Грызуны победили саблезубых. Петербуржцы не хотят больше заказывать друг дружку

В полиции Петербурга ликвидирован знаменитый «заказной». «Фонтанка» подсчитала причину: лютая преступность схлопнулась до мышей.

В конце прошлой недели приказом по главку в уголовном розыске исчезло подразделение по раскрытию заказных убийств. Оперативники вливаются в отдел просто убийств. Вернее, им уже давно нечего делать по своей линии: петербуржцы и гости нашего города режут друг друга исключительно по пьяни. Большинство же подобного раскрывается прямо на месте, прибывшим нарядом. А начиналось всё эпически зверски.

В 90-х пик резни между мафиозными семьями пришелся на 1995–97-е годы, а ярче всего могущество той братвы представлено в расстреле снайпером на Невском проспекте вице-губернатора Петербурга Михаила Маневича.

«Фонтанка» достала и общую статистику: в 1997 году в Петербурге убили 726 человек, а еще 235 умерло через несколько дней после ранений (это идет в графе «тяжкие телесные, повлекшие смерть»). Заказными же смертями признано 290 случаев. При этом пропавшие без вести не входят в мартиролог. Впрочем, как и промахи в цели исполнителей.

Убивать в то время считалось привычным, а оперативники РУБОП и розыска переезжали с трупа на труп в будничном настроении. Пальба велась настолько густо, что журналисты реагировали лишь «на пару трупов кряду» или на авторитетно-статусные ликвидации. Государство — машина неповоротливая, и создание обособленного «заказного» отдела датируется 1 апреля 1999 года усилиями в будущем начальника ГУВД Владислава Пиотровского. Он так объяснял это решение: «<…> город был в беде, группировки резали друг друга». Всё же, если посмотреть вперед, то рождение отдела совпало с затуханием гангстерских войн. С нулевых начинается новая эра: власть крепчает, а бандитские ряды дошли до точки самоистязания.

Несмотря на то, что в 2001 году статистика дает рост (952 трупа и 105 скончавшихся после ран), число заказных снижается втрое: 95 штук.

Территории сообществами поделены, активы легализованы, большая доля кровавой энергии ушла под землю и в тюрьмы, а выжившие главы преступных кланов выясняют отношения уже не веерно, а точечно. Время вертикалей накрывает и этот мир. В Петербурге воцаряется «тамбовская» монархия при Владимире Барсукове-Кумарине наверху, а легендарное ленинградское имя-бренд Александр Малышев затухает на курорте Испании.

К рейдерской волне 2005–2008 годов «заказники» набили руку, приобрели реальную агентуру, и с ними вынужденно считаются те, кто привык разрешать споры хозяйствующих субъектов без мороки в арбитражных инстанциях. К тому же «ночной» губернатор изолирован, а органы стали настолько крепче, что теперь им надо уступать или платить (смена «крыш», но это отдельная социология).

В 2008 году убито 646 человек, 119 умерло после всевозможных насильственных историй. Заказных убийств ахнуло около 60.

Говоря казенно, тенденции тоже меняются. Так, в «десятых» годах неожиданно появляется мода (мода бывает на всё) на заказ у бизнесменов, ранее лишь плативших оброк оргпреступности. Автор не заметил, чтобы этот вопрос кем-то изучался научно, но особо нервные предприниматели и обидчивые дольщики потянулись играть в мафию. Для оперативников это было одно удовольствие.

Дело в том, что нанятые киллеры чаще получали задаток и без зазрения заявлялись в «заказной» отдел сами. Мол, забирайте заказчика с потрохами. Гангстеры не считали это предосудительным, они несли себя как бы сословно: им выгоднее были доверительные отношения с операми, чем какие-то рефлексии самозванцев на право решать людские судьбы.

Возьмем за очередной этап 2014 год: 257 убийств, 58 трупов после нападений. Но заказы устремились к «позорной» цифре 15.

Ко всему прочему, «заказной» фактически становится эталонным в МВД, а их текущая раскрываемость стремится к 100%. Вследствие этого выходцы из подразделения постепенно занимают практически все ключевые кресла в Управлении уголовного розыска.

Еще немного — и «заказное» убийство в Петербурге становится сенсацией. Так, густая стрельба в 2019-м по Бадри Шенгелии, смерти которого жаждали многие теневые дельцы города, явилась медийным взрывом, а пуля «калибра» 2020 года в первого человека Выборга Александра Петрова — федеральной новостью-новостью. Тогда же начальник Управления уголовного розыска полковник Олег Колесников открыто заговорил о скуке: «<…> перевелись бандиты <…> мне не интересны ужасы профессора Соколова, которые становятся понятны через час после получения информации».

К тому времени в главке уже давно говорили, что раз всё в Петербурге так мило в этом жанре, то зачем, при всем уважении, нужен «заказной». И оперативников начали грузить актуальной повесткой: мошенниками, орудующими с удаленки. (В прошлом мошенников сдерживала как недоразвитость IT, так и практика быстрой расправы со стороны боевиков ОПГ.) Для охотников за головами это было унизительно, но они понимали изменившуюся погоду в обществе.

Телефонные мошенничества настолько превратились в будни, что о борьбе с ними устали рассуждать все — от генералов до банкиров. Пресса же, неоднократно пересчитав миллиардный ущерб российских пенсионеров, сегодня обращает внимание только на суммы от нескольких миллионов и выше за раз.

Что касается статистики, то кривая заказных убийств уперлась в дно. За 9 месяцев этого года в Петербурге убили 85 человек, 41-го врачи не смогли спасти в больнице после бытовой поножовщины. Единственный случай, когда «заказной» отдел взялся за старое, — убийство по найму в июне 2023 года бизнесмена-строителя. Арест подозреваемого совершен уже в августе, стрелком оказался человек с репутацией 90-х. Как ответил автору один из оперативников, «порадовал — тряхнул стариной».

Именно вакуум в сыске по заказному направлению толкнул сотрудников на изучение глубокого прошлого. «Фонтанка» следит за гангстерской сагой, где основными участниками являются бывшие подчиненные легендарного Кости Могилы. Там и экс-помощники замминистра МВД и депутат Госдумы, но даже для тридцатилетних это всё из серии мифов. Еще немного — и «заказной» перейдет в разряд легенды.

Сегодня в коллективной повестке — хайп про вымышленные «банды» (только что мы писали) и дешевый развод.

Евгений Вышенков, «Фонтанка.ру»