«Символ сегодняшнего положения». Чем запомнится театральный роман Кехмана

Спустя 19 лет из Михайловского театра уходит его художественный руководитель, а ранее гендиректор Владимир Кехман. «Фонтанка» вспоминает, какими были эти годы и почему самому необычному худруку в истории Петербурга подмигнула Пиковая дама.

Эра Владимира Кехмана в театральном мире Петербурга началась в 2007 году громко: культурная общественность, не стесняясь в выражениях, ругала на чем свет стоит «бананового короля». Действительно, по тем временам это было нечто неслыханное: театры, музеи были «храмами культуры», о которых говорили с придыханием, а самое большое возмущение могла вызвать какая-нибудь не связанная с исходным сюжетом режиссерская постановка оперы в Мариинском театре или смелое предложение разбить палатки кинофестиваля на Дворцовой площади.

И вот во главе театра, сменив уважаемого оперного режиссера Станислава Гаудасинского, мужа почетного гражданина Петербурга певицы Ирины Богачевой, появляется молодой бизнесмен, который, в свою очередь, начинает, не обращая внимания на всю петербургскую интеллигенцию, делать то, что заявил: создавать из Михайловского (в ту пору, кстати, хотя мы уже забыли, он назывался Театром оперы и балета имени Мусоргского и именно Кехман вернул к жизни историческое имя) полноценного конкурента самому Мариинскому театру, империи Валерия Гергиева!

Ругать новые постановки в Михайловском, как и обновленный театр, было правилом хорошего тона. Казалось, бизнесмен и сам нещадно «троллил» публику, которая припоминала ему многолетний опыт импорта фруктов; в детском балете «Чиполлино» в далеком 2008 году Кехман дебютировал в партии Принца Лимона.

Следующий вау-эффект он вызвал, запустив в том же 2008-м на сцену Михайловского живую тигрицу. Запрещенный прием, низкий жанр, «театр — не цирк», а средства выразительности должны быть художественными, заставлять человека думать, предлагать ему пищу для души — единогласно сказал культурный Петербург. Но тем не менее посмотреть, что получилось, пошли все. Кстати, тигрица по кличке Шакира умерла совсем недавно, в 2022-м, о чем театр сообщил, не забыв свою артистку.

Отдельная сторона дела — визуальный «ребрендинг»: свою публику Кехман запустил в Михайловский только после ремонта. Зал был «с иголочки», сияющий серебром и золотом, — ну, чисто солидный театр для солидных людей и их блистательных дам. Он эпатировал ценами, позициями в буфете, мероприятиями нового типа, даже, наконец, вызывающими образами своих гостей, которые были не похожи на привычно кочующую из зала в зал скромную петербургскую интеллигенцию. За считаные годы почти забытый театр стал одним из модных мест Петербурга.

Он заманивал и звезд — балета, оперы. Как говорится, «полюбить — так королеву»: пригласил руководить оперой Елену Образцову, балетом — Фаруха Рузиматова, музыкальными руководителями — заморских дирижеров: Даниэле Рустиони, Петер Феранец. Среди других имен — балетмейстер Михаил Мессерер, танцовщики Иван Васильев и Наталья Осипова, только-только ушедшие из Большого театра, Владимир Юровский, Андрий Жолдак, Дмитрий Черняков, Михаил Татарников.

Держались звезды в Михайловском, правда, не подолгу — в кулуарах рассказывали о характере директора (в ту пору, до банкротства в 2012 году, Кехман был еще финансово ответственным лицом).

Наконец, отдельной страницей в жизни театра было приглашение в 2011 году испанского балетмейстера Начо Дуато. Петербург словно услышал волшебное заклинание, и в театр потянулись уже все, даже профессиональные слушатели и зрители. Тем более что росло число постановок, созданных в копродукции с европейскими театрами, шла покупка лицензий на показы, к участию приглашались звезды оперы, такие, как Дмитрий Корчак и Олеся Петрова. Труппа Михайловского театра стала собирать награды — причем не только «софиты» и «маски», но и пользоваться успехом на гастролях за рубежом.

Параллельно Кехман занимал руководящие должности в других театрах, а затем сам пошел получать театральное образование — тоже неслыханное дело: обычно все-таки к культуре приучают с младых ногтей, и если к солидному возрасту из человека не вышло творческой личности — то уже и не выйдет. Но Кехману было мало, вслед за Академией театрального и музыкального искусства в 2009-м (продюсерский факультет) был ГИТИС (искусство театральной режиссуры) в 2021-м, а вслед за Принцем Лимоном — уже Иван Грозный. И вот Кехман лично появляется на афише спектакля «Опричник», поставленного начальником Управления президента РФ по общественным проектам Сергеем Новиковым.

А дальше — собственные постановки (хотя зачастую на репетициях Кехман из директорской ложи командовал и чужими): поначалу в качестве режиссера балета (не главная должность все-таки, там ответственное лицо — балетмейстер), а потом уже и режиссера оперы. И вот на сценах российских театров появляются поставленные им «Дама с камелиями», «Богема», «Пиковая дама». А параллельно — руководство дирекцией Санкт-Петербургского форума объединенных культур.

С Михайловского театральная карьера Кехмана началась, и им же заканчивается, но он работал и в других театрах. В Новосибирском он тоже был сначала гендиректором, а затем художественным руководителем (ушел в 2021-м), а во МХАТе им. Горького — только гендиректором. Именно эта сюжетная линия в итоге и определила нынешнюю драму.

Едва придя во МХАТ, Кехман в 2021 году начал модернизацию его сцены на Тверском бульваре силами подрядчика «Атлант-проект». Официально он принадлежит Петру Семенову, но связь с предпринимателем Маратом Каргиновым сложно отрицать. Именно строительные компании Каргинова в разные годы работали во всех трех названных театрах, а позже — на реставрации Биржи, где для Владимира Кехмана как директора Культурного форума тоже готовили кабинет.

Поэтому когда в середине 2025 года по уголовному делу о растрате во МХАТе пошли обыски, заходили во все фирмы из контура Каргинова, в том числе петербургские. Самому Кехману предъявили обвинение, сняли с поста директора МХАТа, но в отличие от того же Семенова оставили под подпиской о невыезде. Так что ничего не мешало ему продолжать и светскую, и театральную деятельность — теперь уже только в Михайловском театре, который, впрочем, тоже обысков не избежал.

Театр в сентябре показательно открыл сезон именно «Пиковой дамой» в постановке Кехмана, но следователи тоже продолжали свою работу. Появились еще два зеркальных дела — о даче взятки и о ее получении: фигурантами назначили как раз Кехмана и Каргинова, а мзду силовики увидели в покупке дорогих иномарок, которыми режиссер пользовался. Насколько обострилась ситуация, стало понятно ближе к концу года, когда долгое время ходившего под подпиской Каргинова сначала объявили в розыск, а после задержали и арестовали.

Это неминуемо сказалось на реставрации Биржи, контракт на которую с компанией «РСК-Ренессанс» Минкульт расторг под Новый год. Но казалось, что самого Кехмана невзгоды все еще обходят стороной, а в Михайловском продолжали идти его постановки. О том, что он покидает последний свой театр, стало известно 16 января. В прощальном пресс-релизе администрация вспомнила фразу знаменитого дирижера Юрия Темирканова от 2013 года: «Владимир Кехман стал символом сегодняшнего положения Михайловского театра».

Помимо вопроса о репертуарной политике, интересно, как эти перестановки скажутся на модернизации — в этот раз Михайловского театра. Она подразумевает переустройство амфитеатра и партера, строительство вращающейся сцены. Подчеркнем еще раз, Кехман с 2015 года был лишь его художественным руководителем, а не генеральным директором. Но контракты на проектирование работ с 2023 года по совпадению опять же выполняли компании из контура Марата Каргинова.