Через 5 лет вкалывать будут роботы, а думать — ИИ. Эксперты объяснили, почему не стоит излишне доверять прогнозам Илона Маска

По соцсетям разлетелось очередное предсказание Илона Маска: привычной экономике осталось 5–7 лет, дальше основную часть работы возьмут на себя роботы и ИИ, а люди будут получать деньги просто так. Если вы уже размечтались — попались на крючок гениального продавца технологических фантазий.

Когда самый богатый человек мира рассуждает о будущем экономики, к нему неизбежно прислушиваются, хотя Илон Маск давно прославился не только как предприниматель, но и как продавец фантазий. В интервью Forbes он заявил, что привычный мир может измениться уже в ближайшие пять-семь лет. По его оценке, к 2031 году цифровой интеллект превзойдет совокупный интеллект человечества, в мире появятся сотни миллионов, а возможно, и миллиард гуманоидных роботов, а мировая экономика благодаря ИИ может вырасти примерно вдвое. На днях журнал вновь опубликовал и распространил эти высказывания.

Маск считает, что в долгосрочной перспективе машины смогут выполнять практически любую работу. Он связывает это с созданием полностью автоматизированных производственных цепочек, в которых роботы будут не только выпускать товары, но и строить новые заводы, добывать сырье, производить оборудование и создавать новых роботов. Со временем это позволит производить огромное количество товаров и услуг практически без участия человека. Людям не придется работать ради обеспечения базовых потребностей. Они будут жить в «эпохе изобилия», где уровень жизни будет обеспечиваться не трудом, а беспрецедентной производительностью.

Это не первая подобная футуристическая идея Маска. Еще в январе 2026 года в подкасте Moonshots with Peter Diamandis он советовал вообще не переживать из-за пенсий. По его словам, через 10–20 лет создание накоплений на старость «не будет иметь значения», потому что искусственный интеллект настолько удешевит производство товаров и услуг, что привычная экономическая логика перестанет работать. Вместо универсального базового дохода Маск тогда предложил концепцию «универсального высокого дохода»: если его прогнозы сбудутся, уровень жизни людей должен вырасти настолько, что вопрос пенсий отпадет сам собой.

При этом бывший триллионер подчеркнул, что его прогнозы основаны на предположении об отсутствии крупных глобальных потрясений, способных затормозить развитие технологий.

Насколько прогнозы гения, миллиардера, плейбоя и филантропа близки к реальности, «Фонтанка» уточнила у экспертов. Они дали понять, что эти вещи изначально были озвучены не для наших ушей, а для ушей визионеров, которые готовы поддержать смелые инициативы монетой.

Аналитик ФГ «Финам» Леонид Делицын напомнил, что предприниматель сам заинтересован в развитии рынка искусственного интеллекта. Его бизнес-идея заключается в том, чтобы занять значительную долю быстрорастущего рынка ИИ, на котором его компания xAI пока остается небольшим игроком. Сам Маск оценивает потенциальный объем этого рынка к 2030 году в $ 30 трлн. Это примерно в шесть раз больше оценок исследовательских компаний, которые зарабатывают на продаже аналитических отчетов. «Однако сейчас мы не знаем, прав Маск или исследователи», — отмечает эксперт.

Делицын связывает нынешнюю активность Маска с попыткой убедить инвесторов в масштабности будущего рынка. По словам аналитика, после неудачных попыток поддержать стоимость акций SpaceX на бирже Маску остается «излучать уверенность и непоколебимость такой силы, чтобы инвесторы засомневались — вдруг он знает что-то такое, о чем они не догадываются». Именно в этом контексте эксперт предлагает воспринимать и прогнозы о будущем экономики.

При этом, по его мнению, остается открытым вопрос о том, как именно в будущем будут измерять экономику и что именно будет означать ее двукратный рост: «Можно измерить то же самое и сказать, что оно стало намного больше».

«Надежды на доходы от американского ИИ оправдаются лишь в том случае, если на рынке ИИ будет один продавец — США. Остальным уготована роль покупателей. Поэтому компании индустрии ИИ в США всё время пугают правительство китайской угрозой, и поэтому правительство фактически разрешает инвестировать стартапы через фондовый рынок. Здесь у правительства США, венчурных инвесторов и таких предпринимателей, как Маск, совершенно общая цель — немедленно захватить мировой рынок, убедить всех, что ИИ нужен сегодня не меньше, чем операционная система Windows. Чтобы прорваться через Chat GPT, Athropic и, может быть, xAI, к которым привыкнет каждый, не смог никакой китайский Deep Seek», — объясняет эксперт.

Еще более скептически к прогнозам Маска относится ведущий аналитик Freedom Global Наталья Мильчакова. По ее словам, многие из них «выглядят, скорее, как его безумные фантазии, чем как реальная попытка что-то изменить к лучшему». Впрочем, это не отменяет реальных достижений компаний, которые возглавляет предприниматель, — в производстве электромобилей, аэрокосмической отрасли, развитии спутникового интернета, строительстве дата-центров и инновационной медицине. По ее словам, они вносят значительный вклад в технологический прогресс США и определенный вклад в динамику американского ВВП наряду с другими технологическими гигантами.

Технологическая гонка вокруг ИИ в конечном счете может привести и к изменению экономического лидерства в мире. Среди основных конкурентов в этой сфере Мильчакова называет США, Японию и Китай. В производстве чипов, необходимых в том числе для работы больших языковых моделей, конкурируют США, Китай, Тайвань, Южная Корея и Япония. Европа, по ее оценке, пока остается среди отстающих. Так что Маску, по мнению аналитика, предстоит конкурировать на этом рынке далеко не в одиночку.

Среди мировых держав, развивающих ИИ, Россия пока занимает скромное положение — «младшего брата» Китая, — говорит Наталья Мильчакова, что помещает страну в один ряд с другими «младшими братьями» — например Индонезией и Вьетнамом. Но Россия быстро учится, поскольку сложная геополитическая ситуация заставляет ее уделять больше внимания инновациям и искать способы быстрее слезать с «нефтяной иглы».

Для этого стране придется решить сразу несколько проблем: обеспечить доступ к необходимым для ИИ чипам, подготовить достаточное количество квалифицированных специалистов, решить вопросы импортозамещения и сырьевой базы для массового внедрения технологий, обновить устаревшие регуляторные институты и обеспечить отрасль финансированием.

Последнее, по мнению эксперта, напрямую связано со скоростью снижения ключевой ставки ЦБ до однозначных значений — то есть ниже 10%. Пока что с этим все сложно. По прогнозам аналитиков, ключевая ставка может опуститься в однозначную плоскость не ранее 2028 года.

При оптимистичном сценарии сочетание генеративного ИИ, роботизации и удаленной занятости может заметно ускорить рост производительности труда в России. По оценкам экспертов экосистемы «Сбера», которые приводит Мильчакова, совокупный эффект от этих факторов способен добавлять около одного процентного пункта к ежегодному росту производительности труда. В таком случае к 2032 году показатель может оказаться на 20–33% выше уровня 2025 года. Сейчас у правительства есть цель добиться роста на 20,7% к 2030 году.

Роботизация действительно способна заметно повысить производительность труда, но прежде всего там, где для нее есть подходящие условия, и в тех отраслях, которые «можно поручить роботам», отмечает Леонид Делицын. В качестве примера он приводит Южную Корею и Китай, где развито массовое производство бытовой техники. По его словам, именно там роботизация получила широкое распространение благодаря большим объемам выпуска продукции. В России, считает эксперт, роботы смогут эффективнее всего повышать производительность там, где изделия производятся массово, операции стандартизированы, а само производство может быть опасным для человека. В частности, одним из таких направлений он называет оборонную промышленность.

ИИ, по словам аналитика, уже давно повышает производительность труда — просто человечество привыкло не замечать этого. «Все мы давно пользуемся поисковыми системами, а они с самого начала используют ИИ», — говорит Делицын. Технологии постепенно распространяются и на сельское хозяйство: мониторинг угодий, борьбу с вредителями и другие задачи. «В последние годы в ИИ в сельском хозяйстве продвинулись очень далеко, так что это повысит производительность труда и в таких отраслях», — отмечает аналитик.

При этом, считает эксперт, не факт, что будущее российской экономики обязательно будет связано именно с продуктами американских компаний Илона Маска и Сэма Альтмана. «Надо надеяться, что мы вообще на них не перейдём, поскольку отечественные „Яндекс“, „Сбер“ и другие разработчики предложат работоспособные альтернативы», — говорит Делицын.

Но даже самый впечатляющий технологический прогноз придется реализовывать на вполне реальной территории с разным уровнем развития регионов. В традиционно аграрных районах и сельской местности ИИ и роботизация, по мнению Мильчаковой, будут распространяться медленнее, чем в Москве, городах-миллионниках и промышленно развитых регионах.

«Такая проблема тоже должна решаться, но постепенно. Начинать следует с развития цифровой инфраструктуры во всех городах и регионах, а также с постепенного привлечения в регионы квалифицированных кадров и выравнивания по мере возможности уровня зарплат квалифицированных специалистов в разных регионах», — отмечает эксперт.