«Адаптируются к новым реалиям». Первый зампред ВТБ оценил влияние новой налоговой реформы на платежеспособность компаний

В долгосрочной перспективе повышение НДС играет против разгона инфляции, а размытие долей акционеров второго крупнейшего банка страны проводилось в интересах главного из них — государства. Звучит парадоксально, но это так, объяснил «Фонтанке» 24 сентября на полях инвестиционного форума ВТБ «Россия зовет!» в Петербурге первый заместитель президента — председателя правления банка Дмитрий Пьянов.

— Минфин внес в правительство поправки в Налоговый кодекс. По вашей оценке, отразятся ли эти изменения на возможностях корпоративных клиентов обслуживать свои обязательства и как?

— Я не вижу большого влияния повышения НДС на платежеспособность корпоративных клиентов. Нужно отметить, что изменение налогов служит цели структурной балансировки бюджета. Это в долгосрочной перспективе является позитивным макроэкономическим фактором. Второе: по опыту 2019 года, когда НДС увеличивался с 18 до 20%, это приведет к краткосрочному увеличению цен и к краткосрочному, как я надеюсь, увеличению инфляционных ожиданий. Поэтому, как мы прогнозируем, до середины 2026 года это может потребовать большей осторожности Банка России в снижении ключевой ставки. Но за пределами этого периода изменение налога — антиинфляционный фактор, он снизит потребление, а экономические агенты адаптируются к новым реалиям.

Лично я буду особенно внимательно наблюдать за опорным заседанием совета директоров Банка России в конце октября, потому что оно предполагает обновление прогнозов. Очень интересно, как Банк России изменит прогноз по траектории ключевой ставки на 2025 и 2026 годы.

— Какая сейчас доля просроченных кредитов по всему портфелю ВТБ и по корпоративному сегменту? Как я понимаю, корпоративный более показателен в этом плане, чем розничный. Если я не права, поправьте меня, пожалуйста.

— Вы не правы. У нас доля просроченных кредитов небольшая, в розничном портфеле она выше, чем в корпоративном. То есть мы наблюдаем неравномерность в распределении кредитного риска.

Если говорить о корпоративном сегменте, то можно отметить, что чем меньше предприятие, тем более оно подвержено кредитному риску. Также уровень риска зависит от отрасли. Угольная отрасль, девелопмент, металлургия попали в идеальный шторм из-за крепкого курса рубля, снижения спроса и цен на экспорт, высокой процентной ставки — эти три отрасли в корпоративном сегменте среди закредитованных компаний являются сосредоточением кредитного риска. В других отраслях — все ровно.

В рознице те клиенты, которые взяли кредиты в период высоких процентных ставок — то есть со второй половины 2023-го по 2024 год, — чувствуют себя менее уверенно, нежели кредитовавшиеся в период низких процентных ставок. Уровень просроченных кредитов — 5,5% в рознице, 3,5% в корпоративном сегменте, по всему портфелю — около 4%.

—  ВТБ с начала года взял курс на наращивание корпоративного портфеля и сокращение розничного, который сейчас убыточен. При этом мы видим, что налоговая нагрузка на бизнес повышается, бюджет, вероятно, будет мягче, чем ожидалось, а денежно-кредитная политика, наверное, чуть-чуть пожестче. Вы уже думали, как все это скажется на ваших результатах за 2026 год, на вашем прогнозе по прибыли?

— У нас в 2026 году будет рекорд по чистой прибыли. Ключевая ставка снизилась уже на 4 процентных пункта — по нашим расчетам, это уже плюс 80 млрд чистой прибыли, поэтому мы точно побьем рекорд 2024 года. Таким образом, если говорить о трехлетке, то показатели такие: 551,4 млрд рублей в прошлом году, 500 млрд — в 2025 году и больше 600 млрд — в 2026 году. Этот порядок цифр принципиально не изменится.

— Насколько вы согласны с оценкой, что допэмиссия в 12,6 раза размыла долю первых акционеров ВТБ, и как бы вы прокомментировали радикальное мнение, что допэмиссия проводилась не в интересах государства как главного акционера?

— Я с этими оценками не согласен. Государство заинтересовано в долгосрочном благосостоянии акционерных обществ, которыми оно владеет. Это вдвойне верно, если это акционерное общество — банк, который с точки зрения кредитного импульса поддерживает рост ВВП. Банк ВТБ не получил ни рубля государственных ресурсов для возмещения реализованного санкционного риска 2022 года и значительных потерь. Мы собственными усилиями восполнили более триллиона рублей капитала через собственную прибыль и через рыночные привлечения. При этом по результатам увеличения капитала доля государства все равно превышает уровень 50%, сохраняется государственный контроль, и с точки зрения корпоративного управления изменений нет.

Посмотрим на SPO прошлой недели. Формально оно было размывающим доли акционеров. Речь о существующих акционерах, которые не участвовали в размещении, их доля размылась. Но эти акционеры получили дивиденды в большем размере, чем размер допэмиссии. У них было преимущественное право участия в этой допэмиссии. Кто хотел — участвовал. Кроме того, само это размытие было не таким уж значительным — если бы, например, допэмиссия была проведена до выплаты дивидендов, то дивидендная доходность снизилась бы примерно на 3 процентных пункта и все равно превысила бы 20%.

Для растущих кредитных институтов потребность в дополнительном капитале естественна. Хорошо, если этот дополнительный капитал возможно привлечь из внутренних источников. В наших условиях после выплаты рекордных дивидендов в 276 миллиардов рублей возникла потребность в 85 миллиардах рублей дополнительного капитала. Я считаю, что дивиденды с доходностью около 24% обеспечивают интересы существующих розничных инвесторов из-за превышения размера этих дивидендов над размером размытия. Если говорить упрощённо, то допэмиссия даст нам возможность с большей уверенностью прогнозировать солидные дивидендные выплаты в следующем году и в этом смысле позитивна и для государства, и для миноритарных акционеров.

Еще один важный фактор — это большая задача национального уровня по повышению капитализации фондового рынка. Наша сделка стала крупнейшей, привлекла рекордную сумму и розничных, и институциональных инвестиций и, как мы надеемся, открыла многим компаниям выход на рынок акционерного капитала, и в этом смысле государство безусловно было заинтересовано в успешности нашего размещения.

— Что касается розничного бизнеса в новых регионах и в Крыму, можете рассказать, какие там результаты с начала года по различным кредитным продуктам? Как будет вести себя портфель в следующем году и на какие цели больше всего берут кредиты, какой сегмент там лидирует?

— Мы начали открывать первые офисы на новых территориях в 2024 году. Сейчас мы представлены во всех новых областях, там фиксируем большой поток клиентов. Основные продукты — это, конечно, открытие счета, переводы, вклады. Кредитные потребности клиентов мы тоже готовы закрывать, спрос на кредиты распределен равномерно по всей нашей палитре продуктов для розничного клиента. Ипотека, субсидированная ипотека, потребительский кредит и автокредит — ключевые кредитные продукты.

По сравнению с первыми месяцами работы новых офисов, которые открываются в остальных регионах России, в новых регионах мы видим, что потоки клиентов и транзакционная активность выше примерно на 30%.

Беседовала Евгения Горбунова,
«Фонтанка.ру»