Новая музыка августа: Oqjav, СБПЧ, «Курара», Deftones и не только

В августовском обзоре Дениса Рубина — новый альбом Deftones, обволакивающий electro dance от Alison Goldfrapp, артхаусный поп Blood Orange, первую за пятнадцать лет пластинку Pendulum, обманчиво бесхитростную акустику Mac DeMarco, сольный блюз-рок вокалиста Kasabian Tom Meighan, нестареющих шведских панков The Hives, фортепианные романсы Oqjav, наивную короткометражку СБПЧ и сборник каверов от группы «Курара».

Первый альбом столпов ню-метала за пять лет называется так, как и ощущается на самом деле. Это всё еще тяжелая «зариффованная» музыка, полная задора и огня, но во многом отошедшая от собственных канонов.

В какие-то моменты, притом довольно близко к началу альбома, даже кажется, что ансамбль решил сменить вектор и поиграть в шугейз. Стена звука, атмосферные пассажи и общая концепция того, что всё теперь вертится не вокруг ритмической гитарной основы, а следует по пятам за голосом вокалиста Чино Морено. А Морено, в свою очередь, почувствовал волю и ушел в отрыв, не утруждая себя держаться в строгих ритмических квадратах коллег по цеху.

Поэтому пластинка получилась одновременно сложной структурно, ритмически и мелодически, но при этом приватной (см. название), оставаясь со слушателем буквально в формате «один на один».

Австралийский мастер жесткой танцевальной мясорубки, любимец пролетарских вечеринок формата «Радио Рекорд» 15 лет не выпускал новых альбомов. И когда выпустил, то сначала — при прослушивании первых трех треков — показалось, что сделал он это очень вовремя. Бесхитростного, но борзого и бодрого рубилова, с хорошим звуком и мощными басами как будто и правда ощутимо не хватало в последние годы.

Но дальше начинаются самоповторы, биты перестают радовать, а энергии становится слишком много, в самом худшем значении этого слова.

И вот уже кажется, что жили мы без Pendulum эти пятнадцать лет, так нечего было эту ситуацию и менять. То есть название альбома оказалось точным — он лишь сила инерции прошлых заслуг. Поначалу бодро и затухая по пути.

Вы слышали голос Alison на треках культовых Orbital, у нее вышло много альбомов под вывеской ансамбля Goldfrapp (в котором отсутствовало имя певицы в названии, но который был по сути полноценной коллаборацией с другими артистами).

Несмотря на то что певица существует в музыкальном ландшафте очень давно, нынешняя сольная пластинка, в титрах которой уже есть имя артистки, всего лишь вторая по счету в ее дискографии.

Так же, как на дебютном релизе, Элисон продолжает эксперименты с популярной танцевальной музыкой. Но в первом случае альбом был более нервический и угловатый. В нынешнем же разлита благостная нега и культурная лень.

Обволакивающий звук, мелодии ритмичны ровно настолько, чтобы тело понимало, в каком темпе ему двигаться, но при этом сознание и душа плыли в бесконечном потоке света и наслаждения.

Странное сочетание покоя и энергии, которое, будучи склеено воедино уникальным голосом Голдфрапп, на удивление отлично работает.

Blood Orange, звезда и первая ласточка мерцающего контемпорари-соула, с каждой новой работой продолжает путешествовать вглубь собственного музыкального подсознания.

На новой пластинке, кажется, вовсе нет хитов, но слушается она при этом крайне интересно и изысканно.

Сложные мелодии с тонкими аранжировками, хип-хоп в непривычно дозированных порциях, много струнных и духовых. Для записи одного трека были даже ангажированы культовые инди-минималисты конца прошлого века Duruty Column.

Тонкая взвесь, интеллигентность в каждом звуке, что уже крайне необычно для такого ультратехнологичного музыканта.

Похоже, Blood Orange снова близок к тому, чтобы открыть нам новый современный стиль. Назовем его арт-поп. Не путать с поп-артом.

Артист, умудрившийся скромнейшими инструментальными средствами, исключительно за счет проникновенности исполнения и особого мелодического таланта, стать очень популярным среди модной молодежи.

По сути, такой бард-космополит новейшего времени.

Ранние работы артиста все-таки обладали некоторой долей экспрессии. И, благодаря ей, им было проще проникнуть в умы и уши слушателей. Но поселившись там навсегда, Mac занялся более радикальными экспериментами, естественно, в том диапазоне радикальности, которая возможна в его случае.

Предпоследний альбом артист решил сделать целиком инструментальным, чем несколько насторожил поклонников, не готовых к столь резкому повороту.

Почувствовав напряжение поклонников, Демарко снова вышел с традиционной работой, хотя и в ней не обошлось без сюрпризов. Во-первых, альбом очень короткий. Во-вторых, очень личный. Он посвящен матери, семье, прочим домашним радостям. В-третьих, он нарочито небрежный, антихитовый и как бы специально необязательный. Вплоть до того, что начинающуюся роскошную мелодию сам музыкант обрывает на полузвуке, чтобы зарядить авангардный гитарный пассаж.

Есть ощущение, что и без того сознательно простой артист, решил переупростить самого себя. И в такой короткой форме это сработало. Теперь наблюдаем, куда он решит двигаться дальше, ибо есть ощущение, что сегодняшняя пластинка — это расчищенный плацдарм для чего-то абсолютно нового.

Tom, фронтмен Kasabian выдал симпатичную акустическую пластинку, в которой лишь при помощи гитариста в открытой студии (при публике), то есть почти лайвом спел версии песен с двух своих сольников и главных хитов Kasabian.

В целом работу можно было отнести к разряду проходных и необязательных к упоминанию, если бы не результат: у Тома получился ядерный, чувственный, эмоциональный блюз. Слушая эту пластинку, ты словно переоткрываешь заново тех же Kasabian. Понимая, что каким бы стадионным ультрамодным роком они не занимались, выросли они исключительно из корневого блюза. И это вставляет и впечатляет. По-настоящему raw — дико, и это то, чего сейчас всем нам не хватает в вычищенном рафинаде современной музыки.

Эти шведы, практически уже ветераны инди-рока, вновь выдали лихой, бронебойный панк-альбом, в котором нет вообще ни одного промаха.

Бодро, зло по форме, но весело и радостно по содержанию. Беспримесный, бескомпромиссный, нарочито примитивный панк, полный карнавального эскапизма и снобски чурающийся всякой однодневной социалки. Но при этом не опускающийся до поп-агиток Green Day и далее по списку.

Отдельно хочется порадоваться тому, как все-таки круто звучит такой примитивный формат, когда он качественно и кристально чисто записан. Выясняется, что даже последовательностью трех агрессивно сыгранных аккордов на фоне шумной стены звука можно вполне по-меломански наслаждаться.

В общем Forever Forever The Hives. Именно так — дважды навсегда!

«Курара» наконец сделала то, что давно просилось. Парни записали альбом кавер-версий, в котором собрали очень разные исходники — в диапазоне от Башлачева и Гребенщикова* до Ильи Кормильцева и Комитета Охраны Тепла.

Большая часть версий «Курары» — это, конечно, манифестация творческого метода самой «Курары». В бережном отношении к оригиналам они почти не замечены. Часто исходная песня для них является скорее поводом для собственного высказывания, чем попыткой разгадать и переосмыслить авторский замысел. Но, в общем, именно за это нежелание и неумение гнуться мы и любим этот коллектив.

Удивительно, что самыми яркими на пластинке оказались вещи не знакомых широкой аудитории артистов. Впрочем, вы сможете сами это проверить и сделать выводы.

СБПЧ выпустили короткий и наверное самый свой светлый и простой альбом.

Тексты Кирилла Иванова всегда были манифестированно упрощенными, он искал образы в элементарных частицах речи и смысла. Но в «Даре», похоже, этот метод достиг апогея. То есть слова есть, но они окончательно превратились в метафорическую взвесь, лишь бледной тенью маяча над легким, кристальным, светлым, но одновременно танцевальным и ритмичным саундом.

В альбоме вообще не стоит копаться в поисках смысла. Но важно следить за послевкусием, осадком, ощущением выносимой легкости бытия. И конечно, не забывать о том, что подсказывает нам ансамбль изначально, самим своим названием: самое большое — это всегда самое простое.

Вадик Королев, как ни старается замаскироваться, на самом деле прежде всего артист, поющий романсы. По какому-то недоразумению либо по специальному замыслу его странные, нервные романсы многие годы обертывались в пестрые инди-поп-одежды. Но с каждым годом и с каждой новой работой он всё ощутимее и всё более сознательно идет к ультимативной простоте. Это становилось понятно в его сольных работах, а теперь настигло и базовый проект Oqjav.

Лаконичный рояль и голос. Лишь в нескольких выверенных местах — синтезатор, гитара, перкуссия. Этот протосостав — идеальная территория для того, чтобы петь романсы (конечно, в том волшебном понимании, какое присуще только Вадику Королеву, — когда, например, смысл текста обусловлен классной рифмой или парадоксальной игрой слов и образов).

Этот альбом нельзя назвать лучшим в дискографии Oqjav. Но нам кажется, что это тоже часть принципа и стратегии Королева. Он сознательно не делает лучших работ. Он артист вне контекста Greatest Hits.

Но эта нежнейшая и в глубине грустная и болезненная пластинка совершенно точно будет жить в вашем проигрывателе очень долго. Если конечно попадет в вас при первом прослушивании.

* Борис Гребенщиков признан Минюстом РФ иноагентом.