
Морозное утро после Рождества на 2-м Муринском проспекте началось со стихийных протестов и звуков рушащегося здания. К пустовавшему объекту, построенному в середине 1950-х, подогнали тяжелую технику. Местные жители выстроились у забора с требованием остановить снос. Они кричали, что работы незаконны, а следственные органы утверждали, что собственник действует в рамках правового поля. В момент, когда в ситуацию вмешался Комитет по госконтролю, использованию и охране памятников истории и культуры (КГИОП), здание было полуразрушено.
Градозащитники с 9 утра находились у бывшего здания научного института, в 10 часов экскаватор принялся долбить стену. В месте, где ограждение закрепили слабо, была настоящая схватка.






«Активисты и местные жители пытались прорваться сквозь забор — их закидывали снежками, толкали и выкидывали тех, кто перелез. Человека прям поднимали руками и перекидывали. Через какое-то время люди преодолели ограждения. Зашли где-то сбоку, не там, где эти бои эпичные происходили», — рассказал наш фотокорреспондент Андрей Бок.
В итоге около 30 человек оказались на территории бывшего ВНИИБ. Техника временно прекратила снос, протестующие скандировали «Уезжай» и «Снос незаконен».
Позиция СК: работы в рамках правового поля
В это время звучали комментарии от представителей власти. Жители обратились к Следственному комитету с просьбой остановить процесс. В СК перечислили документы застройщика ООО «СЗ „2-й Муринский“»: и право собственности, и разрешение на строительство до 2027 года, и ордера ГАТИ. СКР сделал акцент на том, что все суды и проверки КГИОП «не признали здание объектом культурного наследия» и что «работы ведутся в рамках действующего правового поля».
КГИОП: застройщик был в курсе нового заявления от граждан

В рамках того же правового поля КГИОП обратился в полицию с заявлением о пресечении правонарушения. В своем комментарии комитет пояснил, что новое заявление о включении ВНИИБ в реестр (от 22 декабря) не содержит «новых сведений», но формально на период его рассмотрения здание является обладающим признаками объекта культурного наследия, поэтому снос пока запрещен. О том, что заявление граждан поступило в комитет, собственник здания был в курсе, пояснили в КГИОП.
Застройщик: КГИОП ничего не присылал, снос — в рамках закона
Группа компаний ФСК, которой принадлежит ООО «СЗ „2-й Муринский“», утверждает, что действует в строгом соответствии с законом и на основании полного комплекта необходимых в данном случае документов: проектной документации; действующего разрешения на строительство; ордера ГАТИ. «Согласно данным КГИОП, бывшее здание ВНИИ целлюлозно-бумажной промышленности не является и никогда не являлось объектом культурного наследия, расположено вне границ зон охраны подобных объектов», — сообщили в ФСК.
Застройщик обещает снести здание в максимально возможные короткие сроки, чтобы минимизировать шумные работы и не беспокоить жителей соседних домов. На месте ВНИИБ появится ЖК бизнес-класса на 230 квартир.
«Мы не получали от КГИОП никаких уведомлений или запросов по данному вопросу. Любое заявление в полицию проходит стандартную процедуру: прием, проверка фактических обстоятельств, принятие решения. Соответственно, по этой схеме и будет происходить процесс, это обычная формальная практика. Застройщик проводит все работы в полном соответствии с законом, на данный момент процесс демонтажа происходит с соблюдением всех действующих норм и требований», — прокомментировал «Фонтанке» Владимир Ефремов, замгендиректора Группы компаний ФСК.

По его словам, разрешение на строительство действует, в рамках него и происходит демонтаж. Ефремов подчеркнул, что разные органы власти по разным основаниям ранее рассматривали несколько заявлений инициативной группы о признании здания ВНИИБ объектом культурного наследия. «Вынесено 12 судебных решений судов различных инстанций. КГИОПом рассмотрены несколько однотипных заявлений и приняты решения об отказе о включении в перечень вновь выявленных ОКН», — отметил Владимир Ефремов.
Небольшая передышка и первые задержания
После того как протестующие прорвались на территорию, работы приостановили, как позже выяснилось, ненадолго. Граждане выстроились прямо под стеной, кто-то взбирался на обломки и призывал строителей уезжать. Спецтехнику не заглушали все это время, позже сносить здание продолжили прямо над людьми. Строительная пыль летела прямо на протестующих.
Полиция, несмотря на обращение КГИОП, не стала останавливать демонтаж здания. Зато прибавилось количество спецтехники — вместо одного крана стали работать два, прибыли трактора.
Начались первые задержания. Активистов по одному выводили под руку. «Протест, я считаю, успешен, но сейчас я задержан и нахожусь в автозаке», — прокомментировал мужчина. По данным «Фонтанки», во время протестов кто-то применил средство самозащиты — баллончик. В перспективе — уголовное дело о хулиганстве.
«Люди принесли чай, греются, никуда уходить не собираются, идут разговоры о том, что нужно здесь дежурить всю ночь, сделать какие-то пересменки», — рассказал корреспондент Андрей Бок.
Предыстория сноса ВНИИБ
Здание бывшего Всесоюзного НИИ целлюлозно-бумажной промышленности (ВНИИБ) градозащитники пытались отстоять с 2019 года. Семь лет назад Госстройнадзор разрешил застройщику, компании «2-й Муринский», построить на месте советского здания жилой комплекс. Однако после этого в КГИОП поступили заявления о признании объекта культурным наследием. Летом того же года КГИОП отказался включать ВНИИБ в соответствующий перечень, однако градозащитники продолжили настаивать на исторической ценности здания. Дело дошло до Верховного суда. В рамках дела судебная историко-культурная экспертиза подтвердила, что здание не дотягивает до объекта культурного наследия.
Точка была поставлена в 2025 году, когда комиссия решила, что вопрос отсутствия у этого объекта архитектурной, научной и другой ценности, позволяющей включить его в реестр, уже исследован в полном объеме. ГАТИ выдала ордер на работы по сносу ВНИИБ. На этом фоне КГИОП представил законопроект, который даст ему право отказывать в рассмотрении повторных заявлений о включении в реестр выявленных объектов культурного наследия, если ценность кандидата в памятники уже определена.





















