От закрытых кабинок до флирта на пляже: как Петербург учился жить в жару 100 лет назад

Сто лет назад петербуржцы спасались от летнего зноя без вентиляторов и кондиционеров — с помощью воды. Одни отправлялись в Терийоки или Куоккалу, другие — на берег Невы или в плавучие купальни у Адмиралтейства. Водные процедуры были не просто способом охладиться, а целым ритуалом — со строгими правилами, расписанием и обязательным разделением по полу. «(От)Личный Петербург» рассказывает и показывает, как выглядело дореволюционное купание в нашем городе.

Хоть Петербург — город северный, летом здесь ежегодно случались по-настоящему знойные дни. В разгар июльской жары укрыться от палящего солнца в каменных стенах было не так-то просто. Кондиционеров тогда еще не было, так что спасались иначе: кто мог — уезжал за город, а те, кто оставался, искали прохладу у воды.

Купание в реке было занятием небезопасным, но далеко не все могли противостоять соблазну. В 1820 году автор «Медико-топографического описания Петербурга» озабоченно фиксировал:

Именно поэтому уже в первой половине XIX века в Петербурге начали устраивать общественные купальни.

Общественные купальни представляли собой не просто мостки у воды, а довольно сложные сооружения. На крытых плотах с навесами находились бассейны с деревянным дном. Вода в них поступала прямо из реки — через прорези в нижней части конструкции, и поэтому в бассейне ощущалась естественная температура и течение. По сторонам стояли лавки, на которые переодевающиеся складывали одежду.

Купальни делились по статусу и назначению. Были «элитные» — для состоятельной публики и более доступные — для разночинцев. Мужчин и женщин пускали строго в разное время. «Например, в купальни, находившиеся в военной гавани Петергофа летом 1902 года, мужчины допускались с 6 до 12 часов и с 16 до 20 часов, женщины же с 12 до 16 часов», — отмечают «Архивы Санкт-Петербурга». За соблюдением порядка в купальнях пристально следила полиция.

Построить купальню было делом непростым. Владельцы заранее утверждали проекты в Городской управе, как это делала, например, госпожа А. С. Степанова в 1899 году, планируя установить купальню напротив Адмиралтейства.

Постепенно на смену городским купальням пришли пляжи на популярных дачных курортах — Терийоках, Куоккале, Оллиле. С открытием в 1870 году железной дороги, соединившей Петербург с финским побережьем, поездка к морю стала быстрой и доступной. Прибрежные поселки, находившиеся тогда на территории Великого княжества Финляндского — автономной части Российской империи, стремительно превратились в модные места летнего отдыха для горожан.

В 1912 году журнал «Огонек» писал, что именно здесь проводит летние дни «зеленая молодежь», а берега Финского залива стали местом самого горячего флирта:

Одним из эталонных пляжей в начале XX века считался тот, что находился на территории Сестрорецкого курорта. Его гладкий песок, отсутствие камней и утрамбованное прибоем дно, цветники между берегом и галереей, лавочки, дорожки и ряды соломенных кресел создавали образ курорта европейского уровня.

Всё было продумано для мелочей: раздельные кабинки для переодевания мужчин и женщин, аренда купальных костюмов, указание температуры воды на специальной доске. Но главной диковинкой (по нынешним временам) были «машины для купания» — будки на колесах, в которые запрягали лошадь, а затем выкатывали прямо на территорию залива. Отдыхающий переодевался внутри, а затем спускался в воду и купался вдали от чужих взглядов. Использование этих повозок навязывалось дамам: появиться на глазах у мужчин даже в купальном костюме считалось неприличным.

Совместное купание обоих полов стало приемлемым в глазах петербургского общества только в 20-х годах XX века.

А взглянуть на копию дореволюционных купальных будок можно сегодня: на Сестрорецком курорте установлены стилизованные под старину кабины для переодевания.