращает выплаты нефтяникам, оставляя пространство для роста розничных цен.

Как пояснил «Фонтанке» источник, знакомый с ситуацией, потенциальных поставщиков по большому счету всего два: Беларусь и Казахстан. Возможно, еще Индия, но это «под большим вопросом».

При этом точные объемы падения переработки на российских НПЗ сейчас — информация закрытая. «Эта информация секретная, она не публикуется нигде, — говорит эксперт. — Сколько выпало, сколько не выпало — сказать точно нельзя». По его словам, Минэнерго ведет работу на ежедневной основе, но публичных данных ждать раньше официальных отраслевых отчетов не стоит.

Что касается Беларуси — да, нарастить поставки могут. Но насколько? Тоже неизвестно. Казахстан, в свою очередь, формально продлил запрет на экспорт топлива, но, как отмечает собеседник, «все будет зависеть от фактической необходимости». При этом он дает понять: настрой в Кремле однозначный — надо увеличивать импорт. И для этого будут задействованы «все средства, которые имеются в арсенале. И популярные, и непопулярные».

На вопрос, что значит «непопулярные», эксперт отвечает лаконично: «Все, что в рамках закона. А если не в рамках закона — значит, подготовят нормативно-правовую базу под необходимость».

Иными словами, запреты соседей, отсутствие внятной статистики и закрытые данные никого не остановят. Вопрос лишь в цене вопроса — и в том, кто за это заплатит.