Сливки у станка. Кому в Петербурге платят 250 тысяч и почему офис остался в крошках

Весной 2026 года рынок труда в России эксперты описывают двумя словами: охлаждение и стагнация. В разговоре с «Фонтанкой» они зафиксировали: число вакансий падает, наем сокращается.

Буквально накануне президент подчеркнул — безработица в стране на историческом минимуме. Однако конкуренция за рядовую офисную позицию, говорят специалисты, достигает 50 человек на место, реальная зарплата застопорилась, а в некоторых отраслях и вовсе снижается. «Рынок перестал быть добрым», — резюмируют аналитики.

«Фонтанка» проверила эту картину по заводам Петербурга. Мы взяли шесть знаковых предприятий города и сравнили их вакансии лета 2023 года с теми, что опубликованы сейчас.

Статистика петербургского комитета по труду фиксирует кратное сжатие базы вакансий. На конец апреля 2026-го в службе занятости заявлено свыше 35 тысяч позиций. Из них 60% — это рабочие специальности, но они охватывают не только промышленность, а все сферы.

С фокусом на промышленность положение дел выглядит еще более выразительно.

То есть за два года вакансии ужались на 60%.

— Стоит учитывать, что количество вакансий в базе в целом сократилось по сравнению с 2023-м и особенно с 2024 годом, когда наблюдался резкий рост. При этом доля промышленных специальностей от всех вакансий, заявленных в базу, в 2026 году по сравнению с 2023 годом выросла на 7,3%, — рассказали в комитете.

Что касается денег, комитет фиксирует среднюю зарплату рабочих в промышленности на уровне 72,5–86,2 тыс. рублей. Инженерно-технические работники получают больше — 93,1–106 тыс. Чиновники отмечают: высококвалифицированные рабочие по зарплате обходят ИТР.

Активнее росли зарплаты там, где кадровый голод заметнее. В добывающей промышленности средняя взлетела в 2,6 раза — до 98 тыс. руб. Легкая промышленность прибавила почти 70% (80 тыс. руб.), сфера производства — 62,4% (90 тыс. руб.). Даже в машиностроении, где рост скромнее — 33,5%, — средняя планка достигла 93 тыс. рублей.

Комитет по труду составил портрет промышленного спроса. Чаще всего в Петербурге ищут монтажников, электромонтеров по эксплуатации распределительных сетей, сварщиков арматурных сеток и каркасов, слесарей-сантехников, операторов линий пищевого производства, электрогазосварщиков, операторов конвейерных линий, арматурщиков и слесарей-ремонтников.

Больше всего готовы платить: машинисту катка — от 140 тыс., электроэрозионисту — от 116,8 тыс., фрезеровщику — от 130 тыс., обмотчику элементов электрических машин — от 120 тыс., литейщику — от 112 тыс., трубопроводчику судовому и электромонтажнику-наладчику — от 110 тыс. рублей.

И эти деньги предлагают не в пустоту. Конкуренция за рабочие места почти отсутствует — скорее, работодатели бьются за людей. На конец 1-го квартала 2026 года в промышленности на одного соискателя приходилось 3,6 вакансии. Токаря ждут три станка на одно резюме (0,3 вакансии на человека). Монтажника — почти два места (0,6). Даже у швеи — 2,3 вакансии на выбор.

Офисный мир — с точностью до наоборот: на позицию менеджера — 48 резюме на место, бухгалтера — 31, администратора — 55.

Любопытно, что доля «белых воротничков», обратившихся в службу занятости, не снижается, а упрямо растет: 67,6% в 2024-м, 68,2% в 2025-м, 70,2% в 2026-м. Офисные работники прибывают, но переучиваться работать руками не спешат. Среди всех закончивших обучение доля ушедших в «синие» почти не меняется: 11,0% в 2023-м, 11,8% в 2024-м, 11,1% в 2025-м. Видимо, бывшие менеджеры и администраторы предпочитают биться за офисный стул.

А те, кто все-таки решил сменить офисный стул на рабочий комбинезон, — величина, тонущая в статистической погрешности. В 2025 году обучение промышленным профессиям завершили 1 249 человек. На 2026 год план — не менее 1 107.

Напомним, только в базе службы занятости сейчас открыто свыше 6 тысяч заводских вакансий. И это без учета тех, кто ищет людей по своим каналам. То есть в лучшем случае переучившиеся закроют пятую часть заявленного спроса. Остальное заводы, как могут, добирают сами — учениками с улицы, перекупкой и зарплатами по 250 тысяч.

— В промышленной сфере доля вакансий без требований к опыту составляет 18,1% и незначительно растет в последние годы. Обучение промышленные предприятия активно предлагают на протяжении всех последних лет, но нельзя сказать, что есть устойчивый тренд на рост доли вакансий с обучением, — резюмируют в комитете по труду.

Петербургский флагман — Кировский завод — похоже, закрыл базовые потребности в станочном персонале и перешел к более сложной, «интеллектуальной» составляющей. Если три года назад правили бал «синие воротнички», то сегодня в поиске — упор на инженеров и специалистов, которые смогут всем этим хозяйством управлять.

В текущем перечне — начальник планово-экономического отдела КБ (с зарплатой под 200 тыс. рублей), начальник отдела электрооборудования, главный юрисконсульт, ведущий экономист, инженеры-конструкторы. То есть завод наращивает конструкторские мышцы, а не латает дыры у станков.

Впрочем, работяги никуда не делись, но теперь на смену просто «токарям» ищут более узких спецов: сверловщиков (69–108 тыс.), электромонтеров по ремонту (104,5 тыс.), электриков (120 тыс.), сантехников (90 тыс.). Здесь главная сенсация — средняя зарплата на рабочих специальностях выросла почти вдвое.

Абсолютным лидером роста стал сварщик (+73%): с июля 2023 года средняя зарплата с 57,5 тыс. руб. (55–60 тыс. руб.) выросла до 98,8 тыс. руб. к апрелю 2026-го (87–110 тыс. руб.). Электромонтерам и слесарям теперь обещают в полтора раза больше, а средняя выросла у первых до 104,5 тыс. и до 90 тыс. — у вторых.

Три года назад самой массовой потребностью Обуховского завода были создатели — конструкторы и проектировщики, сегодня ищут нормировщиков, технологов и снабженцев. То есть нужны не те, кто рисует новое изделие, а те, кто сопровождает уже запущенное в производство.

Качественно переродились и требования к работягам. Просто токарей здесь теперь тоже нет. Им на смену ищут спецов с конкретными навыками-разрядами под конкретную зарплату и часто с узкой специализацией (расточка). Средняя зарплата у рабочих выросла в полтора раза (с 80 до 120-140 тыс.). Верхняя же планка у расточников и фрезеровщиков высокой квалификации улетела в небеса (180-200 тыс.), что почти вдвое выше потолка 2023 года.

В 2023 году Пролетарский завод платил токарям откровенно скромно — на уровне регионального МРОТ (порядка 50 тыс. руб.), сейчас же выставляет вилки в 150–170 тысяч, чем выходит на один уровень с Обуховским заводом.

У фрезеровщиков нижняя планка почти не сдвинулась (+10 тыс.), верхняя — выросла в 1,7 раза (с 90 до 150 тыс.). Однако это не рекордные 250 тысяч, как на Адмиралтейских верфях. Видимо, здесь дают рынку понять, что не будут перекупать специалиста любой ценой. Верхняя планка у операторов станков с ЧПУ прибавила 50% (было 60–100 тыс. руб., стало 70–150 тыс. руб.). Выбились в средний класс и электромонтажники — рост зарплат составил от 80 до 150% в зависимости от квалификации (электромонтажнику в 2023-м предлагали 50–60 тыс. руб., слесарю-электромонтажнику в 2026-м сулят 90–150 тыс. руб.).

В 2023 году ИТР, увы, выпали из поля зрения, однако в 2026-м инженерных и управленческих вакансий огромный пласт. И вот что примечательно: зарплаты у них скромнее, чем у станочников:

• инженеру-технологу обещают 70–120 тыс.;

• ведущему инженеру по эксплуатации теплотехнического оборудования — 80–110 тыс.;

• главному специалисту серийного конструкторского отдела 120–160 тыс.

То есть потолок конструктора (160 тыс.) ниже, чем потолок токаря-расточника (170 тыс.) или фрезеровщика (150 тыс.). Очевидно, что умелые руки у станка ценятся выше, чем «мозги» у ватмана.

Адмиралтейские верфи за три года превратились в игрока, жадного до уникальных спецов. К примеру, фрезеровщику здесь готовы платить 250 тысяч рублей, тогда как токарю придется довольствоваться голодным пайком.

У токарей, к слову, самая низкая индексация зарплаты за 3 года: всего 12,5%, сегодня работягам на этой позиции наниматель готов платить до 90 тыс. рублей. То есть токарь из дефицитной элиты перешел в разряд рядового персонала.

От бедных родственников к среднему классу уверенно вышли на верфях слесари: в 2023-м им предлагали 45-55 тыс. рублей, в 2026-м зарплата стартует от 80-120 тысяч в зависимости от участка. То есть в среднем рост составил 100% — проще говоря, ровно вдвое.

У фрезеровщиков — самая высокая вилка среди прочих: 130–250 тыс. рублей, что ставит их на одну линейку с ведущими инженерами-управленцами на других заводах из выборки. Судя по всему, завод не повышает зарплаты «всем понемногу», а точечно льет деньги на те участки, где без уникального специалиста встанет стапель.

Если другие заводы станочникам зарплаты за три года заметно индексировали, то на Балтийском заводе либо не меняли (токарю-универсалу сохранили на уровне 100 тыс. руб.), либо вовсе урезали. Как, например, токарю-расточнику: в 2023-м он мог рассчитывать на 150 тыс. рублей, сегодня — на 130 тыс. Из гонки за фрезеровщиками завод вышел, а судосборщикам готов платить выше рынка (150 тыс. руб. — на открытом стапеле). Да и в целом прослеживается переориентация с механосборки на корпусное производство.

В любом случае для токаря или фрезеровщика Балтийский завод в 2026 году уже не лучшее место, а для сборщика — одно из самых привлекательных, хоть и без рекордов.

Северная верфь, пожалуй, единственное предприятие из нашей выборки, которое в 2026 году массово набирает учеников. Людям без опыта здесь готовы платить нестыдные деньги (порядка 50 тыс. руб.) — судя по всему, готовых специалистов на рынке нет и проще вырастить самим.

Профессии маляра в 2023 году не было, но появление вакансии в 2026 году игнорировать нельзя — потому что судовому маляру 2-4-го разряда здесь готовы платить до 192 тыс. руб.

Самой высокооплачиваемой специальностью после маляра на Северной верфи стал слесарь-монтажник судовой. Нижняя планка снизилась (со 125 до 100), но верхняя выросла на 19% (со 125,8 до 150 тыс. руб.).

Картина на выходе — слоеный пирог. В «сливках» — уникальные специалисты с «золотыми руками»: сварщик за три года прибавил к зарплате 73%. Под ними — офисная масса, где 50 менеджеров и администраторов бьются за один трудоустроенный стул.