Набиуллина признала, что банки перегнули палку в борьбе с аферистами. А что дальше?

На минувшей неделе Эльвира Набиуллина заявила: в стремлении пресечь мошенничество банки зашли слишком далеко, необоснованно блокируя счета добросовестных клиентов. Этот перегиб привел к росту жалоб и необходимости «разруливать» ситуацию Центробанку в ручном режиме, когда банки не объясняли честным клиентам причины внезапной заморозки средств.

Читайте интернет

«Фонтанка» поинтересовалась у Центробанка: ну вот заявила Эльвира Набиуллина то, что заявила. А что дальше? Какие-то директивы разосланы банкам? Какие-то рекомендации обновленные они получили? Как ее признание будет реализовываться на практике? Ведь за словами главы регулятора должны же последовать какие-то действия?

Редакция получила ответ, но, к сожалению, трактовать его можно лишь в самом пессимистичном ключе.

Цитируем его дословно:

Тут нужно объяснение. Информационное письмо, на которое ссылаются в ЦБ, очень старое, еще от 26 августа. В нем регулятор рекомендует банкам раскрывать клиентам с заблокированными счетами причину блокировки.

Как рассказывают читатели, столкнувшиеся с такой проблемой, в этих объяснениях, как правило, речь идет лишь о ссылке на закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» от 07.08.2001 N 115-ФЗ. Конкретных пояснений, какая именно операция вызвала подозрения и кто из контрагентов стал этому причиной, как правило, не следует. То есть банки формально выполняют требование, изложенное в письме ЦБ, но по сути, понятнее никому ничего не становится.

Ссылка на публикацию ЦБ о жалобах также вызывает недоумение. В ней говорится, что «Жалобы на банки выросли на 21%. Претензии по-прежнему чаще всего связаны с мерами, которые принимают банки для борьбы с мошенниками и дропперами, — отказом в проведении операций и блокировкой счетов». То есть фактически признается, что острота проблемы после рассылки письма от 26 августа никуда не делась.

Еще страннее выглядит предложение перечитать публикацию «Ведомостей». В ней руководитель службы по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг Банка России Михаил Мамута объясняет, чем приостановка платежа отличается от блокировки. Не более того.

Ну и последняя ссылка — это статья «Интерфакса» со ссылкой на то же выступление Михаила Мамуты, в котором он говорит, что «Октябрь стал первым месяцем, когда жалобы на блокировки, необоснованные ограничения переводов и операций снизились по сравнению с сентябрем, хотя перед этим они несколько месяцев непрерывно росли. Будем максимально строго к этому относиться». В чём будет заключаться строгость, в какой официальной форме Центробанк донес эту мысль до банков (кроме как в статьях в СМИ) — непонятно. И всё еще непонятно, существуют ли такие официальные документы, которые бы реализовали заявления руководства ЦБ в жизнь.

Серьезная проблема

Блокировка счетов по подозрению в мошенничестве, отмывании денег или нарушении налогового законодательства — стандартная практика в современном банковском мире. Однако, как признала Набиуллина, банки часто действуют без достаточных оснований, блокируя средства без объяснений и создавая серьезные проблемы для добросовестных клиентов.

Согласно отчетам самого регулятора, только за январь–сентябрь 2025 году к нему поступили 170,5 тысячи жалоб на действия банков. Это на 21% больше, чем годом ранее. «Основной рост пришелся на проблемы, связанные с блокировкой счетов, карт, дистанционного банковского обслуживания, что обусловлено усилением мер по противодействию финансовому мошенничеству», — говорится в последнем отчете ЦБ.

Заявление Набиуллиной, прозвучавшее на конференции «Фокус на клиента», вызвало широкий резонанс даже не в финансовой сфере, а среди обычных граждан. Тех самых, которые и столкнулись с произволом банков. Несмотря на то, что антимошеннические меры в целом привели к снижению жалоб на пропажу денег, цена, которую пришлось заплатить добросовестным клиентам, оказалась слишком высокой. Если не запредельной.

«Блокировки счетов приводят к катастрофическим последствиям!»

«Судя по количеству жалоб, страдают больше от этого обычные добропорядочные граждане. Из-за этих блокировок люди остаются без зарплат, кто-то не может оплатить учебу, а если деньги нужны для лечения, а счет заблокировали или блокировка карты произошла за границей? Это приводит к катастрофическим последствиям!» — возмущается адвокат Игорь Ким, член экспертного совета при Уполномоченном по правам человека.

Адвокат объясняет, что в последние годы банки действительно существенно усилили внутренний контроль за операциями клиентов, следуя требованиям Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии отмыванию доходов». Однако на практике это привело к тому, что блокировка счетов происходит не только при наличии реальных и обоснованных подозрений в нелегальной деятельности, но и по самым незначительным поводам.

«На практике блокировка счетов происходит при формальных несоответствиях в документах, нетипичных транзакциях для конкретного клиента, а иногда и из-за механических ошибок в платежных поручениях, которые не имеют никакого отношения к отмыванию денег», — говорит Ким.

Важно, по его словам, понимать, что сама по себе блокировка не означает виновности клиента. Чаще всего это техническая мера, и законодательство предоставляет возможность оперативно восстановить доступ к счету — но при условии, что клиент грамотно выстроит диалог с банком.

Чаще всего блокируют крупные переводы «физикам»

Управляющий партнер юридической компании «РИЦ-КОНСАЛТ» Станислав Ильин объясняет текущий «перегиб» естественным процессом адаптации банков к новым требованиям Центробанка и беспрецедентному росту финансового мошенничества.

«По данным самого Банка России, только за первое полугодие количество мошеннических операций выросло более чем на 25%, а совокупный ущерб превысил 7 миллиардов рублей, поэтому регулятор объективно усиливает контроль», — отмечает эксперт.

В таких условиях банки, стремясь соответствовать ужесточившимся требованиям и защитить себя от рисков, применяют максимально осторожный подход, что неизбежно приводит к увеличению числа «ложных срабатываний», объясняет Ильин.

До окончательной настройки современных антифрод-систем эксперты советуют гражданам проявлять бдительность и осторожность. Станислав Ильин предупреждает, что наиболее часто под блокировки попадают переводы крупными суммами физическим лицам и операции, совершенные после недавнего пополнения карты через «Систему быстрых платежей» (СБП) или наличными в банкомате.

Чтобы минимизировать риск ошибочной блокировки, эксперт рекомендует избегать «скачкообразных» движений средств и стараться строить более «ровный» финансовый профиль. Это поможет ускорить прохождение проверок и снизит вероятность непредвиденных ограничений.

«Банки уже сообщают, что постепенно корректируют алгоритмы, уменьшая долю ложных срабатываний и учитывая поведение клиента в динамике, а не только отдельные операции. На практике это означает, что система будет меньше реагировать на единичные крупные переводы, если в целом профиль клиента выглядит прозрачным», — говорит Ильин.

Нужны единые стандарты блокировки и разблокировки счетов — а их нет

Банкирам нужно искать баланс между безопасностью и комфортом для клиентов, согласен с Набиуллиной аналитик финансового маркетплейса «Сравни» Алексей Лоссан. По его мнению, важна не только борьба с преступлениями, но и создание справедливой и прозрачной системы финансового мониторинга, не создающей лишнего напряжения для добросовестных клиентов.

Лоссан предлагает: банки обязаны внедрить обязательное уведомление клиента до блокировки. И тогда у клиента будет выбор: либо получаешь возможность подтвердить операцию, либо предоставить объяснения.

«Например, банк может сначала запросить подтверждение операции, а не замораживать счет постфактум. Кроме того, можно сделать процесс разблокировки более структурированным: четкие сроки, единые стандарты проверки и возможность подать объяснение онлайн заметно снизили бы нагрузку на клиентов», — говорит Лоссан.

«Действительно, должна быть введена обязанность банка предоставлять клиенту детализированные, а не шаблонные запросы на предоставление документов и пояснений. И это реально сократит число необоснованных блокировок и существенно повысит предсказуемость правоприменения», — согласен адвокат Ким.