Чтобы вы не так уж забыли Кощея: борьба за историческую память в фильме «Как Иван в сказку попал»

В прокат вышло очередное фэнтези по мотивам русского фольклора «Как Иван в сказку попал». Его авторы постарались использовать побольше популярных сказочных сюжетов: невоспитанный современный школьник лет 13-ти попадает в параллельную вселенную, где понимает, что герои русских народных сказок гораздо круче, чем супергерои из заграничных комиксов.

«Как Иван в сказку попал» — уже второй сказочный блокбастер от режиссера Алексея Нужного, после вышедших три года назад «Бременских музыкантов». Новый фильм, не будучи мюзиклом, тем не менее тоже с самого начала уверенно подбирает музыкальную отмычку к зрительским сердцам. В прологе воспроизводится заставка популярной советской телепередачи «В гостях у сказки», где звучит песня «Приходите в гости к нам» на музыку Владимира Дашкевича и слова Юлия Кима. Первая же ее строчка вызовет радость узнавания у нескольких поколений зрителей: «Если вы не так уж боитесь Кощея…»

В образе доброй сказительницы в платочке, которая приветливо распахивает ставенки расписной избушки, приглашая детей на новый сеанс, выступает Раиса Рязанова. Она вкратце посвящает зрителей в проблемы главного героя — юного Ивана Никитича Добрынина (Мирон Проворов, игравший в «Бременских музыкантах» Трубадура в детстве). Сам он этих проблем пока что не осознает и не очень печалится от отсутствия «силушки богатырской», мешающей ему уверенно подтягиваться на уроках физкультуры, но сказительница зрит в корень: несмотря на в высшей степени скрепное ФИО, его обладатель, развращенный современным шоу-бизнесом, ищет силушку «не в тех краях», то есть во вселенной голливудских супергероев.

Это противопоставление иностранного продукта и отечественного культурного наследия составляет основной смысловой стержень, за который крепко держится «Иван» (в отличие от романтически-легкомысленных «Бременских музыкантов», не имевших внятной идеологической основы и никого ничему конкретно не учивших, а проповедовавших абстрактную любовь и дружбу). Во вступительных титрах жанр нового фильма определяется как «Сказ Алексея Нужного», и эта мужественная форма «сказ» как бы подчеркивает серьезность намерений: мы тут собрались не просто позабавить малышню чудесными сказочками, но вправить мозг подрастающему поколению, перекормленному импортной продукцией и напрасно считающему русское фольклорное наследие безнадежно устаревшим.

Заглавный герой фильма с самого начала вызывает антипатию своим скверным характером, безобразным поведением с родителями и диким ревом при малейшем недовольстве, так что вскоре «Иван» повторяет завязку воспитательной франшизы «На деревню дедушке»: хронический двоечник оказывается сослан на природу к деду (Виктор Бычков). Тот для начала тактично напоминает внуку, что смартфон, который он считает «своим личным», куплен на отцовские деньги.

Однако понятно, что обычной бытовой логикой этого ребенка не урезонить, поэтому дальше он попадает в магический сундук, служащий порталом между современной реальностью и миром русских народных сказок. Иван и тут по инерции продолжает навязывать свои буржуазные привычки (в частности, требует пиццу, вместо которой ему подгоняют Колобка) и все время размахивает аляповатыми брошюрками с американскими комиксами, руководствуясь которыми он решает подвергнуть русских сказочных героев ребрендингу: «Мои сказки чутка покруче выглядят». В результате «русские народные мстители», включая батюшку-царя Тридевятого царства, оказываются нелепо разрисованы под Джокера, хотя летающий Колобок, наряженный в костюм Бэтмена — это почти смешно.

Во второй половине фильма Иван попадает на «темную сторону» сказочной силы, где отрицательными персонажами выступают Баба-яга, Кощей, Лихо Одноглазое, Идолище Поганое, Кикимора и некий Чертик. Оригинальная идея авторов — поставить всем злодеям в соответствие какой-то из семи смертных грехов, хотя логика распределения не всегда понятна: например, почему Кощей — это жадность, не вызывает вопросов, а вот с какой стати Лихо Одноглазое — это уныние, можно поспорить. Но самое важное в этой конструкции то, что один грех остался свободным — гордыня, которую нечисть справедливо усматривает в самоуверенном и наглом Иване, радостно принимая его в свою компанию. Избавиться от своего главного порока герою и предстоит в результате всех сказочных приключений, а главное — осознать превосходство родимых героев над заокеанскими и «снова вдохновить мир людей сказками зачитываться».

На самом деле главным антагонистом в фильме Нужного выступают не вышеперечисленные представители нечисти, а Забвение, которое выглядит на первый взгляд как безобидный белесый туман, хотя и очень густой, однако способно начисто отшибать память, в том числе и былинному богатырю Добрыне Никитичу (его своеобразным аватаром выступает Иван). Поэтому в итоговом противостоянии Забвению как абсолютному злу объединяются все сказочные персонажи — как положительные, так и отрицательные.

Более того, в результате победы над общим врагом русской культуры двое бывших злодеев даже оказываются неожиданным образом реабилитированы. Визуально осветлившийся и внутренне просветлившийся Кощей с достоинством представляется: «Я сын Чернобога из рода бессмертных», а порозовевшая Баба-яга объявляет, что ее зовут Ядвигой (хотя предков своих она все-таки не помнит — тут у сценаристов не хватило фантазии сочинить Яге престижную родословную). Почему подобному просветлению не подверглась остальная нечисть, остается одним из главных вопросов к авторам фильма, которым в остальном удалось лихо покромсать наше сказочное наследие в местами забавный винегрет, не лишенный своей внутренней логики, а главное — с просветительской точки зрения полезный для детского пищеварения.

Лидия Маслова, специально для «Фонтанки.ру»