Премии Дарвина достойны. Каким получился триллер «Эдем» с Джудом Лоу и Аной де Армас

Выход в прокат триллера Рона Ховарда «Эдем» — своего рода «Повелителя мух» про взрослых, где голый Джуд Лоу, роковая Ана де Армас и еще несколько человек выживают, воруют консервы и выдирают друг другу зубы, — в последний момент перенесли с 14 августа на 4 сентября. Но «Фонтанка» уже посмотрела фильм и рассказывает, ждать ли его.

В конце 1920-х в Европе становится неспокойно, фашизм поднимает голову, и семья немцев-пацифистов, Хайнц (Даниэль Брюль из «Колонии Дигнидад») и Маргарет Виттмер (Сидни Суини, звезда «Белого лотоса») с сыном Гарри (Джонатан Титтел), решают сбежать как можно дальше от цивилизации — вернуться к первозданной гармонии на острове Флореана в Галапагосском архипелаге. Остров, впрочем, оказывается не тропическим парадизом, а неприветливым местечком с постоянными туманами, с каменистой почвой, почти без источников воды, зато полным опасностей — ядовитых сколопендр, москитов и диких собак. «Здесь всё может вас убить» — напутствует Хайнца и Маргарет матрос привезшего их корабля. «А вы что ожидали — рай?»

Приехавших довольно холодно встречает уже обосновавшаяся там другая пара: доктор Фридрих Риттер (Джуд Лоу) и Дора Штраух (Ванесса Кирби, принцесса Маргарет в «Короне»). Можно понять: они надеялись уединиться, а новоприбывшие отвлекают их от важных дел. Дора пытается при помощи медитации справиться со своим недугом — рассеянным склерозом, а доктор Фридрих пишет манифест — «новую библию, которая спасет людей от самих себя». На деле это похоже на сборник цитат Фридриха же Ницше из готичных пабликов: «бог мертв» и всё такое. Дора тут же высмеивает колониальные костюмы новых соседей, а доктор советует Виттмерам обосноваться в уголке, совершенно непригодном для жизни, — в надежде, что те скоро не выдержат и уедут.

Хайнц и Маргарет, однако, оказываются выносливее, чем казалось, и на острове устанавливается зыбкий нейтралитет, пока сюда не прибывает еще одна компания: некая баронесса Элоиза Верхорн де Вагнер Буске (Ана де Армас из недавней «Балерины») со товарищи. Если доктор Фридрих со своим манифестом казался претенциозным, то рядом с баронессой он проигрывает всухую. Девушку выносят на берег на руках двое любовников под музыку Вагнера, доносящуюся из граммофона, носит она в джунглях исключительно вечерние платья и ведет себя будто роковая женщина из немого кино, пытаясь покорить всех мужчин на острове оптом. Оставшись в одиночестве, она повторяет перед зеркалом мантру: «Ты — воплощение совершенства». В наши дни она точно была бы организатором марафонов желаний.

Баронесса задумала построить здесь «самый шикарный отель в мире» для миллионеров, а пока интригует против соседей: посылает своих жиголо украсть их консервы, например. Отношения накаляются, и понятно, что скоро всем станет не до шуток.

Сюжет «Эдема» основан на реальных событиях: все эти люди действительно поселились на Флориане. Кончилось дело тем, что не все тела удалось найти, а выжившие до конца жизни обвиняли друг друга в воспоминаниях.

Режиссер Рон Ховард вообще любит экранизировать истории из жизни — особенно драматические сюжеты про сильных людей в изоляции — внешней («Аполлон-13») или внутренней («Игры разума»). Еще у него, видимо, есть слабость к экзотическим морским приключениям («В сердце моря»). В «Эдеме» он еще раз свел вместе все эти черты. Видимо, на склоне лет все-таки разочаровавшись в людях, на этот раз он решил снять не просто триллер про выживальщиков — в уме явно имелась мрачная сатира о том, как люди бегут от войны и варварства, но сами повсюду приносят их с собой. «Тому не нужно далеко ходить, у кого черт за плечами».

Но Ховард по натуре неисправимый оптимист в чисто американском духе — не зря же его так любит киноакадемия, подарившая ему целых девять «Оскаров». Язвить и брызгать ядом для него несвойственно. Вместо того, чтобы изобразить героическое противостояние, он безбожно пережимает. В результате получается сущий бурлеск, причем явно ненамеренно. Все потеют, нервничают, подозревают друг друга и зловеще поглаживают оружие. Доктор брутально выдирает (не переставая сыпать цитатами из Ницше) щипцами зуб у своей жены без анестезии, после чего они, все в крови, занимаются грубым сексом. В кадр периодически попадают галапагосские игуаны, крабы и орлы, жестоко пожирающие друг друга. Выживает, мол, сильнейший, да и у людей не лучше. Дарвин ведь именно здесь, на Галапагосах, придумал свою теорию естественного отбора. На заднем фоне сурово извергается вулкан.

Кульминацией, пожалуй, становится момент, когда Маргарет Виттмер рожает ребенка в одиночестве — одновременно отбиваясь граблями от стаи диких собак, пока на заднем плане приспешники герцогини безжалостно грабят запасы семейства. Ховард, похоже, на полном серьезе хотел сделать из этого сцену невероятного напряжения, но ничего смехотворнее в фильме нет.

Ситуацию несколько спасает Джуд Лоу в роли Фридриха. Актер, похоже, всё понял, расслабился и развлекся от души. Его доктор мучительно морщит лоб, набивая на машинке свои прозрения, кричит сам себе «гениально!», в столкновениях с соседями-соперниками зловеще кривит рот и усмехается, а иногда появляется совершенно голым. Педаль в пол Лоу выжимает с таким очевидным удовольствием, что приятно смотреть. Ана де Армас иногда равняется с ним, когда изображает нелепые попытки своей героини стать femme fatale.

Но по большей части от картины остается ощущение мучительных терзаний: куда броситься, в беспросветную серьезную мрачность в духе «Апокалипсиса сегодня» или в более легкий сатирический тон. Не преуспевает фильм Ховарда в итоге ни в том, ни в другом. Он похож на великий труд доктора Фридриха, который в итоге сам не знал, о чём хотел написать. Так и «Эдем»: хочет сообщить нечто важное, но обходится набором клише и скомканных, неуклюжих сцен.