Гигант сутулит плечи. Почему сотни работников «ИЗ-КАРТЭКС» отправляют на трехдневку

Петербургский гигант тяжелого машиностроения «ИЗ-КАРТЭКС» с 1 мая переводит на трехдневную рабочую неделю 500 сотрудников. Официальная версия — стагнация в горной добыче и огромные долги заказчиков. Но проблема глубже: получается, что России вдруг стали не нужны свои экскаваторы.

На предприятии «Фонтанке» подтвердили: с 1 мая на сокращенный график переводится часть сотрудников — около 38% работников. «Это административный персонал и рабочие, чья производственная нагрузка снизилась», — пояснил исполнительный директор Андрей Стрекалов, подтвердив, что решение вызвано падением спроса и ростом долгов заказчиков.

ООО «ИЗ-КАРТЭКС имени П. Г. Коробкова» в Колпино — один из крупнейших в России производителей карьерных электрических экскаваторов с историей, восходящей к 1957 году. За без малого 70 лет там построили свыше 4100 машин (по данным к началу 2025-го), более 1000 из них до сих пор в строю. Причем не только в карьерах горнодобывающих предприятий России, но и Монголии, Китая, КНДР, Индии, Вьетнама и стран постсоветского пространства.

Карьерные экскаваторы — это совсем не те, которые можно видеть, например, при строительстве дома: карьерный за 1 раз может зачерпнуть порядка 50 тонн руды. Для наглядности — это примерно как один грузовик, груженный песком. Самые популярные модели — ЭКГ-18Р и ЭКГ-20К — весят около 700-800 тонн (как 400-500 легковушек) и могут черпать породу с уровня крыши пятиэтажки, не подъезжая близко. Чтобы загрузить самый большой в мире карьерный грузовик БелАЗ-75710, такому экскаватору потребуется всего 8-9 черпаний и 5 минут времени.

За свою историю предприятие сменило несколько владельцев — сначала входило в состав Ижорских заводов, затем — в «Объединенные машиностроительные заводы» (ОМЗ), управляемые Газпромбанком. В 2017-м единственным участником общества стало ООО УК «УЗТМ-Картэкс», созданное специально для того, чтобы руководить им и «Уралмашзаводом», который поставляет экскаваторы и дробилки, в том числе, на Лебединский и Михайловский ГОКи «Металлоинвеста» Алишера Усманова.

С 2022 года имена владельцев ООО «ИЗ-КАРТЭКС имени П. Г. Коробкова» скрыты, однако отраслевые издания писали, что в марте 2022-го 51% «УЗТМ-Картэкс» перешел АО «Энлиль Файненс» (обеими компаниями в должности генерального директора руководит выходец из Газпромбанка Ян Центер), еще 48,6% принадлежали ЗПИФ «Газпромбанк — промышленные инвестиции».

Надо сказать, что потребность в добыче полезных ископаемых в РФ никуда не делась. Уголь, руда и золото по-прежнему нужны на внутреннем и внешнем рынках. Момент истины для отечественного машиностроения мог бы случиться на волне исхода из России западных гегемонов уровня Caterpillar и Komatsu. Но освободившаяся ниша оказалась пуста. Потому что те, кто могли туда прийти, столкнулись с серьезными проблемами.

Как пояснил в комментарии «Фонтанке» исполнительный директор «ИЗ-КАРТЭКС» Андрей Стрекалов, основные причины ухода предприятия в простой — «существенное снижение объема заказов на горную технику, вызванное стагнацией в горнодобывающей отрасли, и высокий уровень просроченной дебиторской задолженности».

Все дело в том, что горнорудные компании, и в особенности угольные, после отказа ЕС от российского угля оказались в незавидном положении. И хотя поставки переориентировались на Китай, Индию и Турцию, пробиваться на новые рынки им приходится локтями и привыкать к другим ценникам. В итоге, несмотря на то, что 2023 год угольщики завершили с совокупной прибылью в 374,7 млрд рублей, 2024-й обернулся убытком в 112,6 млрд, а по итогам 2025-го, по оценкам Минэнерго, совокупный убыток может достичь 300–350 млрд, писал РБК. Из 180 угольных компаний, работающих в России, более 50 летом прошлого года оказались на грани закрытия.

А когда нет прибыли, покупать новый 800-тонный экскаватор за сотни миллионов рублей — сомнительное удовольствие. Рассчитываться за уже поставленную технику горнодобытчикам тоже, судя по всему, катастрофически тяжело. В одном только 2025 году «ИЗ-КАРТЭКС» выбивал в арбитраже из контрагентов почти 670 млн рублей долга по договорам поставки. Крупнейшим дебитором выступал АО ХК «Якутуголь» (два иска почти на 590 млн рублей). Причем в одном из крупных споров (на 393,5 млн рублей) ответчику удалось снизить размер взыскания почти на 90 млн.

Чтобы оценить масштаб бедствия, посмотрим на цифры. Даже приблизительный подсчет (3800 штук за 70 лет) демонстрирует, что в лучшие годы предприятие выпускало порядка 60 экскаваторов в год. А сколько сейчас?

Точное количество экскаваторов, выпущенных «ИЗ-КАРТЭКС», в открытых источниках не опубликовано, сайт же самого предприятия находится на реконструкции. Однако то, что удалось найти по данным СМИ, рисует картину не слишком оптимистичную.

То есть получаем объем примерно в 55-60 единиц за пять лет, и те под заказ, где каждая поставленная штука выглядит как событие. Для предприятия с 2,5 тыс. сотрудников (на начало 2025 года) это катастрофически мало.

Надо сказать, что найти точные данные о стоимости горнодобывающей техники в открытых источниках практически невозможно. Производители и дилеры, как правило, публичные прайс-листы не публикуют, так как цена на экскаваторы рассчитывается индивидуально под каждый проект. Однако порядок цен все же понятен. Например, в 2021 году один ЭКГ-18Р, его доставка и сборка обошлись Эльгинскому угольному комплексу, по данным отраслевых журналов, в сумму порядка 1,5 млрд рублей. А две машины ЭКГ-12К и ЭКГ-15М (с меньшим объемом ковша и производительностью) стоили ЕВРАЗ КГОКу в 2022 году 600 млн.

Впрочем, оценить влияние сложившихся обстоятельств на выручку «ИЗ-КАРТЭКС» не получится: 2020 год стал последним, когда предприятие опубликовало финансовые показатели.

Несмотря на тяжелую ситуацию с заказами и многомиллионные долги, коллектив на заводе пока надеются сохранить. В компании заверили, что сокращать штат не планируют.

— Мы выбрали вариант изменения рабочего графика именно потому, что хотим сохранить всех работников предприятия. Это вынужденная, но временная мера, — отметил Андрей Стрекалов, добавив, что к полноценному графику вернутся сразу после стабилизации ситуации.

В компании также уточнили, что оплата труда за трехдневную рабочую неделю будет производиться пропорционально отработанному времени.