В какой кофейне дореволюционного Петербурга можно было встретить за одной шахматной доской чиновника и, скажем, студента? Как в литературе шахматы побыли метафорой чего только не — от войны до безумия? В «Маяковке» — совместные лекции 12 и 20 августа с проектом «Почему шахматы»? Бесплатно. 16+

«Живые шахматы» на Дворцовой площади, 1924 год
Петр I был человеком беспокойным, порывистым — даже сложно его представить за шахматами, игрой, требующей усидчивости. Но к шахматам он пристрастился еще в детстве, а потом даже во время военных походов брал специальные шахматницы. Походные журналы фиксируют, кто был противником Петра Алексеевича в игре: шут Степан Вытащи (или Степан Медведь, который работал не только шутом, но и тайным палачом) и придворный священник Иван Хрисанфович (поп Битка). И на петровских ассамблеях играли в шахматы, а не в карты — карты Петр не уважал.
Татьяна Ивановская, историк, гид, исследователь и популяризатор истории шахмат в Петербурге, автор проекта «Шахматный Петербург», расскажет, где в городе за шахматной доской могли сойтись люди из разных сословий, как шахматы перебирались из дворцов и особняков в трактиры, а затем и в клубы, и почему шахматной столицей России стал именно Петербург. А на другой лекции посмотрим на шахматную партию как на текст: у нее ведь тоже есть автор, ее тоже записывают, печатают, читают, комментируют, есть «классика», а есть новшества. С Татьяной Ивановской разберем, почему Кэрролл выстроил «Зазеркалье» как шахматную партию, почему в Возрождение понадобилось придумать для шахмат отдельную музу Каиссу и как в литературе менялись шахматные метафоры, от средневековых поэм до «Защиты Лужина».
Идем в библиотеку Маяковского (наб. р. Фонтанки, 44, Медиахолл) 12 августа на лекцию «Шахматная топография Петербурга: три века игры в жизни города» и 20 августа — на лекцию «Черным по белому: шахматы в литературе». Регистрация на Таймпаде. Начало в 19:00.














