«Как так получается?!» Собственники обрушившегося дома на Большой Зелениной — о прекращении уголовного дела

Собственников жилья в доме на Большой Зелениной, который частично обрушился в 2024 году, пригласили в суд. Их просят высказать мнение о перспективе прекращения уголовного дела против подрядчика, во время работ которого произошло обрушение. «Фонтанка» тоже выслушала их боль.

13 августа прошло первое предварительное заседание по делу об обрушении дома на Большой Зелениной (ч. 1 ст. 216 УК РФ). Судья назначила продолжение слушаний на другой день, поскольку не всех потерпевших удалось лично оповестить о судебном процессе. Как объяснила «Фонтанке» Объединенная пресс-служба судов Петербурга, в материалах дела не оказалось контактов части собственников помещений в доме.

Тем не менее перед заседанием в коридорах суда столпились около 15 человек из числа потерпевших и их представителей. Всего, как сообщал Следственный комитет, потерпевшими в этом деле признаны 60 человек. Общий ущерб, нанесенный им, оценивается в 382,5 млн рублей.

Люди обсуждали последние новости между собой и с журналистами, делились тревогами и ожиданиями. В какой-то момент рядом появился и обвиняемый, Александр Костылев, с адвокатом. Он обозначил себя, когда секретарь суда проверяла присутствие сторон у зала, где назначен судебный процесс. Костылев отворачивался от камер и сторонился журналистов, но с собственниками в диалог вступал, в частности дискутируя о масштабах последствий обрушения для той или иной квартиры.

Заседание проходило в закрытом режиме: предварительные слушания проходят в таком формате всегда. Во время него из зала доносился громкий гул, возмущение и эмоциональные речи потерпевших.

«Сегодня защита генерального директора компании-подрядчика заявила ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности и выслушивалось мнение сторон. Насколько я понимаю, пока ни одного гражданского иска о взыскании компенсации, кроме нашего, не было. Поскольку срок давности истек, такие иски могут быть рассмотрены только в рамках отдельного производства», — рассказал журналистам адвокат, представитель интересов потерпевшей собственницы Анастасии Шпак.

Люди разошлись во мнениях по поводу перспектив прекращения уголовного дела. Возмущено было большинство, но одни считают справедливым тщательное разбирательство: кто виновен в обрушении дома? Другие хотят его полноценного ремонта и компенсаций, а поиск виноватых считают делом не первоочередным.

Так, Анастасия Шпак, потерявшая во время обрушения новую квартиру и вынужденная до сих пор платить за нее ипотеку, отмечает, что не заинтересована в том, чтобы кого-либо посадили за решетку. Для нее на первом плане стоит вопрос компенсаций. Сейчас девушка отдельно судится со страховой компанией, которая посчитала ее случай не страховым.

Только после обрушения дома выяснилось, что квартира, купленная девушкой, прошла несогласованную перепланировку. Это привело к тому, что рабочие были обязаны восстановить помещения в соответствии с официальным планом, и теперь они выглядят совсем иначе. Но в чем-то девушке пошли на уступки в части перегородок и дверей, где это было возможно.

Ее соседка по дому и «сестра» по несчастью Юлия прекращением дела категорически недовольна. Во время обрушения была уничтожена одна из ее комнат, другая сохранилась. Сейчас семья женщины живет в маневренном фонде.

Именно из-за того, что действия подрядчика квалифицировали по признакам преступления небольшой тяжести, срок давности составляет два года.

Женщина поделилась, что считает лучшим исходом всех разбирательств полноценный ремонт дома на Большой Зелениной, 1. Не по частям в течение многих лет, а всё сразу. Семья Юлии уже дважды за несколько лет переезжала в маневренный фонд из-за частичных ремонтов в доме.

«Я считаю, что ремонтировать по частям — это просто издевательство над жильцами. Нужно отремонтировать целиком и качественно, а не гонять жильцов туда-сюда. Лично я согласна подождать больше времени, если сделают всё», — говорит Юлия.

Собственница, которая пожелала остаться анонимной, поделилась, что возмущена и не понимает, как так вышло, что срок давности по уголовному делу всего два года. Например, если человек не платит за капремонт, срок давности взыскания с него долгов — три года.

«Я вообще в шоке, естественно», — отметила женщина.

У нее в доме на Большой Зелениной две комнаты, которые она сдавала в аренду, чтобы получать пассивный доход. На какие-либо компенсации этого ущерба петербурженка и не надеется. «Пока не знаю, буду ли подавать гражданский иск. Куча других проблем», — говорит она.

Еще одна собственница, Ирина Печникова, рассказывает, что в чем-то даже сочувствует гендиректору компании-подрядчика. Обвинение против него — это, можно сказать, вершина айсберга.

«Если есть один, кто признает, что он виновен, других виноватых не ищут. Вот он вышел вперед. Я прекрасно понимаю, что за него будут держаться, ему будут помогать, потому что он защищает чьи-то позиции, чьи-то должности, чьи-то задницы и чьи-то деньги. Он местный административный герой. Хотя по сути мужику везёт, как утопленнику», — отметила в разговоре с «Фонтанкой» Ирина.

Она рассказывает, что видела Костылева два года назад и сейчас, и, по ее мнению, от большого психологического давления он изменился.

Женщина по-человечески считает виновным не его, а ответственных за ремонт и состояние здания уровнем выше.

У самой Ирины жилье во время обрушения полностью рухнуло. Она с дочерью находилась внутри и далеко не сразу поняла, что происходит. Был слышен хруст, заметили какой-то перекос. Но вышли из дома только тогда, когда сказали это сделать сотрудники МЧС.

«Помню, тогда быстренько вышли. Хлынул невыносимый дождь. Мы кучкой стояли со своими вещами. Кого-то выносили, были инвалиды. После этого я в квартире не была. Только видела со стороны, как засыхали на окошке цветы, было больно на это смотреть», — вспоминает день обрушения Ирина.

Она рассказывает, что сейчас по инициативе ЖКС № 2 Петроградского района проходит заочное общее собрание собственников по вопросам, которые касаются ремонта дома и последующей приемки работ. Пока поставленные вопросы вызывают у собственников ещё больше вопросов (повестка есть в распоряжении «Фонтанки»). Например, людям предложено утвердить новый перечень работ по капитальному ремонту, утвердить предельно допустимую стоимость работ в 85,7 млн рублей и согласиться с выбором лица, уполномоченного участвовать в приемке работ по капремонту и подписывать акты. Какие-либо дополнительные документы собственники не видят, как самим поучаствовать в приемке и подписании актов — не объясняется.

Салима Абдуразакова рассказывает, что жила в доме на Большой Зелениной с 1987 года. Еще тогда, при получении жилья, ей знакомая в бухгалтерии сказала, что это большое везение: дом планируют капитально ремонтировать. Техники говорили о каких-то проблемах в подвале (во время работ как раз по нему в 2024-м рухнула часть здания). Но в советское время капремонт так и не провели, а потом ни разу не было ремонта всего здания целиком.

У женщины с мужем была маленькая отдельная квартира в дворовой пристройке, которую можно назвать флигелем. Эту часть здания обрушение не затронуло и в ней проводятся только отдельные виды ремонта (например, в квартире Салимы поменяли три батареи).

«За эти два года состояние стало ужасное, как мне кажется. Там и протечки были, и полы плохие стали, двери не закрываются. У нас мебель там оставалась, некоторые вещи. Не знаю, в каком они состоянии теперь», — говорит Салима.

Главное, чего ждут они с мужем, — завершения ремонта и возможности вернуться домой.

«Место очень хорошее. Всё доступно: метро, театр, зоопарк, много чего еще. Но не повезло так не повезло», — разводит руками Салима.

Еще одна женщина, жилье которой не попало в зону обрушения и не входит в число полностью отремонтированных зон, делится беспокойством по поводу безопасности здания после ремонта.

«Наше жилье не считается аварийным, хотя половина подъезда обрушена. Четыре квартиры в нашем подъезде не попали под капитальный ремонт. Хотя у нас „подпрыгивают“ полы, когда рядом проходят большегрузы, и состояние жилья не очень хорошее. Нас попросили разрешить установить швеллеры, и произошли разрушения такие, что квартира, как я считаю, просто непригодна для жизни», — делится петербурженка.

Помимо этого, в ее квартире проводили экспертизу полов, для чего было сделано вскрытие. Пока у женщины много вопросов по поводу того, будет ли вообще ремонт в этой части дома.

«Для меня это не единственное жилье. Я очень сочувствую тем, для кого комната или квартира в этом доме была жильем единственным», — отмечает петербурженка.

Она признает, что жилье в таком здании еще и сложно будет сдать или продать. И как выходить из такой ситуации — вопрос открытый.

Фонд капитального ремонта Санкт-Петербурга входит в число крупнейших заказчиков компании ООО «Стройпроект» за последние несколько лет. По данным системы «Спарк», доля контрактов с ФКР СПб составляет больше 85% от общего числа. В 2025 и 2026 годах сотрудничество продолжалось, на сегодня, по данным «Спарк», речь об исполнении нескольких десятков контрактов на капремонт и разработку проектной документации.

Выручка «Стройпроекта» по итогам 2025-го составила 169,4 млн рублей. Чистая прибыль — 17,4 млн рублей.

Компания является членом саморегулируемых организаций, что обязательно для строительных компаний. Как сообщили «Фонтанке» в петербургской Ассоциации «Профессиональное объединение строителей», в контексте уголовных дел против гендиректора «Стройпроекта» Александра Костылева специальная комиссия проводит контрольные мероприятия. По результатам их будет рассмотрен вопрос о мерах дисциплинарной ответственности. Руководитель Ассоциации проектных организаций «Стройспецпроект», в которой также состоит «Стройпроект», отказалась от комментариев.

Пресс-служба Фонда капитального ремонта пообещала ответить на вопросы «Фонтанки» позже. Глава администрации Петроградского района Дмитрий Ваньчков озвучил мнение, что уголовные дела и домашний арест гендиректора компании-подрядчика не повлияют на ход работ по капитальному ремонту. Он отметил, что администрация заинтересована в своевременном завершении работ и открытии автомобильного движения рядом с домом.