«У нас 1890 год». Почему в городе трех революций молчат профсоюзы

Профсоюзное движение робко просыпается в Петербурге, впервые после уже почти забытых забастовок нулевых. «Фонтанка» рассказывает, почему трудящиеся в колыбели революций все еще не могут выйти за рамки теории малых дел, а кого-то из прежних лидеров сейчас называют предателем.

40

В Петербурге, по данным системы СПАРК, зарегистрированы более 500 профсоюзных организаций — на частных и государственных предприятиях, в больницах и вузах — но об их работе ничего не слышно. После слива протеста рабочих завода Ford и других заметных акций в 2000-х город не видел крупных забастовок, в конце 2010-х почти не слышал о них, а за время пандемии вообще забыл, что это такое. Причин этому много: от коронавирусных потрясений на рынке труда до тонкостей трудового законодательства. К тому же, ситуацию начала 2000-х, когда петербургские профсоюзные лидеры ездили по всему миру набираться знаний для борьбы за права рабочих, сейчас невозможно представить: статус иноагента — это черная метка для любой организации.

Однако профсоюзная активность понемногу просыпается на местах, встречая ожесточенное сопротивление как со стороны работодателей, так и властей. Даже простое участие в активных, а не декоративных профсоюзах теперь открыто называют давлением на администрацию. «Фонтанка» рассказывает о них в лицах и на конкретных примерах.


Непрохладительные напитки

Как стало известно «Фонтанке», завод PepsiCo в Петербурге сократит профсоюзного активиста, который публично рассказал о запредельной температуре в цехах в жаркие дни. Именно с этим электромеханик, глава профкома МПРА на заводе PepsiCo Евгений Медведев связал увольнение свое и своих коллег.

В аномально жаркие июньские дни рабочий стал фиксировать в цехах завода высокую температуру воздуха, которая доходила до 36 градусов. Ключевое значение здесь имеет пройденный порог в +30,5 градуса. При таких показателях Роспотребнадзор рекомендует работодателям сокращать рабочий день на 4 часа, но, как рассказывает профсоюзный активист, этого сделано не было.

Медведев вместе с коллегами стал фиксировать повышенную температуру в актах о выявлении нарушений требований охраны труда. На основе наблюдений он писал заявления руководству с просьбами компенсировать сотрудникам работу в угрожающих жизни условиях.

Однако, выйдя на смену 11 июля, электромеханик обнаружил, что его пропуск заблокирован, а сам он отстранен от работы на неделю в связи с внеочередным медицинским осмотром. Хоть за Медведевым на это время сохранялось его рабочее место и зарплата, он не обрадовался: после отстранения у него начинался двухнедельный отпуск, то есть в общей сложности завод оставался без ревизора на три недели. За это время жара пошла на убыль, и в Петербурге снова начались дожди.

Ответ на заявления ему пришел от супервайзера процессов управления персоналом. В нем сообщалось практически то же самое, что в пресс-службе предприятия говорили «Фонтанке» — про запасы питьевой воды в цехах, 10-минутные перерывы, кондиционеры и монтаж вытяжки. Из нового, оказалось, руководство не увидело оснований доплачивать «неопределенному кругу» работников за июнь. Повысить зарплату за работу во вредных условиях можно только после того, как условия признают таковыми по итогам специальной оценки условий труда (СОУТ). По закону она проводится комиссией, куда включаются представители первичной профсоюзной организации.

После отпуска Медведева ждал еще один сюрприз — уведомление о сокращении его должности со 2 ноября. До тех пор завод отправляет главу профкома и двух других электромехаников в оплачиваемый простой. Рабочий связал это с активностью профсоюза.

Как объяснили «Фонтанке» в пресс-службе PepsiCo, электромехаников решили уволить из-за увеличения простоев оборудования. Структура техотдела завода в декабре 2020 года была изменена в качестве пилотного проекта — в команду приняли трех электромехаников, делегируя им часть функций операторов-наладчиков линии. Предполагалось, что реорганизация поможет сократить простои, проводить своевременные закупки запасных частей и расходных материалов, а также снизит затраты на них.

«Мы проанализировали результаты 6-месячного пилотного проекта. Они, вопреки нашим ожиданиям, показали увеличение количества простоев оборудования. Это связано с тем, что электромеханики сами не работают на оборудовании, в связи с чем заявки на закупку запасных частей и расходных материалов составляются некорректно, что приводит к их дефициту и, как следствие, к простою линий. Проект по передаче части функционала операторов-наладчиков линий электромеханикам показал свою неэффективность», — сообщили на предприятии.

Медведев заявление работодателя во многом опровергает. Во-первых, договор с ним был подписан не в декабре, а в августе 2020 года, ни о каком пилотном проекте речь не шла. Во-вторых, как он сам отмечает, его отделу, наоборот, не хватало рук, из-за чего электромеханики были вынуждены перерабатывать и просить себе в помощь еще одного человека. В-третьих, ему не ясно, как сокращение электромехаников приведет к снижению количества простоев. «Чтобы было меньше простоев, нужно делать плановый ремонт. По факту у нас только аварийный ремонт. Ссылаться на то, что из-за нас увеличилось количество простоев — это нонсенс», — считает рабочий.


Дела давно минувших дней

В МПРА надеются, что компания пойдет на переговоры с профсоюзом и сотрудники смогут сохранить свои места. История с PepsiCo стала поводом для организации напомнить о себе. Она сформировалась в 2006 году и изначально отстаивала интересы работников автомобильной промышленности. В нее вошли профсоюзы крупнейших автозаводов России, включая всеволожский Ford. Его сотрудники были одной из основных сил профсоюзного движения Петербурга и Ленобласти. В 2007 году протесты бушевали на заводе Ford, итальянскую забастовку устраивали докеры стивидорных компаний «Морского порта Санкт-Петербург», на дыбы вставали сотрудники Октябрьской железной дороги.

Спустя десять лет на сцене были все те же докеры и рабочие «Форда», но силы уже были не те. В 2018 году суд беспрецедентно обязал ликвидировать профсоюз из-за наличия «признаков иностранного агента». МПРА подвело соседство на митингах с ЛГБТ-активистами и общение с заграничными профсоюзами, в том числе международным IndustriALL, от которого организация получала средства на проведение семинаров. В том же году Верховный суд отменил это решение. «Фордовцы» при поддержке профсоюза воевали до середины 2019-го, пока лидеры протеста на закрывающемся предприятии не приняли условия работодателя и не подали заявки на добровольное увольнение. Среди них был председатель профсоюза МПРА в Петербурге Игорь Темченко. Он же сейчас стоит у руля возвращения организации в инфополе и рассказывает «Фонтанке», что же тормозит развитие профсоюзов в Петербурге.

«Движение на спад пошло, наверное, с появлением кризиса. Единственная возможность для профсоюзов давить на работодателя, чтобы добиваться каких-то целей — это только экономически, а во время кризиса сильно не подавишь. Все остальное — сопутствующее. Если раньше профсоюзы могли хотя бы проводить какие-то митинги, пикеты, сейчас мы и этой возможности лишены», — говорит Темченко.

По его мнению, подъем движения пришелся на забастовку «Форда», но и до этого были сильные профсоюзы, которые обучали активистов автозавода. Среди них он называет объединения докеров, моряков, летного состава. При этом Темченко затруднился назвать профсоюзы, которые сейчас могут похвастаться своими достижениями.

Нынешний председатель Российского профсоюза докеров Максим Колядинцев в разговоре с «Фонтанкой» посетовал на невозможность прибегнуть к более решительным действиям, чем обращения в Государственную инспекцию труда и прокуратуру, откуда, как правило, приходят формальные отписки.

«Если вы помните, все забастовки были признаны незаконными. Учитывая, что работодатели сейчас научились общаться с профсоюзами, они могут еще все эти издержки, которые понесут в случае признания забастовки незаконной, повесить на профсоюзы, — говорит представитель докеров. — Во всяком случае по морскому порту у меня есть заключение комитета по труду, которое говорит о том, что в порту забастовки запрещены по определению».

Приходится искать другие способы воздействия, договариваться. По словам Колядинцева, ситуация осложняется тем, что работодатели нанимают профессионалов, которые собаку съели на борьбе с профсоюзами. «Таких результатов, как раньше, сейчас нет, но стараемся не терять достигнутое. Две стивидорные компании в Петербурге — «Первый контейнерный терминал» и Нева-металл — за последнее время ничего не потеряли, даже в чем-то чуть-чуть улучшили условия для работников», — отмечает он.

«С нами научились бороться»

Координатор профсоюза работников здравоохранения «Действие» в Ленобласти Григорий Бобинов видит другие причины кризиса профсоюзного движения. «С нами научились бороться. Трудовой кодекс против нас. Те люди, которые работали в Советском Союзе, знают, что такое профсоюзы, ушли на пенсию. Появилось новое поколение, которое ничего не знает. Люди мигрируют с работы на работу, нигде надолго не задерживаясь. У них в головах не возникает идеи организовать какие-то коллективные действия, никто не знает, что такое коллективный договор. Если учителя не знают, что это, они не могут рассказать это ученикам», — перечисляет он.

Кроме того, практически на каждом крупном предприятии, частной или бюджетной организации теперь есть антикризисные менеджеры, которые расправляются с неформальными лидерами и альтернативными, некарманными профсоюзами, отмечает Бобинов.

В качестве примера он приводит историю, которая произошла весной 2021 года во Всеволожской клинической больнице, где ячейку «Действия» возглавлял врач-эндоскопист Геннадий Владимиров. Руководство больницы сократило его вместе с отделением на фоне волнений среди сотрудников и недовольства условиями труда. Как сообщали СМИ, медики жаловались на нехватку СИЗ, отмену «класса вредности» у инфекционного отделения и другие нарушения. Впрочем, профильные региональные чиновники претензии опровергли.

Бобинов обращает внимание на то, что за несколько месяцев до сокращения Владимирова и всего эндоскопического отделения «первичку» профсоюза работников здравоохранения РФ в больнице возглавил Алексей Этманов, бывший «фордовец» и, пожалуй, самый известный некогда в городе профсоюзный деятель — экс-президент МПРА, экс-депутат Заксобрания Ленобласти, которого координатор «Действия» теперь называет «предателем МПРА». Во всеволожской больнице он занял должность заместителя начальника управления по обеспечению деятельности предприятия, а профсоюз, которым он теперь руководит, входит в структуру Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР). «Независимых от трудящихся», — язвит Бобинов.

«Фонтанке» не удалось побеседовать с Этмановым о судьбе профсоюзного движения в Петербурге, а также о ситуации с сокращением эндоскопистов. Ответив на звонок корреспондента, он сослался на занятость, а сообщение в мессенджере не прочитал.

Бывший лидер протестов на «Форде» Владимир Лесик уверен, что опытный врач Владимиров восстановится на работе, как уже делал это раньше. Что до идеологического конфликта между профсоюзами, он бы померк, если бы у них был повод объединиться ради общей цели, считает активист.


Было бы желание

«Здесь не в неприязни дело. Если бы сторона работодателя была готова сесть за стол переговоров с двумя профсоюзами, которые даже не представляют 50% сотрудников, они спокойно бы сели и решали вопрос, — говорит он. — Если для членов профсоюзов и рядовых работников это нужно, о неприязни все забывают, даже профсоюзы, неважно какие».

«Мы сейчас в глубоком кризисе. Как выходить — пока не знаю. У нас сейчас именно просвещение идет. Возьмите 1890 год — у нас сейчас то же самое на предприятиях. Единственное, что рабочих еще не бьют эти антикризисные менеджеры», — считает Григорий Бобинов.

По его словам, «Действие» за последние три года выросло по России с 300 до 5000 человек и теперь в Верховном суде борется за статус общероссийского профсоюза, дающий дополнительные возможности. МПРА после истории с признаками иноагента, по его оценке, поднялся в Петербурге с трех человек почти до ста. Кроме них, активист выделяет еще два перспективных альтернативных профсоюза в Петербурге — «Учитель» и «Университетская солидарность». Все четыре организации входят в Конфедерацию труда России (КТР). Всего в ее составе более 20 общероссийских и межрегиональных профсоюзов. Однако на всю страну этого недостаточно, чтобы стать заметной силой на рынке труда.

Также опрошенные «Фонтанкой» профсоюзные лидеры отмечали активность профсоюза «Курьер». Он провел акцию в поддержку сотрудников служб доставки прошлым летом, в которой из солидарности поучаствовали и петербуржцы, но после этого громких действий профсоюз не предпринимал. Отдельно стоит отметить забастовку курьеров Ozon в Петербурге. Ее результатом стало создание профсоюза в компании. Менеджмент удовлетворил первостепенные требования бастующих. Но многие, по их словам, после этого получив расчет, покинули место работы. После онлайн-ретейлер и вовсе решил отказаться от собственной службы доставки.

Евгения Горбунова, «Фонтанка.ру».

ПОДЕЛИТЬСЯ

ПРИСОЕДИНИТЬСЯ

Самые яркие фото и видео дня — в наших группах в социальных сетях.Присоединяйтесь прямо сейчас:

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии (40)

вообще нафиг не сдались эти профсоюзы, они должны с директором быть чуть ли не на дружеской ноге, и общая политика должна быть направлена на успех. А общая политика направлена на гарантированное бабло любыми путями вопреки любому говну от власти, конкурентов, аудиторов...

профсоюз это кидалово.
С буржуём хозяином и так понятно, хочет ли он платить деньги и уважать нанятых. А эти как председатель садоводства, существует, чтобы тихо тырить помаленьку

Тот случай когда журналист Евгения Горбунова, «Фонтанка.ру» прошлась только по вершкам. Было ещё и такое ( https://www.fontanka.ru/2018/02/22/076/ ) в профсоюзах Почты России в СПб

Наши партнёры

Lentainform

Загрузка...