К флоту Петра I с годами доверие только растет, а вот к современному - падает

Вот и День Военно-Морского флота наступает!
Боже мой! Боже мой! Боже мой!
Радость-то какая и счастье!
Слезы, слезы, слезы…
Вот!

В Петербурге уже вывесили плакаты на улицах и в вагонах метро.
На них изображено небо голубое, под которым море синее, а в середине два флага – Российский и Андреевский, а на них сияет Нахимов в виде ордена. И всё это в двух вариантах - на другом сияет Ушаков.

В прошлом году военно-морские корабли дальше моста Лейтенанта Шмидта на праздник не пустили. Перед Зимним дворцом выписывали круги разноцветные парусники, изображая флот Петра.

То есть, к флоту Петра с годами доверие только растет, а вот к современному флоту оно только падает – пустишь их туда, где люди приличные собрались, а они опять или мост сгоряча «забодают», или взорвут чего-нибудь – за восторженными криками не сразу и разглядишь.

Наверное, и в этом году место нашего флота опять будет за мостом – не заслужили, уродцы противные. То бишь, к празднику тех, о ком праздник, скорее всего, не допустят.
Размышляя обо всем этом, я пришел к выводу, что Ушакова с Нахимовым в виде орденов изобразили правильно.

Почему правильно?
Потому что эти два героя только в виде орденов у нас и могут существовать.

Появись они в виде живом, не оставили бы они сегодня живого места от всех, причастных к созданию Российского Военно-Морского флота.

Круты они в свое время нравом были. Чуть чего – линьки, килевание или, и того пуще, расстрел за погибель кораблей – вот чего от них можно было всегда ожидать.

Серьезные это были ребята.
Из ничего победу творили.

А отбирали они на корабли себе только тех офицеров, которые думали о чести и доблести.
Словом, себе под стать.

И сказать они могли всё, что думали, прямо только в лицо государям с государынями.
И так они могли это сказать, что не оставалось ни у кого никакого сомнения в том, что пути-дороги их должны пролегать через моря и океаны, а на паркетах во дворцах они должны появляться только в случаях крайней необходимости, в случаях экстраординарных.

И они с этим были вполне согласны – терпеть не могли челядь, холопство и борьбу подковерную. За что и сияют теперь на орденах в лучах восходящей военной славы.

Александр Покровский,
писатель.