Россия возвращается в зимний спорт: решение CAS открыло путь к Милану-2026 — но пройти по нему смогут не все

Вердикт CAS неожиданно открыл россиянам путь в олимпийский отбор, который ещё неделю назад считался окончательно закрытым. А отдел спорта «Фонтанки» рассказывает, как изменились правила игры и кто реально может успеть на поезд в Милан.

Решение Спортивного арбитражного суда неожиданно изменило всю картину подготовки к зимним Олимпийским играм. Еще недавно казалось, что для российских лыжных дисциплин путь на международную арену окончательно закрыт: Международная федерация лыжного спорта (FIS) последовательно отклоняла любые попытки даже обсуждать нейтральный статус. Но вердикт арбитров в Лозанне перевернул ситуацию.

CAS обязал Международную федерацию лыжного спорта допускать российских спортсменов к квалификационным стартам в статусе нейтралов, если они соответствуют критериям МОК. Казалось бы, настоящий прорыв: впервые за почти три года у российских лыжников появился реальный шанс пробиться на Игры в Милан и Кортина-д’Ампеццо. Однако эйфория продлилась недолго.

Вместе с надеждой возникла новая интрига: смогут ли спортсмены воспользоваться этим окном? Квалификационная кампания почти завершена, сроки жесткие, стартов — единицы. Одно дело получить право, совсем другое — успеть его реализовать.

Решение Спортивного арбитражного суда оказалось куда шире, чем простое разрешение нескольким спортсменам вернуться на международную арену. В Лозанне рассматривались две апелляции — от Ассоциации лыжных видов спорта России и Паралимпийского комитета России. И обе панели арбитров пришли к выводу, что FIS нарушила собственные правила, когда запретила россиянам участвовать в стартах даже в нейтральном статусе.

CAS напомнил Международной федерации о базовом принципе: организация обязана сохранять политическую нейтральность и не может отстранять людей только по признаку гражданства. Этот тезис и стал ключевым. Суд указал, что если спортсмен соответствует критериям индивидуального нейтрального статуса, установленным МОК, то FIS обязана предоставить ему доступ к квалификационным соревнованиям. Исключений здесь быть не может.

Отдельный пункт решения касался паралимпийцев. Поскольку в системе IPC не существует института нейтральных атлетов, CAS признал, что российские спортсмены в паралимпийских дисциплинах должны допускаться на тех же условиях, что и представители других стран, — с флагом, гимном и всей национальной символикой.

Интересы российских организаций в суде представляли юристы международной фирмы Libra Law во главе с Клодом Рамони. Он давно работает с российскими делами в спортивном праве и уже не впервые добивается решений в пользу наших федераций.

Формально в материалах дела фигурировали 12 спортсменов, подписавших апелляцию. Из них только один лыжник — Савелий Коростелёв. Но логика решения CAS куда шире: суд признал неправомерным сам принцип тотального недопуска. А значит, окно открывается для всех российских атлетов, которые смогут доказать соответствие критериям нейтрального статуса. Теперь все зависит от того, как быстро и в каком объеме FIS начнет выдавать такие допуски.

Для российских лыжников отбор на Олимпиаду-2026 стартует из непростой позиции. Прошлый сезон, определявший основные квоты, прошёл без участия россиян — без международных очков и баллов Кубка наций. Поэтому команда оказалась в категории стран без единой лицензии, которым FIS выделяет по десять дополнительных мест у мужчин и женщин. Эти квоты распределяются только по результатам первых недель сезона-2025/26.

Дополнительные путёвки не именные и зависят от очков FIS, а не кубковых баллов, и система здесь максимально странная: чем меньше сумма, тем выше шанс. Для допуска достаточно один раз финишировать в личной гонке этапа Кубка мира и уложиться в порог 300 очков FIS — минимального рейтинга, подтверждающего соответствие международному уровню. Фактически это не борьба за высокие места, а условие «не провалить гонку».

Проблема в том, что времени почти нет. Этапы в Руке и Тронхейме россияне пропустили, и единственным окном остаётся Давос 13–14 декабря, где пройдут спринт и «десятка» коньком. После этого начнутся Тур де Ски и этап в Оберхофе, а квалификационный период завершится 18 января. То есть кампания фактически укладывается в одно-единственное выступление.

Потолок для России тоже ограничен: максимум одна мужская и одна женская лицензия — таков регламент для стран, пропустивших предыдущий сезон. А риск снова остаться без квот огромен: всё зависит от скорости выдачи нейтральных статусов и от того, успеют ли спортсмены получить визы и добраться до стартов.

Главный кандидат у мужчин — Савелий Коростелёв. Это единственный лыжник, подписавший апелляцию в CAS; у него есть действующий шенген, и он готов вылететь в Давос сразу после появления в списке нейтралов. У женщин ситуация сложнее: Дарья Непряева выглядит наиболее готовой, но её допуск зависит от антидопинговых процедур и визовых формальностей. У Алины Пеклецовой есть спортивные аргументы, но она не входит в пул тестирования FIS.

В резерве остаётся Сергей Ардашев, лидер Кубка России, однако отсутствие в международном пуле тестирования ставит под сомнение его допуск. В условиях жёстких сроков старт может получить не самый сильный, а тот, кто быстрее проходит формальные процедуры, — и это почти неизбежно создаёт риск внутренних конфликтов.

Звёзды вроде Александра Большунова и Вероники Степановой почти не вписываются в критерии нейтральности: публичные заявления, участие в политических мероприятиях и связи с силовыми структурами становятся барьером. FIS будет проверять каждый пункт — отсутствие политической активности, отсутствие поддержки СВО, отсутствие связей с военными ведомствами, членство в антидопинговом пуле.

Возвращение российских спортсменов в систему FIS касается не только лыжных гонок. Под зонтик федерации входят ещё пять олимпийских дисциплин, и у каждой свои правила, сроки отбора и степень реальности для российских спортсменов.

В прыжках с трамплина квалификация у прыгунов растянута на два сезона и завершится только 18 января 2026 года. В мужском и женском соревнованиях предусмотрено по 50 мест. Чтобы попасть в олимпийский список, спортсмен собирает квалификационные очки на этапах Кубка мира, а затем — при необходимости — на стартах Континентального кубка. Проходной уровень сейчас выглядит умеренным: у женщин последнее место в топ‑50 занимает спортсменка с одним очком, у мужчин — с двумя. Это означает, что теоретически россияне могли бы быстро включиться в борьбу, если успеют выйти на старты и покажут хотя бы несколько стабильных попыток.

В лыжном двоеборье конкуренция даже мягче. Всего по 35 мест на пол, причём максимум три атлета от одной страны. В рейтинге за 30 ноября «хвост» списка закрывает украинец Александр Шумбарец, набравший всего семь квалификационных очков. Иначе говоря, чтобы попасть в олимпийский список, достаточно регулярно финишировать, даже не претендуя на высокие позиции. Но ключевая проблема — география этапов: оставшиеся старты пройдут в Рамзау, Шонахе, Отепя и Оберхофе. Эстония может оказаться недоступной из‑за визовых ограничений, а это сокращает и без того скромный запас возможностей.

Горнолыжный спорт — одна из самых популярных дисциплин Олимпиады: по 151 участнику на пол. Формально квот много, но система отбора едва ли не самая сложная. В зачёт идёт средний результат по лучшим пяти стартам в технике и двум — в скоростных дисциплинах. Причём, если у спортсмена недостаточно попыток, итоговый коэффициент выводится по специальной формуле. Россиянам предстоит фактически догонять целый сезон, причём на фоне слабой статистики прошлых Олимпиад. Чтобы иметь шанс, нужно стартовать на максимально возможном количестве гонок: в календаре — Швейцария, Франция, Австрия, Словения, Италия. Задача не выглядит нереализуемой, но времени на набор стабильных результатов почти нет.

Фристайл тоже входит в число одной из самых больших по составу дисциплин: всего 137 квот на пол. Но и здесь у России крайне сложная отправная точка. В зачёт идут все выступления за квалификационный период — а его почти полностью пропустили. В биг‑эйре и слоупстайле правила мягче: учитываются четыре лучших результата в биг‑эйре и шесть — в слоупстайле. Но даже это мало помогает, когда до конца отбора остаётся всего несколько этапов, разбросанных между США, Канадой, Китаем и Швейцарией. При такой логистике и плотном календаре говорить о реальной борьбе за крупные квоты трудно.

По структуре отбора сноуборд напоминает фристайл: 115 путёвок на пол, четыре дисциплины, плюс квоты хозяев Олимпиады. В зачёт идут суммарные очки за весь квалификационный период. Пример украинца Михаила Харука показывает, что даже один яркий финиш способен резко поднять спортсмена в таблице: его выход в топ‑15 на одном из этапов дал ему 16 очков и фактически обеспечил место в предварительном списке. Теоретически россияне тоже могут воспользоваться подобным шансом — особенно в параллельных дисциплинах. Но график этапов разнесён по разным странам и континентам, а оставшихся стартов немного. С логистикой и визами ситуация тоже непростая.

Юридическая победа в CAS не означает автоматического допуска российских спортсменов к каждому старту: помимо регламентных процедур им приходится сталкиваться с политическим сопротивлением — прежде всего в Скандинавии, где возвращение россиян вызывает эмоциональную реакцию. Особенно жёстко высказались в Норвегии: мэр Тронхейма Кент Ранум назвал решение суда «разочаровывающим» и заявил, что российские спортсмены «нежеланны» на ближайшем этапе Кубка мира, а представители зелёных предложили полностью запретить им въезд.

При этом норвежские власти вынуждены следовать визовым правилам, а не политическим эмоциям. Директорат по миграции напомнил: ограничения касаются только туристических поездок, а участие в международных соревнованиях является достаточным основанием для въезда. Если у спортсмена есть действующий шенген, формальных препятствий нет — даже при публичном сопротивлении местных чиновников.

Жёсткая линия звучит и в Швеции. Генсек национальной ассоциации Пернилла Бонде назвала новости из Лозанны «печальными», а член правления FIS Карин Маттсон заявила, что решение «несправедливо по отношению к спортсменам других стран». В Финляндии тон мягче, но свои опасения тоже есть: главный тренер Теему Пасанен открыто говорил о риске перераспределения квот и надеялся, что россиянам предоставят минимум.

Тем временем разговоры о возможных бойкотах заметно стихли. Те, кто раньше угрожал отказаться от стартов, теперь не готовы жертвовать подготовкой к Олимпиаде. Президент Олимпийского комитета Швеции Ханс фон Утманн подчеркнул: организация бойкотировать не будет, а индивидуальные решения останутся на совести спортсменов.

На стороне российских атлетов — позиция МОК. Глава организации Кирсти Ковентри не раз заявляла, что визовые барьеры недопустимы, если спортсмен получил нейтральный статус. Формально у национальных властей мало инструментов для блокирования участия: отказ требует строгого юридического обоснования. Но атмосферное давление, медийный шум и мелкие логистические препятствия вполне реальны. Поэтому каждое появление россиян на международных стартах превращается не только в спортивный, но и в дипломатический экзамен на соблюдение правил.

Серия решений CAS в пользу российских зимних видов спорта стала не случайностью, а частью цепочки прецедентов, которые меняют конфигурацию всего сезона. Всё началось с саночников, затем аналогичные выводы были сделаны по бобслею и скелетону. Лыжные виды стали третьим примером, когда суд прямо напомнил международным федерациям: нельзя отстранять спортсменов только из-за гражданства, если они соответствуют критериям нейтрального допуска.

Поворотным моментом стала смена стратегии. Вместо эмоциональных требований коллективного возвращения Россия впервые за долгое время выстроила юридически выверенную линию. ОКР, Минспорт и юристы Libra Law во главе с Клодом Рамони доказали, что запрет FIS нарушал её собственный принцип политической нейтральности. Такой подход позволил использовать те же механизмы, которыми много лет руководствуются западные федерации, — и, как оказалось, они работают и в пользу российских спортсменов.

С точки зрения Милана-2026 перспективы остаются сдержанными: в лыжных гонках — от нуля до двух квот — всё завязано на быстроту решений FIS и успешное выступление в Давосе. В других дисциплинах возможны лишь точечные попадания. Зато паралимпийцы получили максимальный эффект: CAS подтвердил, что в их случае нет даже теоретической основы для недопуска, а значит, возвращение происходит в полноценном, а не нейтральном статусе.

Дальнейшее будет решаться уже после Игр. Если нынешний юридический подход сохранится, к сезону-2026/27 Россия может вернуться в Кубок мира в полном объёме. Главное изменение — появление практики, которая позволяет защищать права спортсменов не лозунгами, а инструментами международного спортивного права. Милан-2026 в этой логике — не финиш, а этап, после которого системе придётся признать российских атлетов частью общего спортивного пространства.

Артем Кузьмин, «Фонтанка.ру»