«Типа, давайте на 10% сократим». Петербургскому бюджету готовят ножницы

В Петербурге отменили большую закупку трамваев. С одной стороны, чего только не бывает в процедурах госзаказа, с другой — это может быть симптомом грядущего секвестра бюджета. И не просто может, это и есть симптом.

О том, что два конкурса на 26 вагонов и почти на 5 млрд рублей отменили, «Фонтанка» сообщила неделю назад. Произошло это на фоне слухов о готовящемся сокращении бюджета. Буквально на следующий день комментировать отмену в эфире радио «Комсомольская правда» пришлось уже спикеру Законодательного собрания Александру Бельскому. Напомним, именно депутаты принимают закон о бюджете — и о его корректировке.

— А может быть, из-за того, что экономить пытаемся?

— Может быть, из-за этого. Если говорить о доходах бюджета, мы видим на сегодняшний момент, исходя из плановых поступлений, что заложено у нас было, по-моему, опережающее, да? То есть… по итогам 2025 года у нас заложено 104%. Сейчас пока, насколько я понимаю, первый квартал мы идём в рамках тех же доходов, которые были в 2025 году.

Позже к этой теме вернулись, обсуждая не начавшийся ремонт тротуаров Невского проспекта. «В связи с тем, что поступления действительно как бы немножко сократились, идёт на сегодняшний момент расставление приоритетов, — пояснил Бельский. — Что приоритетнее, да? Поменять ещё раз Невский проспект или же привести в порядок какие-то улицы?»

Это два разных по содержанию кейса. Если говорить о тротуарах, то их перекладка все еще планируется на текущий год — это подтвердили в комитете по развитию транспортной инфраструктуры, сам проект готов и устраивает экспертов.

А вот на трамваи, говорят источники «Фонтанки», средства и правда заблокировали. Другое дело, что эта ситуация подвижная. Если дойти до верхушки городской исполнительной власти и доказать, что вагоны — это не блажь, а приоритет, то все еще можно развернуть.

На вопрос — какие же именно расходы могут пойти под нож, Бельский ответил не вполне конкретно: «Не бывает там, что что-то одно выбрали, давайте будем экономить на культуре. К экономике нельзя подходить — типа: давайте на 10% сократим расходную часть, такого тоже не должно быть».

Интересно, что спикер в качестве примера привел именно 10%. Дело в том, что именно такой целевой показатель по секвестру, который разошелся по комитетам и ведомствам, «Фонтанке» назвали несколько собеседников.

«В пределе — до 15%», — добавляет еще один осведомленный чиновник.

Из этой логики, если брать принятый бюджет 2026 года с его расходной частью на 1,651 млрд рублей, отрезать могут от 160 млрд до 250 млрд.

Еще один собеседник, осведомленный о подготовке проекта по корректировке бюджета, сообщил «Фонтанке», что предварительно разговор шел лишь о 100 млрд. Но обсуждение продолжается. «Все поручения на эту тему от комфина — с грифом „ДСП“, — говорит он. — Так что точно будет понятно после сбора предложений и подведения итогов полугодия. Думаю, в июле мы что-то узнаем официально».

Резать расходы приходится, когда доходы не оправдывают ожиданий. В комитете финансов «Фонтанке» сообщили, что первый квартал 2026 года «завершился с небольшим отставанием от показателей прошлого года, однако по итогам апреля ситуация начала выравниваться».

«Фонтанка» рассказывала, что два главных локомотива городского бюджета в первом квартале ехали вразнобой:

• НДФЛ, от которого ждут по итогам года 671 млрд рублей (то есть 47% от всех доходов), принес в I квартале на 16% больше, чем год назад;

• налог на прибыль организаций (планово — 378 млрд рублей, или 26%) упал на 20%.

Когда Смольный сообщает, что номинально получил за первый квартал, или за 4 месяца, на 5% больше, чем за аналогичный период прошлого года, надо помнить об инфляции.

Кроме того, в абсолютном выражении бюджет потерял от падения по налогу на прибыль больше, чем приобрел от роста поступлений по НДФЛ (на 1 апреля — минус 22 млрд и плюс 17 млрд соответственно по сравнению с прошлогодним первым кварталом).

Снижение поступлений по налогу на прибыль компенсируется другими статьями дохода — акцизами, имущественными налогами. Пока они позволяют закрыть эту дырку. Но эксперты считают, что налог на прибыль — это зеркало реального сектора. Подчеркнем, в 2026-м город рассчитывал получить по этой статье на пару процентов больше, чем в 2025-м, — пусть не перекрывающий инфляцию, но все же рост; а пока имеет просадку на 20%.

Собственно, у чиновников ожидания не сильно отличаются. «Несмотря на восстановительный рост, мы учитываем плановое охлаждение экономики и текущие макроэкономические тренды, указывающие на возможное замедление темпов поступления доходов в будущем, — подтвердили „Фонтанке“ в комитете финансов. —  Исходя из принципа сбалансированности, город в настоящее время осуществляет приоритизацию расходной части. Эти меры позволят обеспечить устойчивость бюджета».

Депутаты и чиновники старательно избегают слова «секвестр», хотя, по правде сказать, ничего из ряда вон выходящего в нем нет: городской бюджет секвестировали неоднократно, причины были разные — от макроэкономических кризисов до ковида.

Другое дело, что с тех пор, как город сначала взял курс на 1 трлн доходов в год (и достиг этой цели), а затем — и на 2 трлн, расходы тоже увеличивались.

Если взять 2025-й, то изначально ему прописали такие показатели:

• доходы — 1,328 трлн;

• расходы — 1,492 трлн;

• дефицит — 164 млрд.

К ноябрю выяснилось, что реальность обогнала прогнозы, и при осенней корректировке, которая, по сути, подводит итоги года, бюджет исправили в таком виде:

• доходы — 1,406 трлн;

• расходы — 1,507 трлн;

• дефицит — 102 млрд.

Да, не всем дополнительным доходам тогда нашли применение, но расходную часть никто не резал, только увеличивал — главным образом на социалку. «Сокращая дефицит и отказываясь в текущем году от новых займов, мы укрепляем финансовый фундамент города. Это гарантирует и своевременное выполнение всех социальных обязательств, и стабильное развитие Северной столицы», — комментировал губернатор города Александр Беглов.

В течение 2025 года налог на прибыль организаций тоже не оправдал ожиданий (в итоге вместо 389 млрд рублей в откорректированный бюджет внесли 370 млрд), но все с лихвой перекрыл НДФЛ (610 млрд вместо 554 млрд).

В бюджет 2026 года вписаны доходы на 1,462 трлн и расходы на 1,651 трлн.

Следы секвестра можно искать во временной заморозке средств на те или иные закупки — как получилось с теми же трамваями. Но в показателях исполнения он пока не просматривается. На 1 апреля расходы бюджета-2026 исполнены на 18,6% (307 млрд из 1,651 трлн). Год назад комфин отчитывался не просто о близком показателе, а об идентичном — те же 18,6% за первый квартал (278 млрд из 1,492 трлн).

По отдельным направлениям — тоже пока без значимых аномалий. Чуть упало исполнение по здравоохранению, социалке, образованию, общегосударственным вопросам, национальной обороне и безопасности, но речь о паре процентных пунктов. Зато выросло по ЖКХ и культуре, не изменилось — по национальной экономике.

Комитет финансов отчитывается и отдельно по 25 самым «толстым» статьям расходов (языком документов — «имеющим максимальный удельный вес»). По этим отчетам за I квартал видно, что быстрее стали исполнять назначения по транспортной отрасли (оплата контрактов перевозчикам, субсидия подземке) и строительству метро, а также выплачивать субсидии теплоснабжающим организациям за недополученные доходы из-за льготного тарифа.

Однако лишь на 6,7% исполнена та часть адресной инвестиционной программы, которая говорит о строительстве наземной транспортной инфраструктуры (год назад — 32%); на 9,1% — АИП по объектам образования (год назад — 19,1%); на 25,2% — предоставление материальной помощи по п. 10-20 статьи 8 Социального кодекса, включающая поддержку участников СВО (вроде бы нормальный квартальный показатель, но год назад было 53,6%).

С адресной инвестиционной программой ситуация известная: финансовые документы по приемке строящихся объектов нередко подписывают только к концу года. На 1 мая она закрыта на 19,5% от годового плана. Показатель по разным соцобъектам может колебаться от 0% до 80% (по отдельным  — и до 100%).

Сейчас добиться от комитета финансов информации о планах по секвестру расходов невозможно. Единственное, на чем там заостряют внимание: «Оптимизация не коснется защищённых направлений расходов, в том числе социальных статей и национальных проектов».