Стражник неба, хозяин тайги и лентяйка. Музей истории религии показал, как народы мира видят кошек

Музей истории религии до 10 ноября проводит выставку «Священные кошки». Во входной зоне можно увидеть полсотни экспонатов из собственного собрания музея, рассказывающих об отношении к кошачьим в разных верованиях.

Наверное, ни на ком без его ведома не оказывалось столько тяжелых «обязанностей»: именно эти животные, считалось в Южной Америке, «поедают» Луну во время лунных затмений, возят в колеснице скандинавскую богиню любви и войны Фрейю, медитируют и отгоняют злых духов в буддизме и даже, в тувинском изобразительном искусстве, удерживают на плечах земной шар! И это помимо очевидного: они спасают духовные и материальные богатства людей от грызунов.

Естественно, это все — о кошачьих. Собрав все верования и продемонстрировав их роль в разных культурных традициях, музей затронул тему, актуальную на разных континентах, ведь к котикам неравнодушен так или иначе ни один народ! А еще они придают глубину искусству: изображение кошки на какой-нибудь нравоучительной картине могло полностью перевернуть ее смысл! Ведь не так просты были западноевропейские авторы в своих изображении бытовых сцен: кошки становились своего рода «пасхалками» для внимательного зрителя, намекая на ложь или любовные помыслы героев.

«Это двоякий образ: с одной стороны — положительный, с другой — отрицательный, на этом и строится символика, — рассказывает старший научный сотрудник музея Сергей Подлесный. — Чаще всего дикие кошачьи присутствуют в житиях святых, историях про монахов, отшельников. Там лев — побеждённая дикая природа: укрощённое животное служит монахам, роет могилу умершим. Христианство разорвало пищевую цепочку: хищник больше не ест несчастных травоядных. А с другой стороны, кошка — это и лень, и безразличие (она целый день лежит, ни на что внимания не обращает, а собака вокруг вас бегает, прыгает, ищет, хочет общения), сонное состояние, разврат и похоть. И это тоже находит отражение».

Выставку открывает экспонат из Мали (вторая половина ХХ века), относящийся к культуре западноафриканского народа бамбара: это выполненная из дерева летящая пантера. У народа мифологическое представление о происхождении и устройстве мира, где важную роль играет Мусо Корони Кундье — первый человек, сотворенный божеством-демиургом Пемба из слюны и пыли. И Мусо Корони, ставшая супругой земного воплощения Пембы, и предстает в образе черной пантеры. «Она даровала людям речь, научила их обработке полей и созданию украшений», — поясняют в музее. Но она же, породившая растения и животный мир, принесла и смерть, а выплеск ее необузданной энергии — разрушителен и губителен для всего живого.

В этой же витрине — два литых непальских льва XIX века, правда, на реальных львов они не очень похожи и визуально больше напоминают собак. Этикетка как раз рассказывает, что породу пекинесов вывели в I–III веке в Китае как «львиную собаку» («ши-цзы-гоу») — монархам хотелось иметь при себе живой (но безопасный) символ власти и небесного покровительства (скромный размер собачки также играл на величие царственной особы). Ну а прообразом были ши-цзы — художественный образ с чертами фантастических существ из традиционного древнекитайского искусства (представления о львах в Китае того времени строились на основании литературных описаний в индо-буддийских текстах).

Индии «ши-цзы» обязаны и своим воинственным характером: там львы символизировали касту воинов — кшатриев (к его представителям относят Будду — Сиддхартху Гаутаму), и почитались как защитники добра, наравне с драконами. Поэтому в Непале таких львов ставят у храмовых ворот для защиты от злых духов.

Ну и конечно, в первой же витрине не обошлось без узнаваемой статуэтки египетской богини Бастет (оригинал VII–I веков до нашей эры — в Эрмитаже, на выставке в фойе ГМИР представлена копия) и рассказа о том, как египтяне любили кошек, первым делом спасали их при пожаре, а после гибели питомца его бальзамировали и хоронили в саркофагах в священном городе Бубастисе (египетская столица в  X–VIII веках до нашей эры). При этом весной проводили праздник в честь богини-кошки, когда по берегам Нила провозили статуэтки Бастет.

В коллекции ГМИР обнаружились и необычные образцы с территории России. Например, прибывший в Туву вместе с буддизмом арзылан («лев» с тувинского) — стражник неба и хранитель очага, а также главная фигура в тувинских шахматах шандыраа.

Или дальневосточный, с берегов Амура, дух ярга в образе пантеры: большая примитивно выполненная деревянная фигура с руками-цепями — такие изготавливали по повелению шамана, если у человека заболевали конечности: шаман «помещал» в куклу дух, по его мнению, явившийся причиной, и большой должен был этот образ «кормить», чтобы умилостивить и чтобы тот остался в деревянной фигуре. Экспонат начала ХХ века сохранил следы кормления.

Или впервые экспонируемый «Тигр — „собака“ хозяина тайги», привезенный научной экспедицией в 1969 году из хабаровского края: нанайцы считали всех тигров в тайге «собаками» тигра-хозяина.

Еще одно поверье связано с хантами: богиня-мать, светлая богатырша Вут-ими, могла принимать обличье черной белогрудой кошки (кати-хур) — в таком виде она, например, обучила людей ловить рыбу. Поэтому кошек казымские ханты традиционно почитали. Современное графическое изображение этого процесса авторства художника А. А. Вахрушева представлено на выставке.

Также на выставке можно увидеть классические русские лубки XIX века «Как мыши кота хоронили» — такой недавно показывали в Эрмитаже, проводя параллели с индийским искусством. Затрагиваются темы изображения кота как объекта суеверий (кстати, в отличие от Европы, на Руси котов к ведьмам не «прописывали», даже легендарный кот Баюн, живущий у Кикиморы, появился только в XIX веке).

Есть раздел, посвященный котам и львам в православии и христианство в целом — можно, в частности, узнать о Святой Гертруде, которую изображали с посохом, по которому поднимаются мыши — отмоленные души грешников (по этому принципу рядом со святой стали изображать и кошек).

Полотно XIX века «Досуг кардинала» рассказывает о любви кардинала Ришелье (1585–1642) к пушистым питомцам: любопытной Газетте, Людовику Жестокому, Серполетте, Сумиз, Фелимаре, Мими-Пайон, Руби Сюр Ленгель, Мириам и… Люциферу.

Самый старинный экспонат выставки — изготовленная в 1545 году во Франкфурте-на-Майне «Книга животных Альберта Великого о способе природы и свойстве животных, а именно четвероногих, птиц, рыб, змей или ползающих животных, и о тех маленьких гадах, которых называют насекомыми». Из нее мы узнаем о звере, зовущемся Catus и обитающем «в Аркадии, на берегу реки Тигр»: «Персы сильно страшатся этого зверя: его дуновение, или дыхание, которое он испускает, столь жгуче и ядовито, что все, чего оно коснется, словно пожирают языки пламени». Но есть и маленький cattus — домашний: «животное опрятное» и имеющее «особое расположение ко всему, что красиво, чисто и аккуратно». При этом мясо бедных cattus’ов рекомендовали тем, кто мучается подагрой, а сало — прикладывать повязкой к пораженному суставу.

Добрее относятся к кошкам в исламе — им даже можно заходить в мечети и присутствовать на богослужениях (по исламскому преданию кошка пророка Мухаммада спасла его спящего от укуса ядовитой змеи, а тот, в свою очередь, отрезал подол своего одеяния, чтобы не побеспокоить ее сон).

А вот индусы к кошкам относятся настороженно: те уничтожают крыс — «ездовое животное» почитаемого бога Ганеши.

С кошачьими связаны многие знаменитые фамилии — на выставке подобраны гербы династий, стран и городов. В основном, конечно, это львы, но около двух десятилетий назад герб города Котово украсил коронованный мышелов, став единственным геральдическим котом России.