Вузы теряют деньги, а студенты — места. Первые последствия конкурса на платный прием

Проект новых правил приема в вузы в 2027 году закрепляет понятие «конкурс» для приема на платную основу. Проще говоря: теперь деньги не гарантия поступления, а риск не поступить в университет вообще есть еще и на платке. Рассказываем, как и зачем последовательно ограничивали прием и как это уже повлияло на цены на учебу и доходы вузов.

Ограничивать прием на платную основу начали в 2025 году — тогда вузам запретили «добавлять» дополнительные места по ходу приема. До введения ограничений система работала следующим образом: число бюджетных мест устанавливало государство через систему квот, число платных — определял сам университет. Если по ходу приема спрос оказывался выше предложения, то вуз мог добавить места уже в процессе, ориентируясь только на собственные подсчеты, сколько студентов он способен обучить. Даже в топовых вузах регулярно перевыполняли план по платному приему — и брали тех, кто набрал проходные для специальности баллы и был готов оплачивать учебу.

С 2025 года такую свободу прикрыли: вузам приказали до приема точно определиться, сколько платников они готовы взять, и на этой же цифре остановиться. К приему 2026 года подготовили новые ограничения — в новую кампанию уже правительство решало, кого учить и в каком количестве. Государственное регулирование ввели на 46 направлениях, преимущественно социально-экономического и гуманитарного профиля. В том числе — на «Рекламе и связях с общественностью» и «Государственном и муниципальном управлении», которые председатель Совфеда Валентина Матвиенко накануне предложила вообще отменить как «нафталиновые и устаревшие».

Причины звучали две. Первая — прием в вузы не соотносится с потребностями экономики, юристы и экономисты в таком количестве стране не нужны. И действительно, как раз экономическое, юридическое, менеджерское и пиарское направления ежегодно были в топе по популярности у платных студентов — в одни только вузы Петербурга приняли 18 тысяч человек человек в 2024 году, до введения первых ограничений. Вторая — низкое качество платного приема и огромное расхождение в проходных баллах на бюджет и на договор.

Зимой ведомство подсчитало потери: сократили 47 тысяч платных мест в вузах на приемную кампанию 2026 года — на 13% в сравнении с прошлым годом. К осени появились другие цифры — Минобрнауки отчиталось, что число платных мест в российских вузах по 40 регулируемым специальностям сократилось почти на 97 тыс. за один год. В 2025 году поступила 351 тыс. человек, в 2026 году — 235,9 тысячи.

В Петербурге, по подсчетам «Фонтанки», фиксировалось падение платного набора от 4 до 40% в сравнении с прошлым годом. На отдельных программах мест оказалось вдвое меньше, чем поступивших в 2025 году.

В проекте правил приема на 2027 год вводится понятие «высшего проходного приоритета» для платного приема, что окончательно закрепляет конкурс для поступления даже за деньги. Ранее система приоритетов была внедрена только для бюджетного приема — на платные места в большинстве вузов страны зачисляли выпускников, которые заключили договор и набрали проходные баллы на экзаменах или минимум, установленный университетом. 

Отношение к такому подходу к платному обучению разное: беспокоятся в первую очередь абитуриенты и их родители, которые и так не в восторге от растущих цен на учебу. Готовность отдать пару миллионов теперь ничего не гарантирует, побороться теперь придется не только за бюджетное, но и за платное место. Среди представителей вузов есть и другое мнение: ограничения направлены не на то, чтобы кому-то навредить или сделать образование (даже платное) недоступным, а на то, чтобы как раз позаботиться о будущих выпускниках и их грядущем трудоустройстве.

В ВШЭ пока не торопятся оценивать нововведения «как однозначно позитивные или негативные» — правильнее вернуться к этому вопросу по итогам нескольких приёмов.

Пока новые правила еще не приняли, «Фонтанка» попросила представителей вузов подвести итоги уже прошедшей приемной кампании на платные места. В ВШЭ конкурс на платные места всегда был высоким и по регулируемым направлениям в том числе, рассказывает Михаил Компанец. «Если смотреть на динамику среднего балла зачисленных на платные места за последние годы по всем программам, включая эту группу, картина скорее стабильная: где-то балл немного подрос, где-то остался на прежнем уровне. Так что говорить об однозначном и резком ужесточении конкурса на платные места именно как следствие новых правил приёма пока преждевременно», — отметил он.

В Технологическом институте ограничения коснулись двух направлений: экономики и рекламы. Проходные на этих программах по итогам платного приема выросли на 4 балла — это очень сильный прирост, отмечает ректор Андрей Шевчик.

В СПбГЭУ платный прием характеризуют как успешный, по базовым направлениям подготовки в соответствии с профилем вуза число мест было одно из самых больших в городе. Экономистов и менеджеров не урезали, но по ряду других программ набор сократили существенно. На «Государственном и муниципальном управлении» — почти в три раза, на «Юриспруденции» и «Рекламе и связях с общественностью» — примерно в два.

«На „Лингвистике“ у нас было всего 32 платных места, и это на два профиля, английский и китайский языки. Что особенно обидно, у нас есть диссертационный совет по лингвистике, мы могли бы обеспечить непрерывное образование от бакалавриата до подготовки кадров высшей квалификации. Мы входим в ассоциацию российско-китайских университетов и занимаем здесь одну из лидирующих позиций, но, к сожалению, прием у нас сокращен», — рассказала проректор СПбГЭУ Юлия Малевич.

В педагогическом РГПУ им. Герцена ситуация чуть проще — ограничения затронули небольшое число программ, а в вузе диверсифицировали их набор. «Например, на платные места в бакалавриат и специалитет было зачислено 2,8 тысячи человек, хотя годом ранее — 2,3 тысячи. Это свыше 20% роста», — рассказал «Фонтанке» ректор вуза Сергей Тарасов. Средний конкурс — 12 заявлений на место.

Другой момент — ряд мест оказывались незаполненными вообще из-за паники среди выпускников. «У абитуриентов был страх, что они не поступят вообще никуда. Поэтому они в полном объеме пользовались своим правом, которое им дано порядком приема, — заключали договоры в разных вузах или в одном университете на несколько программ. У нас были абитуриенты, которые оплатили только в нашем вузе шесть программ. Баллы у них были достаточно высокие — на все шесть они прошли», — рассказывает проректор СПбГЭУ Юлия Малевич.

Разумеется, получать сразу шесть высших образований на очной форме обучения нереально. Поэтому после выхода приказов о зачислении такие студенты оставались на одной программе, а с остальных — отчислялись.

Из чего формируется консолидированный бюджет вуза, «Фонтанка» подробно рассказывала. Тот факт, что финансовые модели университетов завязаны на платном приеме и далеко не всегда только по профильным специальностям, признал и министр науки и высшего образования Валерий Фальков на заседании комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре. Он отметил, что резкие маневры в системе высшего образования противопоказаны, так как «это финансово-экономические модели университетов, которые завязаны на платном приеме по непрофильным специальностям».

До введения ограничений специальности из перечня приносили вузам до 680 млн рублей в год — и это только зачисленные первокурсники-платники. В ряде технических вузов они обеспечивали едва ли не половину приема и половину бюджета — в сравнении с числом поступивших на программы, которые ограничения не затронули, в университетах гуманитарного и социально-экономического профиля — от 46% до 99%.

Это не значит, что теперь университет потеряет полмиллиарда, сокращения приема далеко не такие значительные. Но показывает, как много выпускников поступали на программы, где набор теперь последовательно сокращают. И — какой вклад в бюджет университета они приносили и приносят.

Ректор Технологического института Андрей Шевчик рассказал «Фонтанке», что отрицательный эффект для вузов и так был понятен: сокращают прием — сокращаются внебюджетные поступления. В эту приемную кампанию в финансовом плане университет ухудшений не почувствовал, потому что переориентировал набор на те направления, где ограничений нет.

«Поэтому мы, надеюсь, не пострадаем. Другое дело, что на инженерные направления всегда дают много бюджетных мест — и это здорово, правильно и хорошо. Но в связи с этим обеспечить себе такое же число платных студентов на инженерной специальности — это нетривиальная задача», — отмечает он.

Юлия Малевич отмечает, что экономистов и менеджеров в СПбГЭУ приняли много, а сократили только социо-гуманитарные направления. «Это, конечно, для вуза ощутимо, но не критично», — отмечает она. При этом есть и другая проблема — с преподавательским составом.

Андрей Шевчик предполагает, что уже в 2026 году многие вузы пошли по пути роста цен на учебу. «В прошлом году обсуждали, что нужно все-таки устанавливать некое ограничение для стоимости обучения, но дальше обсуждения дело не пошло», — отмечает он. Дальнейшие ограничения могут привести к тому, что стоимость обучения в вузах существенно вырастет.